СОВЕЩАНИЕ  ГЛАВ  РУССКОЙ  ЗАРУБЕЖНОЙ ЦЕРКВИ 

ПОД  ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВОМ СВЯТЕЙШЕГО 

 ПАТРИАРХА  ВАРНАВЫ

       СРЕМСКИЕ – КАРЛОВЦЫ  1935

    Под ред. Г.М. Солдатова

                    CONFERENCE OF LEADERS OF THE   RUSSIAN        

               CHURCH  IN EXILE UNDER THE CHAIRMANSHIP OF

                           HIS HOLINESS PATRIARCH VARNAVА

                                                            Edited by G.M. Soldatow

     Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений,  но чтобы вы соединены были в одном духе и во одних мыслях.

                                                                                 (I Кор. 1, 10)

                             AARDM PRESS   MINNEAPOLIS, MINNESOTA   2004

                                                    COPYRIGHT © 2004, BY G. M.  SOLDATOW

                                                                    ALL RIGHTS RESERVED

                                                Library of Congress Control Number: 2003115208

                                                     No part of this publication may be reproduced

                                                       Or transmitted in any form or by any means,

                                                    Electronic or mechanical, including photocopy,

                                                       Recording, or any information storage and

                                                          retrieval system, without permission in

                                                                  writing from the publisher

                     ARCHIVES OF AMERICANS OF RUSSIAN DESCENT IN MINNESOTA

3217 – 32^nd AVE. N.E. MINNEAPOLIS, MN. 55418 USA

* * *

                  Список сокращенных наименований

ААПЦ     -  Архивы Американской Православной Церкви

ААРПМ  -  Архивы Американцев Русского Происхождения в Миннесоте

AARDM  -  Archives of Americans of Russian Descent in Minnesota

АМ          -  Русская Православная Митрополия в Америке

АРПЦЗ   -  Архивы РПЦЗ, Архивы Канцелярии Архиерейского Синода РПЦЗ

б.д.           -  без даты

ВЦУ        -  Высшее Церковное Управление

КП           - Вселенская Константинопольская Патриархия

L.C.         - Library of Congress (Библиотека Американского Конгресса)

МП          - Московская Патриархия

РПЦЗ       - Русская Православная Церковь Заграницей

РЦ             - Русская Церковь  

СА              - Северная Америка

                                    * * *

                              ПРЕДИСЛОВИЕ

Один Господь, одна вера, одно крещение,

один Бог и Отец всех, Который над всеми

и чрез всех, и во всех нас.        (Ефес. 4, 5-7)

     Среди  народов  мира  нет  другого  подобного  примера  духовной,  культурной  и  родственной  связи, существующими  между русским и сербским народами.  В течение  многих столетий русские и сербы были   в  уникальных,  христианских   и   братских  отношениях.   Культурные   русско-сербские  связи начались  с  1185 г.  после того,   как сын сербского жупана  Растислав,   встретивший  монаха  из  Св. Пантелеймоновского  Афонского   монастыря,    принял   монашеский   постриг   под   именем   Саввы. Впоследствии,   он  стал  просветителем  христианства  сербского  народа  и   был  причислен  к  лику святых.[1]     Сербские     правители     в    годы   монгольского   ига    начали   оказывать  помощь Св. Пантелеймоновскому  монастырю  и  Православной  Церкви  в  России.[2]  Освобождение  России  от монгольского  ига  и  потеря сербской  независимости,  после битвы у Косово,  в 1389 г. почти совпали. Сербам оказавшимся под турецким  игом,  Россия  начала оказывать помощь, а  царь Иоанн Грозный,  взял под свое покровительство  сербский  Хиландарский  монастырь  на  Афоне.[3] В Россию прибыли отдельные сербские духовные лица,   искавшее  себе  убежище от турецких преследований, оказавшие большое  влияние  сербской  духовной  литературы.  В  Киеве  в 15 в. а  затем  и в Москве в 17 в. стал употребляться   сербский   церковный   распев.  Русских  сербы  не  называли  иначе  как  братьями  и всячески   проявляли  свою   привязанность   к  России  и  русской  Церкви.  Сербы   считали,  что  все православные   народы,    были   бы  осуждены   на   гибель,    без   сильного   русского  православного государства  и  поэтому  на  сильную  Россию,   устремлялись  глаза  из Сербии.  Эта  любовь не была только  иррациональной  любовью,   но  историческая  любовь  сербов  к русским,  любовью младшего брата к старшему,  от которого  ожидались защита и руководство,  потому,  что меньший брат видел в большом  и   сильном,  пример  и  защиту. Отсюда  вечная  сербская  обращенность  к  России,   как  к надежде  в  этом  мире.

     В Южной России на Левобережной Украине,  нашли себе убежище (в 18 веке в Россию переселилось около 20 тыс. сербов), уцелевшие,  после борьбы с турками,  сербские отряды со своими семьями.[4] Там они поселились вместе с бежавшими от турецких погромов, другими  выходцами с Балкан. После прибытия в 1753 г. большого сербского отряда к востоку от Днепра,  была создана целая область названная – Славяно-Сербией,  с главным городом Бахмутом (ныне Артемовск, Донецкой обл.). Мужское население этой области,  принято было в состав русской армии, составив целые гусарские полки. На Правобережной Малороссии (Украине),  между реками Днепром и Синюхой,  была создана административная область,  названная Новой Сербией с центром Новомиргородом. После ликвидации в Малороссии  в 1764 г. гетманства и проведении в Российской Империи административной территориальной реформы, Новая Сербия была преобразована в Новороссийскую губернию, а Славяно-Сербия в Екатерининскую провинцию с подчинением ей.

     Сербы умеют хорошо воевать, но они всегда воевали на своей территории, там, где жили сербы, защищая свое население. К военным действиям их принуждали враги. В 14-15 столетии маленький сербский народ защитил всю западную Европу, которой грозило турецкое нашествие. Однако вследствие войн, Сербия была полностью истощена и постепенно подпала под власть турок, ставши частью Османской Империи,  и была разделена на санджаки.

     О помощи сербам и другим славянам,  писал в дневнике писателя за 1877 год Ф. Достоевский, а о борьбе сербов за свободу,  величайший русский поэт А. Пушкин написал песни о Георгии Черном – Карагеоргие и воеводе Милоше Обреновиче  вождях сербских восстаний (1804-1815. Династии Карагеоргиевичей и Обреновичей впоследствии смещали друг друга у власти страной.

     Сербы в своих церквах поминали русских святых, поминали Св. Александра Невского, которому были  в Сербии посвящены храмы.  Многие сербы  назвали  своих  сыновей именем Александр и их семьи праздновали Александра Невского как крестную славу.[5]

     На защиту сербского народа и его независимости в 1914 г. встала Россия, после того,  как Сербии был предъявлен невыполнимый ультиматум со стороны Австро-Венгерской Империи, не пожелавшей даже вести переговоры и посредничества России. Надеясь на военное превосходство, Австро-Венгерские войска начали бомбардировку Белграда. На защиту сербов стала Россия, а Германская Империя,  бывшая в союзе с Австро-Венгрией,  объявила России войну, как союзница  Австро-Венгерии. Началась первая мировая война, кончившаяся крушением участвовавших в ней великих империй – Российской, Германской и Австро-Венгерской.

     Как писал в 1932 г. сербский Митрополит Николай Велимирович (1880-1956 г.)

     «…Совесть наша заставляет нас плакать, когда русские плачут, и радоваться, когда русские радуются.  Велик наш долг России.  Может человек быть должен человеку,  может и народ – народу. Но долг, которым Россия обязала сербский народ в 1914 году, настолько огромен, что его не могут вернуть ни века,  ни поколения.  Это долг любви, которая  с завязанными глазами идет на смерть,  спасая своего ближнего. «Нет больше той любви,  как  если  кто  положит душу    свою    за    друзей    своих»,   -  это  слова  Христа.   Русский   Царь   и   русский  народ, неподготовленными  вступая  в  войну  за оборону Сербии,  не могли  не  знать,  что  идут  на смерть. Но  любовь  русских к братьям своим не отступила перед опасностью  и  не  убоялась смерти.   Посмеем   ли   мы  когда  нибудь  забыть,  что  русский  царь  с  детьми  своими  и  с миллионами  собратьев  своих  пошел  на смерть за правду  сербского народа? Посмеем ли мы умолчать  перед  небом  и  землей,  что  наша  свобода  и  государственность  стоили  России больше,  чем  нам  самим.  Мораль  мировой  войны,  неясная, сомнительная и с разных сторон оспариваемая,    являет    себя    в    русской    жертве   за   сербов    в    евангельской  ясности, несомненности   и   неоспоримости.    А   мотив   самоотвержения,   неземное   нравственное чувство   при   жертве   за  другого,  – не  есть  ли  это  прилепление к Царствию Небесному? Русские в наши дни повторили косовскую драму.  Если  бы  царь Николай прилепился к царству земному, царству эгоистических мотивов и мелочных расчетов, он бы, по всей вероятности, и сегодня сидел бы на своем троне в Петербурге.  Но он прилепился к Царствию Небесному, к Царству небесных жертв и евангельской морали; из-за этого лишился головы и он сам, и чада его,  и миллионы собратьев его… Если  кто-то на свете способен  и  обязан  понять  это,  то сербы  и  могут,   и  обязаны  это  понять…»

    С печалью переживали  сербы русскую трагедию после совершившейся в России революции, слыша о разрушении    монастырей    и   церквей,   физическом   уничтожении   духовенства,   интеллигенции   и крестьянства.

     Когда в созданное  из сербов,  хорватов и словенцев в 1918 г. Королевство СХС (с 1929 г. королевство Югославия),  прибыли  бывшие  воины  Русской Армии  и беженцы,[6]  не пожелавшие оставаться под властью   советского   правительства,    то   они   были    приняты   сербским   народом,    оказавшему материальную[7]   и  моральную,  как  нигде  в  других странах,  помощь и гостеприимство.[8] Многие беженцы устроились на государственную службу,  в школы и университеты, и различные предприятия. Королевство СХС пригласило генерала П.Н. Врангеля  и  его  штаб  переехать в Сремские Карловцы, куда  они  прибыли  в  1921 г.[9]  В Сербию эвакуировались  из  России  три  кадетских  корпуса,   два института,   и  несколько  начальных  школ  и  гимназий.

      «… Сербский  Патриарх Димитрий,  Король  и правительство  предоставили гостеприимство Высшему  Церковному  Управлению  во  главе  с  Митрополитом  Антонием, которому вскоре были отведены  покои  в  патриаршей  резиденции  в Сремских Карловцах. Этим открывалась возможность  прочной  организации  РПЦЗ…»[10]

 «… Когда  Сербская Церковь приняла на свою территорию  Русское  Заграничное  Церковное Управление,   выработался   определенный   modus  vivendi:    вне  пределов  Сербской  Церкви Русская Церковь управлялась самостоятельно, а на ее территории хиротонии совершались с согласия   Патриарха,    приходы   открывались   с   согласия  соответствующего  сербского епархиального епископа, который извещался о назначении или увольнении священника. Собор в Патриаршем Дворце созывался каждый раз с согласия Патриарха, а решения свои выносил независимо…» [11]

    ВЦУ – русской Церкви заграницей,  находилось сначала в Константинополе (ныне Стамбул) а затем после признания КП обновленчества в России,  начались поиски нового места.                             

     В  Америке  было  сравнительно  мало  коренных  русских  эмигрантов,  а  Дальний Восток находился вдалеке от концентрации эмиграции. Так  как  в  южной  и  восточной  Европе находилось большинство русских эмигрантов,  то логично,   что там  и  должно было бы находиться управление РПЦЗ. Поэтому необходимо было найти страну, которая бы предоставила возможность в своих границах деятельность русскому  церковному  управлению.

    Административное  руководство,   в  оказавшихся  вне  России  епархиях,   не  могло  на  долгое время приостанавливаться.  В  Зап. Европе,  уже  до  революции  в  России,   было  много  русских  храмов  и духовенства,   управлявшихся  прежде  С.-Петербургским  Митрополитом.  Туда  был   назначен  Арх. Евлогий,   который  в связи с важностью своего положения был возведен в Митрополиты. Из Америки Арх. Евдоким уехал в Россию на Собор,  в Москву  оставив  управлять  епархией  викариев,  начавших между  собой   споры.  ВЦУ  назначило  туда  управлять  епархией  Митроп. Платона,  с  назначением, которого  согласился  Св. Патриарх  Тихон.

   Однако,  к сожалению,  назначение Арх. Евлогия не было удачным. Владыка Евлогий,  несмотря на то, что  был  назначен   управлять Зап. - Европейской  епархией  ВЦУ,  в  котором  он  даже  замещал  на заседаниях  председателя,  не  желал  сам  подчиняться  Собору  и  Синоду  Епископов,  подавая  этим пагубный   пример   духовенству.[12]    Своими   переходами    из   одной   в   другую  юрисдикцию,   и неподчинением РПЦЗ,   а   затем  РЦ  и  КП  он  разрушал  церковное  и  культурное единство русской эмиграции,  внося раздор между Поместными Церквами. Будучи возведенным,  в сан митрополита,  он как   об  этом  отмечал  Митроп. Серафим,  перестал  считаться  с  мнением  других  епископов,  даже стоящих  выше  его  иерархически.  Всеми  способами  он  хотел  сохранить свое  положение  Митроп. Западно-Европейского,  ради  чего  приносил  в  жертву  интересы   верующих  и  единство  РПЦЗ.

    Приезд на Совещание Митроп. Евлогия как это отметил Еп. Григорий было с самого начала условным и,  в сущности,  нечестным.[13] Он подписал «Соглашение», согласившись на объединение с условием что  “если   на   предполагаемое   объединенное   устроение   русского   церковного   рассеяния   будет испрошено  Святейшим  Патриархом  Варнавой  благословение  Вселенского  Престола  и  других глав Автокефальных Православных Церквей”.  При  чем  тут были другие главы Автокефальных Церквей.  Они   ведь  не  участвовали  в  решении  вопроса  об  организации  Русской  Зарубежной  Церкви  ни  в  Константинополе,   ни в Белграде в 1921 г.  Он  не  должен  был  подписывать  общее  Послание,  а  на последнем заседании заявить о своем положении  Экзарха Вселенского Патриарха:  «Я  и  моя  паства, мы все дорожим этим положением… Поэтому я не могу и не хочу просить Вселенского Патриарха  об освобождении меня от звания (см. прот. №4).

     Для  лучшего  представления  о  возникновении  РПЦЗ  и  происшедших  в  ней  расколов лучше всего привести  выдержку  из  послания  от  имени  Собора  РПЦЗ Высокопреосвященнейшего Митрополита Анастасия: [14] 

    «… Наша РПЦЗ,  духовно  окормляющая  и  объединяющая многие сотни тысяч православных русских людей, «в изгнании и рассеянии сущих»,  помогающая  им  сохранить во всей чистоте свою  отеческую  православную веру и свое историческое национальное русское лицо, в начале была  единой. Так  продолжалось  до 1926 года,  когда  впервые  возникли  в ней разделения, не только,  к сожалению, не изжитые,  но продолжающиеся и до настоящего времени…

     Для того чтобы правильно судить  о  разделениях  в  нашей РПЦЗ,  надо  знать  историю  ее возникновения,  и  тогда,  сами  собой  будут  ясны  причины  этих  разделений.

     После захвата  власти  в  России  лютыми  гонителями  веры  и  Церкви,  так  называемыми «большевиками»,  в 1917 году,  самоотверженно-настроенная часть русского народа начала героическую   борьбу   с   ними  за  «Русь Святую»,   вылившуюся   в  так  называемое  «Белое Движение». На территории России образовался военный фронт, вследствие чего целый ряд епархий был отрезан  от  ВЦУ  в Москве. Да и само это Управление, во главе со Святейшим Патриархом  Тихоном,  скоро  оказалось  в  порабощении  у  безбожной  власти.

     Что