№ 10  - 2005

Contents -  Оглавление

1.  Московский  Патриархат  разрешил. К. Василенко

2.   Extinction  of  the  Russian  émigré  culture.  G. M. Soldatow  

3.   Arbitration  Court  in  Stavropol  decided.... 

4.   Найдем  ли  мы  силы  для  покаянного  объединения  в  Церковь,  противостоящую       антихристу.  М.В. Назаров

5.   Письма  катакомбного  Епископа  А... к Ф.М.

6    Archbishop  Mark's  "Friend"  by  K. Preobrazensky

7.   Ищущим  Мать. Очерки  о  Катакомбной  Церкви.  Брат  Захарий 

8.   Reaching for Religious Reunion by L.A. Uzzell

9.   Слово к патриотам России.  Епископ Виктор.

10.  Open  letter of  Fr. Michael  Ardov,  to  the  Editor  of  Nasha  Strana 

11.  "Fashionable" Saints?  G. M. Soldatow

12.  Voronezh Governor heads  campaign  for  the  canonisation....  

13.  О материальной гипотезе объединения.  М.В. Назаров  

*****************************************************************************************

...Мы убеждены, что никакое иноземное вмешательство, да и вообще никто и ничто, не спасет Росию от нестроения и разрухи, пока Правосудный Господь не преложит гнева Своего на милосердие, пока сам народ не очистится в купели покаяния от многолетних язв своих, а через то не возродится духовно в "нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины" (Еф.4,24)  Из послания клиру и мирянам Св. Патриарха Тихона 25 сент.-8 окт.1919 г. 

******************************************************************************************

***************************************************************************

Extinction of the Russian émigré culture

G. M. Soldatow

The meaning of the Holy Trinity Monastery and its Seminary for Russia (Rus') Abroad and for our Motherland is great and it would be difficult to explain its impact briefly.   This place, holy to every Russian, has a special meaning because here, outside of Russia, the spiritual and cultural values were preserved.  Among the monastics and those nurtured by the Monastery, the hope never died that the day would come when Communism would perish and everything which was so carefully preserved through such hardship would one day return to the Homeland.  Here a large library was established, housing books of Russian and Émigré authors.  Here also were the archives of many spiritual and scientific figures, and a museum.

The Russian émigré community is of  exceptional  importance, not only in religion, but also culturally.  On the one hand, it protected its past; on the other, being far from its Homeland, having scattered among other nations across the globe, it built churches, set up libraries, organized brotherhoods and sisterhoods, choirs, charitable organizations, and the like, introducing other nations to Orthodoxy and to Russia.  Abroad, with refugee pennies, which were gathered everywhere, often for many years, many beautiful churches were built in the Russian style.  Some of them were enormous and became local sightseeing magnets, drawing tourists and people wishing to become acquainted with Orthodoxy.  These Russian centers became unique places where émigrés could meet people just like themselves, with whom they could share their joys and their sorrows. Here, new generations of young people received religious and cultural education. 

In many countries,  monasteries were organized, which became local spiritual centers.  After World War II the Holy Trinity Monastery, located near the village of Jordanville, N.Y., became most important among them.  Prior to the war, most of the spiritual literature was published in Ladomirovo, in the Carpathians, but after the war, when almost all the monks and the abbot found themselves in the USA, they organized a Seminary and a publishing house which published the main periodical of ROCOR, “Orthodox Russia”.   The monastery published not only books of liturgical and theological content, but also paper icons, textbooks, lay literature and festive cards.

Future pastors in the monastery had to meet a high standard of preparation.  A newly ordained person, during the course of several weeks, would perform all the scheduled services, read sermons, and would become established in his knowledge of the liturgical and choir procedures.  Faith in the truth and invincibility of Orthodoxy and in the future of Holy Russia was firmly planted in the pastors.

Archimandrite Kiprian, famous in the entire Diaspora, organized not only an icon painting studio, but also trained his replacement icon painters, who filled churches throughout the world with their icons.  This work was extremely important, since Russian icon painting differs markedly from that of other Orthodox countries.  Here in his studio, either Fr. Kiprian, or one of his apprentices, would paint icons of Russian saints, and icons would be prepared prior to the canonization of new saints.

The publishing and other handiwork of the Holy Trinity Monastery, as well as that of  Russian monasteries in the Holy Land, (such as St. Equal to the Apostles Mary Magdalene in Jerusalem, Resurrection of Christ in Bethany and  the Ascension of Christ in Jerusalem), and that of  the monasteries New Shamordino ( Australia), Convent of the Holy Virgin ( Lesninskiy, France),  Dormition in Novo Diveevo (New York),  the Preobrazhensky Skete ( Mansonville,Canada), St. Job of Pochaev ( Munich), the Dormition Convent ( Chile), Mother-of-God of Vladimir Convent (California) and others, were distributed throughout all the dioceses of ROCOR thereby allowing them to continue their work.

Many books, magazines, liturgical cassettes and discs were put out in limited numbers.  Sewing for the parishes and priests could only be done by those Outside Russia.  Many of these handiworks kept their old Russian traditional style, differing from mass production.

Now the threat exists that either the MP will  take these religious centers under its own leadership, or will play the main role in deciding what goes on there.  Some of the holy places have already been taken away from ROCOR using brute force; the MP expects to take over others using legal means.

At the present time, in many monasteries, in the Synod book store and in parishes of ROCOR, items produced by the Moscow Patriarchate are distributed.  Their published materials are not always suitable to the spiritual longings of those who left Russia or those who presently live there.  The publications are saturated with non-Orthodox non-Russian traditions and spiritual values.   They don’t have that appeal to which the Russian faithful Abroad have been accustomed.  Having been bred in a materialistic spirit, the spiritual leaders of the MP, unaware of it themselves, regress from leading people toward the salvation of their souls and preparation for the Afterlife, and instead  lead the faithful toward creating a heaven on earth, exactly that which was promised by the Soviet system.

Now that the ROCOR Lavra distributes almost exclusively printed materials and handiwork from the republics of the former USSR and in particular from the MP, the MP will insure that the little distrubution that was supported with great effort here Abroad, will end. Private publishers and the few expatriate authors who sold their work on commission, can no longer do so.  Hand crafted items are being replaced by cheap production,  frequently of poor quality.  In the Holy Land and in Jordanville, the Synod and the monastery choirs had created wonderful liturgical records, cassettes, and CDs for distribution in all the dioceses.  The choir of the cathedral of St. Alexander Nevsky in Paris, and many others, also produced their liturgical works.  But nowadays in ROCOR there appear a great many others in great quantities.  A case in point: in the April issue of this year of “Orthodox Russia” only products of the MP are advertised for sale.

And so, gradually, the cultural extinction of ROCOR is taking place.  This is not even a self-liquidation, but unnoticed by many, it is a gradual replacement of key positions in ROCOR  by those from the former USSR or those in favor of a union with the MP.  Many of these people were welcomed into the Church with open arms, without adequate investigation; their claims were believed, that they were persecuted by the authorities or the MP.  However, later, unfortunately it became apparent that some of these fugitives were, because of their behavior, unworthy of the priesthood.    Some of them continued their usual missionary work,  preaching Sergianism, Ecumenism and socialism.  Thus ROCOR took in a “Trojan Horse”.

Prior to beginning work on an icon, Fr. Kiprian fasted and prayed.  Contrast the faces of the saints he painted with those  painted by the MP. When Fr. Konstantin began writing his articles, and when he prepared for his lectures, he prayed fervently.  That’s why he would direct the attention of his listeners to that which was most important for them—the yearning to save one’s soul --and to extract from literary works or articles information helpful in that quest.  That is why his and Vladyka Averky’s lectures were not dry and scientific but were directed to the hearts of the listeners.

Now the textbooks and the lecturers in the Seminary are mostly from the MP.  The authors and lecturers were raised in an anti-religious environment; many of them are striving toward Ecumenism and bringing an alien influence into Orthodoxy.  Therefore everything that used to be spiritual in the monastery is gradually disappearing, and is being replaced by a new earthly, not heavenly, influence.

By continuing this new political course in ROCOR’s Lavra, many spiritual and cultural achievements of the Émigré community will be lost, and in the souls of the new generation will be planted the pernicious influence of the Moscow Patriarchate with all of its delusions.

We still harbor an ember of hope that the Administration of the Holy Trinity Monastery and the Synod of ROCOR will ponder the events taking place and will return to the path of  preserving the spiritual and cultural treasures of Russia Abroad.

                                                                      Translated by Mrs. M.N. Nekludoff

******************************************************************************************

ARBITRATION COURT IN STAVROPOL DECIDED TO GIVE ST OLGA CHURCH BUILDING OF ROAC TO LOCAL DIOCESE OF MP
(Vertograd', Zheleznovodsk \Stavropol'sky region\) No.18-4-25-05

On April 6, the Arbitration court for Stavropol decided to transfer the the St Olga Temple belonging to the Russian Orthodox Autonomous Church to the jurisdiction of the Stavropol Diocese of the MP. This decision is a reversal of the previous one from July 22, 2004, which acknoweleged the right of the community to its own Church building.

The parish of St Olga Temple has more than 2,000 parishoners, not only from Zheleznovodsk, but from other districts of the Caucasus, including from Pyatygorska and Essentuki. A temple was built in 1989 on the community's facilities. The Moscow Patriarchate, neither through its Stavropol diocese nor through the city administration, did not pay a penny for the foundation of this Church, according to Priest Roman Novakovsky. Only recently the building of the temple was even officially recognized, and before this the city refused to help the community in any way. All the while, the city authorities tried to disperse the ROAC community.

Mayor Anatoly Zubtsov of Zheleznovodsk, through Decree #891 from October 3, 2003, deprived the St Olga Church community the right to the lot of land on which their Church was built on. They had held the land since 1993. Then the ministry of justice attempted to deprive the community of legal registration. These efforts were yet unsuccessful. Finally, the Civil Court acknowledged the right of the community to the domain of their temple and obliged formal registration to be drafted for the recognition on the part of the civil authorities of the building.

This decision determined by the law was not appealed and it was given legal force. But then it was abolished in an appellate court. The Stavropol Diocese of the MP attacked with two lawsuits-- one for illegal domain of the property and one to evict the community from the building.

The St Olga Community of ROAC has the originals of all the financial and estimate documents on the building of a temple, work agreements, et cetera. In the same area, the Stavropol Diocese of the MP has only the documents about the formal recogniztion of the building, hurriedly made by Mayor Zubtsov of Zheleznovosk. He claimed that BTY, the city land committee, designed all the documents on the domain by building and by an area on the name of dioceses. Already a diocese by next day had certificates about all the structures, despite the fact that the question of ownership was already examined by the court.

ROAC's St Olga Church community is currently arguing a complaint in Appellate court

                                                   DOCUMENTS

RESOLUTION OF PASTORAL CONFERENCE OF ODESSA AND ZAPOROZHIE DIOCESES OF ROCOR (L)

As we go through the Lenten preparations for communion in the God-fearing city of Odessa, we give thanks to the Lord to be given the possibility for our confessions to be heard and to serve together the Divine Liturgy of Presanctified Gifts and partake of the communion of the Precious Body and Blood of Christ. After the completion of Divine Service, at the Dining Hall the pastoral conference took place passed at the St Michael Church, during which the issues relating to the day to day life of the diocese were discussed. Considerable attention was given to the relationship with the Russian Orthodox Church - Moscow Patriarchate (MP) and prospects negotiated now between the respective commissions for concilation. In connection with primary meaning of the root of the negotiation process for the matter of our concern, the clergy present here considered it useful to issue a reminder about the main principles, and also the positions resulting from these principles, which lie in basis of our division, and which till today are not resolved.

1. The New Martyrs and confessors of Russia, from the beginning with Metropolitans Cyril of Kazan and Joseph of Petrograd, and also subsequent Fathers of Russian Church Abroad and Catacomb Church always spoke about the need, after the persecutions of the faithful have ended, to bring to a free Sobor an appraisal of the acts of the Metropolitan Sergius (Stragorodsky). The need of such an honest estimation of an this case for the instruction of future generations of the Russian people was stated after the Episcopal Sobor of 2001 by our then our new First-Hierarch Metropolitan Laurus. On this basis, the documents developed during negotiations by joint commissions can not be considered satisfactory, if they only express "how must it be" in terms of the relations between the Church with the state, but do not honestly express "how it was", to wit:

- the false, apostate nature of the Declaration of Metropolitan Sergius from the year 1927 and the church policy based on it (Metropolitan Anthony, ROCOR First-Hierarch of Blessed Memory, called it treachery);

- the usurpation of church power by Metropolitan Sergius through the creation of an uncanonical Synod and misappropriation to their authorities of the first bishop of country with subsequent punishments inflicted on all true Orthodox hierarchs, clergy and laymen;

-the renunciations of the New Martyrs and confessors and all those persecuted for the faith, labelling them as "political criminals" from the side of the Metropolitan Sergius and other Bishops of the MP;

-the collaboration of the Bishops of MP (including now as well) with the special organs of the rgodless authority (GPU, NKVD, KGB, FSB);

- false statements before world public about the absence of persecutions of the faith in the USSR and other false statements in order to please the godless authority.

The necessity and actuality of the foregoing is underlined by the recent fact of the appearance in edition of Sretensky monastery of book of S. Fomin "Guardianship of the house Lord", eulogizing Metropolitan Sergius with the benediction and with the preface of present head of the MP in which he actually specifies that Metropolitan Sergius (Stragorodsky) is a saint, and also that in fact, with the blessing of the Nyzhegorodsk diocese of MP in Russia an area is already adopted and a monument being prepared in honour of "Patriarch Sergius" (in Arzamase). In ROC-MP, there must be an end to the artificially implanted honour of Metropolitan Sergius (Stragorodsky) as a "rescuer of Church"; by contrast, it is desirable to set up a special committee on investigation of his acts (in particular, it is necessary to check up information about his letter to the NKVD in 1935 with the purpose of stopping an exit from the conclusion of the legitimate locum tenens of the Church, Metropolitan Peter of Krutitsk.)

That sergianism is not removed in MP is blatantly shown by the participation of the Patriarchate (beginning from its highest level Bishops) attested to in their electioneering in Ukraine for the side of one of candidates. By this participation-- which was in direct violation of both church and civil laws-- the MP showed its unity with a local criminal administrative resource and its complete dependence on external political forces.

2. In obedience to Holy canons, joint prayers are with forbidden with heretics, the more so with heterodox, and this is not only the case with being vested and in a public service but also in domestic terms ("even if it was in a house" - 10 Apost. canons) and other cases (for example, before a meal). The order of our actions in similar situations is foreseen by Determination of Episcopal Cathedral of ROCOR from October, 13/26, 1953. It is necessary to work for one mind the with ROC-MP in this question. "Faithful in small and great things" (Lk. 16,10). One of recent cases of joint prayer with heretics took place in September, 2004, when the First Hierarch of ROC-MP, Alexei II was present at the blessing by the Armenian Catholicos of the Monophysite hierarchy, Garegynom II, laying 16 stones of the foundation of a Monophysite temple in Moscow and even jointly with him placing a time capsule in the foundation of this structure.

3. At the altar section of the Temple of Christ the Savior, the main temple of MP, a "khachkar" cross stone is set in memory of such joint prayer and the date of the blessing of this stone is August 8, 2000 by ROC-MP Patriarch Alexei II and also by Monophysite Catholicos Garegynon II. This stone is, according to the statement of Garegynon II, "a blessing to the Holy Russian land". The Apostolic canons forbid both joint prayers (c. 33) and adopting blessings (c. 32) from heretics. Objectively speaking, what is actually occuring, using church terminology, "desecration from the heretics" of a village cemetery of main temple of ROC-MP in the altar area. The religious, instead of social character of benediction, is confirmed by the image on the stone of a Cross in the Monophysite tradition. It would be desirable, that after the proper appraisal of the aforesaid event, a memorable sign was carried in a place more proper to him (a Park of friendship of the people, an award from the Society of Russian-Armenian friendship or something similar);

4. It is necessary to mention in conciliatory documents about the statements about the unacceptability for Orthodoxy of the dogmatic consciousness of Chambesy in 1990 (with the Monophysites) and Balamand of 1993 (with Catholics)-- documents which were before signed by representatives of the MP at the level of official delegations, caused large embarrassments to Orthodox congregations, and were left in a "suspended", i.e. not ratified, but also not denounced state.

5. We consider the new introductions of ROC-MP's new status of "associated with the WCC" to be rather dubious. If MP does not decide simply to go depart from this -"body with a false eccelesiological sense", for the MP it appears at most possible to us, after departing from dialogue with the WCC, to have observers present there (as our Church had, for example, on the Vatican catholic cathedral of 1962), but no more.

We consider insufficient to explore only a question about participating of ROC-MP dialogue with the WCC. It is necessary to write in detail questions about the participation of the ROC-MP in Conference of European Churches and other Ecumenical organizations (for example, the Ecumenical organization of the Baltic countries, etc.), to explore their statutes, regulations, positions, status in them vis-a-vis MP for the purpose of verifying whether there is contradiction to the Orthodox teaching about the Church.

Also we consider it mistaken, presently, to take real steps on rapprochement with MP "on their word" until witnessing an exit from the WCC by its next assembly in 2006. It is necessary at first to wait till this occurs in the aforesaid year, and then it will be possible to continue negotiations.

6. In conciliatory documents it is necessary to specify the impermissibility in the future of utterances of Orthodox hierarchs of the MP (such, for example, as the well known appearance of Patriarch Alexei II before the rabbis in New York), including use of terms and concepts, conflicting with the Holy Orthodox tradition, such as "sister-Church" in regard to Catholics, "Oriental Orthodox" in regard to monophysites, "great religion of Divine Revelation" in regard to Islam, etc. Every such utterance not must be, in the future, respected as the "private opinion" of one or another hierarch, but must be accompanied by brotherly exhortation from the side of First Hierarch of the Church or the Sobor of bishops (when the question is about the First Hierarch) until correction. If not, all of it can be fully appraised as the open teaching of heresy and falls under Canon 15 of the 2nd Council of Constantinople.

7. ROC-MP must halt the eucharistic communion with Local Orthodox Churches which continue membership in the WCC and CEC or officially recognize them. Also ROC-MP must cease communion with all official Local Churches in accordance with Canon 1 of Antioch (by reason of introduction of the western Latin paschalion by Finnish Orthodox Church and the common eucharistic communion with her on the part of the others).

8. For the above reasons, our Russian Orthodox Church Abroad can at the moment have no eucharistic communion with the official Local Orthodox Churches. Practice of the occasional celebration with clergy of the Serbian or Jerusalem Patriarchates must remain the private affair of those representatives of our clergy, which is assumed, but not must be proclaimed as the official position of all our Church.

9. It is necessary in every way to assert the eucharistic communion and spiritual connections with our brothers to us in Christ, the hierarchies of the Old Calendar Synod-in-Resistance in Greece and True Orthodox Churches of Bulgaria and Romania. The decision about the renewal of eucharistic communion with the ROC-MP must be concerted with these Churches.

In conclusion we call God's benediction on our dear congregation and prayer is desired to all our parishioners best wishes during Passion Week and spiritually gladly and saving to meet the Light of Christ this Pascha. "To her, Elect Lady, My God Jesus! Grace and Peace of our Lord Jesus Christ be with all of you. Amen."

Odessa, 07/20.04.05, Svt. George, Bishop of Mytylensk.

+ Agafangel, Bishop Tavrya and Odessa
Archimandrite John (Zynov'ev) ,Prot. Valery Alekseev, Prot. Vladimir Fastovych
Ig. George (Kravchenko), Ig. Parfeny (Grynyuk), Hieromonk Arseny (Man'ko)
Hieromonk Andrian (Zamlynskyy), Hieromonk Ilaryon (Dmytryev)
Hieromonk Nicholas (Zav'yalov), P. Igor Yavorsky, P. Vasiliy Demchenko
P. Leonid Plyats, P. Dmitri Zynoviev, P. Maxim Vologdin, P. Alexander Martynenko
P. Alexander Petrenko, P. Sergy Kaloev, P. Valentine Bondar, P. Andrei Trachuk
P. Anatoly Koren'kov, Hierodeacon Philaret (Zakotey), Deacon Vitaly Morozov
Deacon Vitaly Taranenko

(Translated by Vertograd)

****************************************************

Найдем ли мы силы для покаянного объединения в Церковь, противостоящую антихристу?

М.В. Назаров

У многих из нас немало грехов в бытовой жизни, допускаемых по нашим слабостям – о них пекутся наши духовные отцы, увещевают, исповедуют, лечат. Но, помимо того, всем нам придется нести ответ перед Богом за то, как мы, будучи членами Церкви и гражданами России, себя вели на поле брани в нынешней войне за Россию и Русскую Церковь. И становится страшно, когда наши духовные отцы, аскеты и молитвенники, не видят своего большого греха предательства своего народа и Церкви в этой войне.

В таком случае мы, мiряне, не должны поступать, как они, а должны, из благодарности к ним за прежнее добро, стараться до последней возможности помочь им осознать происходящее, чтобы спасти нашу Церковь. Вот почему многие, по голосу совести протестуя против надвигающегося столь печального конца Русской Зарубежной Церкви, до последнего момента остаются ее членами. Ушедшие ранее в раскол обзывают нас "купленными", сторонники объединения с МП считают нас "узко мыслящими", патриархийные патриоты клеймят "агентами ЦРУ" и "противниками усиления России" – но ведь не будет сильной России без здоровой Церкви, более же всего ее ослабляет отказ от Истины, которую мы и пытаемся отстоять именно в Церкви.

Будем молиться и надеяться, что обещанный нам Всезарубежный Собор раскроет глаза нашим архиереям (ведь их долголетний пастырский вклад в дело Церкви и их совесть все же не такие, как у их поглотителей – сравним хотя бы биографии первоиерархов РПЦЗ и МП) и вернет их к соблюдению соборно данного ими обещания. Хотя надежд на это все меньше... В случае же, если капитуляция будет легализована Собором, положение во всем Русском Православии сильно изменится. Полюс духовной власти в нем, ранее находившийся в Архиерейском Соборе РПЦЗ, исчезнет. Кто же тогда сможет составить новый полюс для выполнения Русской Церковью своей последней миссии?

Как можно видеть, противники Нового мiрового порядка в России в настоящее время оказались разрознены в нескольких церковных юрисдикциях, имеющих апостольскую преемственность, но различную каноническую основу.

Самая крупная группа – неоднократно цитированные в данной книге мiряне и клирики из здоровой части МП, которые, однако, связаны дисциплиной с конформистской политикой своих верхов. Этот конформизм все более тяготит благочестивое духовенство, включая и цитированных выше епископов. Не исключено, что дело дойдет до их размежевания с апостасийной частью МП в той или иной форме (скорее всего вследствие примененных к ним наказаний и прещений). В этом случае для продолжения их пастырского духовного водительства им понадобится должное и общее каноническое обоснование.

Это в принципе возможно по правилу 15 Константинопольского Двукратного Собора (861 г.), которое сначала осуждает отделение от своего священноначалия, но затем прямо предписывает отделение, оправдываемое следующим условием: «Отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осужденныя святыми соборами или отцами, когда, то есть, он проповедует ересь всенародно, и учит оной открыто в церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым епископом, прежде соборного рассмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитемии, но и достойны чести, подобающей православным. Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучителей, и не расколом пресекли единство церкви, но потщились охранити церковь от расколов и разделений».

Напомним, что именно так в 1439 году поступил св. Марк Эфесский – единственный из православных участников Флорентийского Собора (включая византийского Патриарха и Императора), который отказался признать унию с католиками и своим исповедничеством дал образец другим ревнителям, восстановившим позже чистоту Православия.

Исходя из раскрытого нам смысла истории, должно быть понятно, что прибегать к этому правилу исповедническому духовенству всех поместных Церквей придется тем чаще, чем больше будет выявляться предсказанное отступление священноначалия перед концом. Это правило говорит о том, что каноны выработаны Церковью для охранения Ее спасительной духовной миссии, а не в виде законнических предписаний повиноваться "непогрешимому" священноначалию. Да и сама Церковь – там, где «храм Бога живого», а не храм Велиара – вспомним эти слова апостола (2 Кор. 6:14-17), из которых очевидно, что исповедники, отделяющиеся от беззакония уносят Бога, а значит и Церковь, с собой.

На сходных исповеднических позициях стоит также значительная часть мiрян и духовенства (включая как минимум двух епископов) в юрисдикции РПЦЗ митрополита Лавра, которые не пойдут на капитулянтское объединение с МП для услужения ставленникам Нового мiрового порядка. Как сказал епископ Ишимский и Сибирский Евтихий: «Если вдруг случится безпринципное соединение, то придется нашей епархии остаться в полном одиночестве» ("Газета", 14.5.2004). И епископ Таврический и Одесский Агафангел предупреждает в обращении к Собору (июль 2004) о несогласии с капитуляцией: «Если мы пойдем таким путем, то неизбежно приведем Церковь нашу к расколу».

Причем теперь для нас, остающихся на прежней позиции РПЦЗ, на основании того же правила 15 Двукратного Собора безспорно, что не мы откалываемся от Церкви, как "правые протестанты" в 2000-2001 годах, а откалываются те архиереи, которые нарушают свое соборное обещание «объединяться только в Истине», ступая на явно еретический путь с признанием ложных "реальностей": "двух равночестных правд" (и Новомучеников, и сергиан) с восхвалением служителей той самой "мiровой системы зла", об опасности которой ранее соборно предупреждали. То есть все эти "реальности" ранее были в РПЦЗ соборно осуждены.

Отказавшиеся от этой капитуляции, как бы мало их ни было, будут продолжать истинную традицию РПЦЗ на родной земле и в рассеянии, имея каноничную основу в виде никем не отмененного Постановления № 362 Патриарха Тихона, Св. Синода и Высшего Церковного Совета от 7/20 ноября 1920 года. Присоединение к этой части РПЦЗ стало бы и для исповеднической части МП исправлением канонической сомнительности самой МП, о которой говорит архиепископ Марк: «Она развилась на основе непослушания главе единой Русской Церкви, действительному Местоблюстителю патриаршего престола, митрополиту Петру, а кроме того, также и в противостоянии собратьям-епископам, назначенным Патриархом Тихоном кандидатами в Местоблюстители – митрополитам Кириллу и Агафангелу, не говоря о десятках других».

Создание такого нового полюса духовной власти было бы с надеждою воспринято благочестивым церковным народом и могло бы стать для него крупинкой соли, вызывающей кристаллизацию исповеднической Русской Церкви, которая сможет стать точкой приложения Божией помощи в восстановлении православной России перед концом времен.

Мы никогда не отрицали и того, что во многом единомысленна с нами в сопротивлении "тайне беззакония" отколовшаяся от РПЦЗ юрисдикция митрополита Виталия. Ее главная проблема в том, что сама она образована незаконно и с ущербом для нашей Церкви. Сейчас оттуда раздаются голоса: «Мы были правы уже три года назад, когда разоблачили предательство! Поэтому все несогласные с ним должны присоединиться к митрополиту Виталию, то есть к нам».

Насчет своей неканоничности они в известной мере верно считают, что «в смутные времена исповедническая и догматическая верность стоит выше буквы канонов». Однако эти два уровня церковного учения не могут противоречить друг другу, а призваны дополнять друг друга. Ведь если все начнут нарушать каноны и разделяться по своему (иногда ревностному не по разуму) пониманию догматической верности, то на какой безспорной основе можно будет канонически определять эту догматическую верность?

Именно для предотвращения такого произвольного раздробления Церкви каноны дают возможность ревнителям бороться за догматическую верность, оставаясь внутри Церкви – отделение допустимо лишь в случае отступничества священноначалия в ересь, осужденную соборно или отцами – именно это условие предусматривает 15-е правило. На него тоже ссылаются идеологи юрисдикции митрополита Виталия, но эти ссылки не выглядят оправданными.

Ведь в 2000 году надежды Архиерейского Собора на соединение с Церковью на родине основывались на прежней традиционной экклезиологии РПЦЗ; излишний оптимизм некоторых заявлений не имел характер вероотступничества или соборно осужденной ереси; все допущенные ошибки можно было исправить с учетом мнения церковного народа и клира без ухода в раскол. Их и начали исправлять уже на Соборе 2001 года, который признал неоправданность некоторых своих заявлений. Однако "правые протестанты" (как они тогда были названы в нашей статье, с признанием их частичной правоты) увидели "измену" в самой возможности пастырско-педагогического диалога с МП (забыв, что в МП есть и благочестивый народ, ради которого стоит вести диалог). Они предпочли бунт в духе агрессивной "презумпции виновности", то есть с бездоказательными и часто ложными обвинениями, из которых получалось, что «все архиереи РПЦЗ – это просто какая-то банда преступников, ополчившаяся на Православие и жестоко преследующая митрополита Виталия», – так расценил тогда их поведение преосвященный епископ Агафангел в "Православной Руси" (2001. № 22. С. 11). Можно ли всю тогдашнюю истерику, гордыню и явную неправду со стороны отколовшихся, не проявивших ни малейшей любви к своим собратьям по Церкви, назвать догматическим исповедничеством? Этим они лишь обезценили долю правды в своей критике.

К тому же и в числе тех, кто не примкнул к этому бунту, много клириков (тот же епископ Агафангел) стоят на правых исповеднических позициях в отношении и к МП, и к мiровой закулисе. Но они тогда не видели причин для раскола и не поддержали его именно из-за "презумпции виновности" отколовшихся и неканоничности их шага. Тем более, что Архиерейский Собор 2001 года заверил паству, что «никакого внешнего единения [с МП] не может быть, если не существует единения в Истине». Никаких фактов "измены Истине" тогда не было, и на ход событий правая внутрицерковная оппозиция была способна повлиять, если бы вела себя канонично, мудро, достойно и с уважением к собратьям.

Свое несогласие с соборными решениями и с уходом на покой митрополит Виталий и в 2000-м и в 2001 году должен был отстаивать на Архиерейском Соборе и не подписывать его документы, а не протестовать каждый раз задним числом, затевая этим смуту. Он уже давно не был в курсе административных дел, три года даже не служил и был не в состоянии самостоятельно оценивать происходящее. Под различными влияниями он стал выпускать противоречивые заявления, что потом проявило себя и в жизни его новой юрисдикции, вызвав в ней новые расколы. Подчеркнем, что митрополит Виталий, "передумав" уходить на покой без достаточных церковных оснований (из-за увольнения его секретарши, под ее влиянием) и в единоличном порядке (на что он по канонам не имел права), не "вернулся к власти" в РПЦЗ, как утверждают его сторонники, а основал новую юрисдикцию с новым названием: "В изгнании". То есть это был раскол, спровоцированный не исповедничеством, а страстями, гордыней и личными расчетами его окружения.

И поддержавшие митрополита Виталия архиереи РПЦЗ в России также должны были выражать несогласие на Соборе, предлагая иные формулировки, а не протестовать задним числом, уходя в раскол, в том числе уже и от митрополита Виталия в некую самочинную автономию, сначала им одобренную (опять-таки подсунули на подпись нужную бумагу), а затем не признанную. Это – тоже следствие канонической произвольности новообразованной юрисдикции, в которой все стали трактовать каноны очень произвольно. На таком фундаменте не удастся построить ничего прочного.

Уйдя в раскол, "правые протестанты" тем самым ослабили влияние удерживающих сил в нашей Церкви, ибо л