ВЕРНОСТЬ - FIDELITY № 107 - 2008

MAY / МАЙ 18

The Editorial Board is glad to inform our Readers that this issue of “FIDELITY” has articles in English, and Russian Languages.  

С удовлетворением сообщаем, что в этом номере журнала “ВЕРНОСТЬ” помещены статьи на английском и русском  языках.

                        CONTENTS - ОГЛАВЛЕНИЕ

   1.  ПРЕПОДОБНЫЙ СЕРГИЙ.  Ольга Корчагина

2.  THE CATACOMB CHURCH  -  OUR LIFEBOAT. Letter to the most decorous Protopriest George Petrenko of ROCA’s Brazilian South American Diocese. Translated by Seraphim Larin

3.  PERSECUTED MP PRIEST PROTOPRIEST PAUL ADELGEIM: “THE LONGSTANDING CALL FOR REPENTANCE, WHICH ROCA DIRECTED TOWARD RUSSIA, HAS NOW FADED”.  Translated by Seraphim Larin

4.   THE SERBS AND THE CONCORDAT.  Dr. Vladimir Moss

5  WHO DID DISCOVER AMERICA ?  Seraphim Larin

6.   ERA OF THE DEAD.  V.P.Vinogradov. Translated by Seraphim Larin

7.   ВРЕМЯ  МЕРТВЕЦОВЪ. Вадим Виноградов 

8.   ПРИДИ КО МНЕ, МОЙ БРАТ УСТАВШИЙ!  Н.П.

8 НАЦИОНАЛЬНАЯ  МОНАРХИЯ  ЗАВТРА    УТОПИЯ  ИЛИ  ВЕКТОР  ГОСУДАРСТВЕННОГО  ОБНОВЛЕНИЯ В. Е. ЛАРИОНОВ. (продолжение)

9 В РУССКИХ, НЕТ КРОВЕЙ ТАТАРИНА! РУССКИЕ, ЭТО ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЕ ЖИТЕЛИ ВСЕЙ ТЕРРИТОРИИ       РОССИИ! Николай Бондарик. 

10.   КРИТИКА АВТОРА ОЧЕРКА: "КРАТКИЙ КУРС ДЛЯ НАЧИНАЮЩЕГО ВОИНА (ВОИТЕЛЬНИЦЫ) СВЕТА". Иван Никитин.

11 ИМ НЕ НУЖНЫ РУССКИЕ В РОССИИ? НУЖНЫ ЛИ ОНИ РУССКИМ?  Иван Никитин.

12.  О СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОЙ ВОЙНЕ.  В. Россов

13. НАМ  СООБЩИЛИ WE  WERE  INFORMED

 

                                                          ПРЕПОДОБНЫЙ  СЕРГИЙ.

                                                                                                    Ольга Корчагина

                                                                                           Россия, Мать моя Россия,

                                                                                           Как много ты пережила.

                                                                                           Ты столько лет орде татарской

                                                                                           Всё  дани-подати несла.

                                                                                                     С Литвой и Польшей воевала-

                                                                                                     Тебя все рвали на куски.

                                                                                                     Так невозможно возродиться,

                                                                                                     Так много государств ушли.

                                                                                           В самом народе потускнела

                                                                                           Национальность наших дней.

                                                                                           Ты даже ханского татара

                                                                                          Царём звала среди князей

                                                                                                     В церковно-нравственном движеньи

                                                                                                     Россию ты возсоздавал,

                                                                                                     Когда Димитрия Донского

                                                                                                    На битву ты благославлял.

                                                                                                                      ************

                                                                                           Во время ранней литургии

                                                                                           В утробе матери своей

                                                                                          Три раза ты подал свой голос-

                                                                                          Служенье Тройце возвестил.

                                                                                                     Варфоломеем ты был назван

                                                                                                     Ты младшим был среди  троих.

                                                                                                     Не брал по пятницам и средам

                                                                                                     Сосцов ты матери своих.

                                                                                           В ученье отдан был со всеми,

                                                                                          Но  “аз” и “бук” не понимал.

                                                                                          Пока источник благодатный

                                                                                          Тебе твой путь не указал.

                                                                                                    Увидев светлого монаха

                                                                                                    Ему ты горе рассказал,

                                                                                                    И вместе с просфорой от Бога

                                                                                                   Псалтырь в тот вечер прочитал.

                                                                                         Ушел твой старший брат в монахи

                                                                                         За ним хотел ты  вслед идти.

                                                                                         Женился средний брат- уехал.

                                                                                         Тебе сказали погоди.

                                                                                                     Не только иноческой жизни-

                                                                                                    Ты одиночества искал.

                                                                                                   Ты царство Божие и Правду-

                                                                                                   Святую Тройцу прославлял.

                                                                                          Позвал ты старшего Стефана

                                                                                          С тобою долю разделить,

                                                                                          В лесу дремучем со зверями

                                                                                         Не смог с тобой он вместе жить

                                                                                                    В посте, в молитве, в воздержаньи-

                                                                                                   Постриг тебе дал Митрофан,

                                                                                                   Назвал тебя он просто Сергий,

                                                                                                   Когда чин ангельский был дан.

                                                                                        Не мог святильник благодатный

                                                                                        Один светить среди лесов,

                                                                                        И жаждущих духовной жизни

                                                                                        К тебе пришли со всех концов

                                                                                                  Ты твёрдою своей рукою

                                                                                                  Устав строжайший написал,

                                                                                                  И подаяния в округе

                                                                                                  Монахам строго запрещал

                                                                                       Терпел и холод ты и голод,

                                                                                       Воды и той ты не имел,

                                                                                       Но с верой, что Господь поможет

                                                                                       Источник там не оскудел.

                                                                                                     Тебе виденье было свыше,

                                                                                                     Как дух монашеский вести,

                                                                                                    Что небыло нигде на свете-

                                                                                                    Запрет на собственность ввёл ты.

                                                                                        На это братья возраптала,

                                                                                        А ты.....ни слова не сказал

                                                                                        Не заходя в свою ты келью-

                                                                                        Пустыню новую искал.  

                                                                                                   Митрополитом Алексеем

                                                                                                   Тебя вернули через год.

                                                                                                   Своим наместником поставить

                                                                                                  Он сговорить никак не мог.

                                                                                        Ты княжества Руси великой

                                                                                        Всех самолично собирал

                                                                                        Чтоб подчинить-созвать в едино-

                                                                                        Москве ты власть свою давал

                                                                                                   Разгевался Мамай ордынский

                                                                                                  Пошел на смертный бой с Москвой-

                                                                                                  Напомнить времена Батыя

                                                                                                  Швырнул дары своей рукой.

                                                                                        Пришел Димитрий перед битвой

                                                                                        К тебе благословенье взять.

                                                                                        Не должно было без совета

                                                                                        Священный бой нам начинать.

                                                                                                    “Нам власть любая есть от Бога”

                                                                                                     Великий Сергий отвечал

                                                                                                    “Христос - Он учит нас смиренью-

                                                                                                    Хан просит золото – ты дай”.

                                                                                        “Покорность просит-  покорися,

                                                                                        Не можно кровь нам проливать.

                                                                                        Лишь только  за Христову  веру,

                                                                                        За други можно пострадат.

                                                                                                  Тебе ответил царь московский,

                                                                                                  Что дар, покорность хану дал,

                                                                                                  Не хочет нашего смиренья

                                                                                                  Кровавой мести он искал.

                                                                                        “А, если так”- воскликнул Сергий

                                                                                        “Погибнет враг твой от меча,

                                                                                        И помощь, милость, Слава Божья

                                                                                        С тобою будyт до конца.”

                                                                                                   “Иди не бойся, Бог поможет”!

                                                                                                   Благословил его рукой

                                                                                                  “Ты победишь” - шепнул на ухо

                                                                                                  “Иди, иди, Господь с тобой”.

                                                                                        Ты двух монахов дал на помощь.

                                                                                        Как будто сам ты в бой вступал,

                                                                                        Уверен был в победе полной

                                                                                        Святую Тройцу прославлял.

                                                                                                  Увидев полчище татаров

                                                                                                  И превосходство врвжьих сил

                                                                                                  Смутился бедный царь Димитрий

                                                                                                   Опять его ты ободрил.

                                                                                        “Иди на бой, мой господине,

                                                                                        Святая Троица с тобой

                                                                                        Онa тебе во всём поможет-

                                                                                        Их разобёшь свой рукой.

                                                                                                  В день Богородицы рожденье

                                                                                                 Начался тот  кровавый бой.

                                                                                                 Молился ты со всю братию-

                                                                                                 Молился ты за упокой.

                                                                                        Ты воинов погибших в битве

                                                                                        По именам всех называл.

                                                                                        Своей молитвой чудотворной

                                                                                        К Престолу Славы представлял.

                                                                                                 В конце молитвы ты воспрянул

                                                                                                 “Мы победили!- ты сказал.

                                                                                                 И благодарственный молебен

                                                                                                 Святой ты Тройце воздавалю.

                                                                                        То Куликивское сраженье

                                                                                        Началом было для Руси.

                                                                                        Как много раз пытался враг твой

                                                                                        К тебе врасплох не раз прийти

                                                                                                 А перед самою кончиной

                                                                                                 К тебе Пречистая пришла-

                                                                                                И прикоснувшийся рукою

                                                                                               “Ты мой избранник”- назвала.

                                                                                        Теперь ты у Престола Славы,

                                                                                        Молись за грешных на земле,

                                                                                        Чтоб страшная рука Мамая

                                                                                        Нам не напортила нигде.

                                                                                                                       Sydney, Australia.

* * *

THE  CATACOMB  CHURCH  -  OUR  LIFEBOAT

Letter to the most decorous Protopriest George Petrenko of ROCA’s Brazilian South American    Diocese.                     

Translated by Seraphim Larin

My dear colleague and classmate, Father George! Christ has risen!

I write this letter for public consumption as the topic concerns many people.

That, which occurred in Rocklea, Australia during Liturgy – is not a unique incident. (Note – what happened was that during Liturgy, when Fr.Peter  of Brisbane didn’t commemorate met.Laurus, he was forcibly ejected from church by 3 deacons representing bhp.Hilarion. This was a favourite practice by KGB stooges in Russia during the antichristian soviet regime!) Over a short period of time, we have witnessed: the ejection of ministers from their dwellings, confiscation of Antimins (communion cloth), initiation of legal proceedings… and this is all from “ours”. What are we to expect once they start to carry out instructions from Moscow masters?

This is the last chance that we have to save our faithful spiritual children from the jaws of the snake. Notwithstanding that time is running out, many parishes are still in a quandary: where do we go? The 2818 edition of “Our Country”, carried 2 outstanding articles on its front page on this particular question. I would also advise everyone to read the extremely substantive thoughts of Protopriest Herman in “Karlovtchina” (www.karlovtchanin.com).

Having unfurled all their sails, the New York Synod’s Overseas ship is rushing toward the mirage of a “safe harbour”. In reality, they are speeding toward the merciless rocks of the MP. Those that are spiritually sober, are abandoning the ship – some to the Greeks, others to wherever. In no way am I criticizing them in these alarming and troubled times. We must certainly display ekonomia to our dispersed brothers, and remind ourselves that the greatest example of ekonomia – is God’s mercy and condescension toward us unworthy individuals that dare to approach His Holy Altar.

As uncertainty continues, we are anxious for those that are still aboard the doomed ship. This creates an obvious impression that many parishes cannot see the lifeboat. Why do they think she doesn’t exist? It’s because the enemy of humanity and Christ’s Church has anticipated everything: as soon as betrayal engendered itself in the Overseas Synod, intrigues against the Sister-Church – the Catacomb Church – commenced. In 1993, the memorable Archbishop Lazarus in his address to the ROCA Synod wrote: “Instead of somehow supporting and assisting the Catacomb Church, which had and still has canonical rights, and which has the opportunity to create the house of the True Church, (especially as ROCA has always professed to her being her sister), ROCA in fact took the step toward separation and confrontation.”

I won’t go into the depressing details of all of ROCA’s intrigues against the Catacomb Church; one example is sufficient. Our (now deceased) Primates declared: “we re-established their hierarchy”. But in reality, the administrative centre in New York insisted that everything should come from them. When there was a need for 10 antimins (a sacred cloth without which there can be no church services) for restored churches in Russia, and after having waited for 6 months for their arrival, a bishop flew to New York to find out the reason for the delay. They “shoved” 3 antimins at him with the words: “We don’t have any more”. It goes without saying that this was happening through a clandestine conspiracy, unbeknown to the general laity or clergy!

Since they commenced to be deceitful before God, they lost their conciliar spiritual legacy and are no longer worthy to impose punishment on the “disobedient”, because they have “started to give stone instead of bread” (Mat. 7:9).

On the whole, the matter is quite simple: the Catacomb Church was always the Russian Local Church, existing – just like we overseas – on the basis of  Patriarch Tikhon’s 1920 edict 362. At all our church services, our sister Church was commemorated first i.e. Catacomb Church – “The Orthodox episcopacy of the persecuted Russian Church”, followed by our First Hierarch. The first - nearly unnoticeable - step of betrayal was the elimination of the word “persecuted”. Many have inquired as to who had ROCA in mind, when it commemorated “Orthodox episcopacy of the Russian Church” – MP?? There was never an answer to this question!

Just as we commemorated “Persecuted Church…”, so did they in their turn commemorated our First Hierarchs.

The official ROCA site declares (New York – 26th April 2007) : “Every bishop… is responsible before his co-brothers Archbishops, which present themselves as a Synod or, Regional Council or, Local Church, whichever he belongs to”. Consequently, the situation must be that the Catacomb Church always had the right of “Regional Council” and she had never discontinued being the “Local Church”. It has already being discussed that edict 362 didn’t authorize the Overseas Church to govern the Local Russian Church.

In the same missive, Archbishop Lazarus went on to say: “I feel compelled to state that while the True Orthodox Catacomb Church is in a devotional and Eucharistic communion, it nevertheless remains as one of the two different parts of the Local Russian Orthodox Church, while their amalgamation into one entity has not occurred to this day. I carried out the decisions of ROCA and the rulings of the First Hierarch, purely through my own free will and not because I was bound by any official agreements between our two Churches. This could have continued further if our interrelationship was being built on the basis of trust, respect and love for the benefit of the Church. However, due to the alarming events in Russia about which I have written in this address, serious doubts emerged within me and many others as to the free will of the Overseas Church Administration – are they moved by the grace of the Holy Spirit, or are they carrying out a will that is alien to the Church?”.   

Just as an aside: the Russian Dioceses, Deaneries and parishes have never been part of the composition of the Overseas Church. The names and addresses were never included in the official list of ROCA (Jordanville).

Many succumbed to the Synodal (L) propaganda that the “Lazarus Church” supposedly left through a schism and joined with the “Mansonvilleites”, and then inflicted another schism when they started to arbitrarily ordain their own bishops. On the 26th of April 2007, having relegated the narratives on the Easter celebrations to the second and third pages on its official site,  the New York Synod presented on the front page, her findings on “the so-called RTOC”. In this posting, the site makes no mention of the fact that Metropolitan Vitaly personally blessed the Local Russian True Orthodox Church, to perform consecrations and form a Synod. Instead, it only brings up the following suspicious rejections of these consecrations. By this time, seeing that he was surrounded slyness and betrayal, Vladika Vitaly stated: “Believe only that, which I utter personally”.

Furthermore, this “Easter” Synodal dispatch carries words that were ostensibly uttered by Met.Vitaly: “The actions of Lazarus and Benjamin places them outside the inclusion of the Russian Orthodox Church”. In the first place, Met.Vitaly would never have expressed himself like that. How disrespectful of the Synod to make such expressions about Archbishop Lazarus! After all, we are talking about Archbishop Lazarus and Bishop Benjamin – not some “Joe and Jack Blogs”! Secondly, what do the words mean: “outside the inclusion of the Russian Orthodox Church”? What Russian Church? Moscow? No! Then which one? It must be their own Catacomb Church. Through this, the Synod herself attests that the Catacomb Church is the Local Church. These remarks are nothing but a renewed assault on the True Church, which is on the threshold of its final betrayal on the 17th May.

It’s worthy to remember that brother Joseph Munos handed over a copy of the miracle-working icon of Virgin Mary of Iversk to Archbishop Lazarus - a pillar of truth – and not to anyone else.

It’s totally understandable that ROCA(L) is accusing everyone of schism, revealing a particular cruelty in calling the canonical Catacomb Church, a false-Tikhon one!

Let us consider the following: did the fact that Synod(L) ceased their Eucharistic communion with the Old-Ritualist Greek, Rumanian and Bulgarian “groups”, make them also schismatics? Who in this instance initiated the schism? 

Who would it benefit to have the Russian True Orthodox Church called  schismatic? It’s the enemy of our salvation – the sinister servants that have to push the “lifeboat” away, so that there is nowhere to go!

Speaking at a gathering at Lakewood on the 27th of April, the Secretary of the Synod, Bishop Gabriel had this to say on the canonicity of the Catacomb Church: “This question can be resolved… it’s not as if they have to be re-ordained”.

I surmise that every reader will see the acknowledgement in these words of the canonicity of the episcopacy of the Catacomb Church, and that she possesses the grace-filled Apostolic Succession. However, ROCA(L) will never be able to resolve this issue to the satisfaction of MP with some kind of “resolution”. The spiritual International Orthodoxy will not permit her adherents to create beneficial conciliar healing for the sake of Church unity. What is worst still, is that their psyche doesn’t permit them to leave alone those that are not in agreement with them. Following their specious programme, they will further continue to cruelly brand Vladika Tikhon as a “schismatic”.

Let’s not pay any attention to this, or get upset… there is a Heavenly crown waiting for those who are slandered!

What saddens me is the fact that while Vladika Tikhon is extending his helping hand to assist, there are still some that continue to distrust him.

He is not trying to lure them to his Church, but overtly and honestly – without any devious manipulation – is concerned about the preservation of the Covenanted Overseas Church. However, many are treating him with caution, saying: “We simply don’t know him. What if he later “grabs us and leads us to where we don’t want to go”? But this is not the point! Of course we should always be vigilant. Antichrist and his servants will never cease to bring their evil designs to fruition, until God slays him with His Holy Spirit. Consequently, one should not submit to such timidity. This is how the devil wants to “sift you as wheat” (Luke 22:31), and this is what is happening right now – the faithful have dispersed to the four winds.

I cannot make any suppositions about the future status of those who have gone over to the Greeks and other destinations. However, all of us that have gone over temporarily under the omophorion of Archbishop Tikhon, have one goal in mind and one future – preserve in unity the Overseas Church.

Our memorable Metropolitan Philaret had bequeathed us the following: “Hold fast what you have, that no one may take your crown” (Rev. 3:11). Apart from our own Russian Archbishop Tikhon, who else is offering this to us!?

This is what I wanted to share with you and all my brothers and sisters in Christ.

May God help us to realize this noble endeavour, and not for the sake of our own personal aims, but for the sake of His Glory! “Not to us, Lord, not to us but to Thy name give glory, for the sake of Your mercy, for the sake of Your truth”.

Your brother,

Protopriest Stephan Sabelnik (Now a Bishop)

Trenton, New Jersey, USA.

* * *

PERSECUTED  MP  PRIEST  PROTOPRIEST  PAUL  ADELGEIM: “THE LONGSTANDING CALL FOR REPENTANCE, WHICH ROCA DIRECTED TOWARD RUSSIA, HAS NOW FADED”.

Translated by Seraphim Larin

The Overseas Church is tormented by nostalgia and the promise of being re-united with “Russian Church” upon Her liberation from the soviet authorities. Sufficient reasons have accrued, which are hastening the belief that the time has already arrived. The soviet authorities have many times played with the feelings of Russian immigrants - and won each time. Whereas the immigrants have lost harshly and paid dearly, because their feelings were sincere.

Russian Orthodox Church (MP) had always played on the side of the soviet authorities. She did this not because she cherished the soviet regime, but because she loved power as such, and because she was flesh of its flesh as is all the soviet nomenclature.

The naïve West understands “soviet authority” as being an ideological structure by nature, which ceases when it’s renamed. The “soviet authority” is continually changing its skin: its own and that of its punitive institutions. The West believed that the punitive “CHEKA” changed when it became “NKVD”, then re-birthed when renamed as “GPU”, was benign having become “MGB”, became humanitarian when called “KGB”, becoming totally democratized as “FBS”. Now it’s involved with human rights, philanthropy and loves children. In the twinkling of an eye, the Communist Party of the Soviet Union had disappeared, as if it had never existed. Where did the party of many millions go? CPSU was all a myth! The reality is that the nomenclature exists and had gone nowhere: it was, is and will continue to be, changing its skin and preserving its own people and its quintessence.

The “soviet authority” expresses the substance of social consciousness, which is changing slowly – God willing – over hundreds of years, under the influence of objective reality. The internal process is occurring in our times, although it lacks ethical imperatives. It’s orientated on a collective basis rather than on an individual one that always lags behind. We sang “where else can a person breathe so freely”, when half the country was perishing in concentration camps. The West admired our humanitarianism. Workers commence to manufacture samovars, which invariably turn out to be  machine guns. We understand why, but the West doesn’t.

Our emissaries persuaded our immigrants on many occasions to return – with complete success. Metropolitan Nicholas (Yarushev), genuine patriot and wonderful preacher, played an active role in these activities. When asked: “Vladiko, why are you lying that we have freedom of conscience in our country?” replied: “If your mother was a drunkard, would you start voicing this to the whole world?”

The consequences of these repatriations have been described in the West. Remember Marina Tsevaiev, who returned after the war. Remember the repatriation of Cossacks after the war. But then it’s impossible to enumerate all of them, so what else do you want? Facts are uncomfortable, but people still hope for the best. Every free person has a will. Why doesn’t ROCA analyse the experience of those “non-commemorators” that were recalled by the Russian Orthodox Church-MP during the war?

These were confessors, returning from labour camps, from exile… whole generations dumped overboard by the soviet reality. Many of them have now been glorified as New Martyrs. What was their fate? Some didn’t live to our times, others fell into line while the rest were unable to accept it. The schism – on the face of it - has been formally overcome. The confrontation between the “soviet” and “anti-soviet” consciousness has outlived the soviet authority, and politics had nothing to do with it. “Anti-Soviet” consciousness expressed fidelity to Christian ideals, rejection of lies and orientation on Man. “Soviet” consciousness meant conformity, justification of lies and the sacrifice of people. These two positions of life were reflected in the world outlook, religion, the arts and  learning.

In 1927, 2 directions of Church consciousness were exposed, determined by differing mutual relationships between Church and State. One position declared in the “Solovetsky epistle”, issued by bishops incarcerated in the Solovetsky concentration camp. The opposite position outlined in the “Declaration” issued by metropolitan Sergius (Stragorodsky). The opposing positions were based on principles, which predetermined the split in the Church into “Sergianists” and those “failing to understand”. Those “failing to understand” that did return, remained second class citizens in second class roles. Archbishop Yermogen (Golubev) gave the MP all of his heart and strength, and ended up being confined to a monastery, deprived of his freedom and the right to perform church services. Who was it that deceived and imprisoned him in the Zhirov monastery for life and remained mute to his appeals?

Didn’t the West understand what happened in London? The 1988 MP statute  permitted Met.Anthony (Bloom) to correct the statute for the Soorozh diocese, on the condition that it is ratified by Moscow. The statute remained unauthorized. Convinced that Met.Anthony’s expectations were not realized, Bishop Basil (Osborne) left and joined the Constantinople Church.

“Act on canonical communion” is built on the principle of a Russian expression “yes no”: “I allow it, but disallow it”. In it, one clause contradicts another and requires additional explanations e.g. the third and the ninth. The 11th and 12th clauses destroy the meaning of the 10th. It’s a direct repetition of the London episode. The elections of the Primate and bishops for the dioceses have to be confirmed by Moscow. And what happens if they will not ratify? The process of concurrence had not been properly foreseen, leaving Moscow to make the selection. Can it be possible that such a curtailed scheme, where nothing has been decided, can become the competent basis for ROCA(L) to exist in its new environs? There are blank spots everywhere, provoking arbitrary rule. Declaration for independence is not safe-guarded with any mechanism, and will remain an empty pretence. What a kindergarten!

Couldn’t they find a literate lawyer?... or are all professors of canonical rights extinct? The law has always protected the weak. When the time comes, everything that is not recorded in the edict will be interpreted to the advantage of the mighty.

Explaining the major truths of the soviet psychology is useless. Experience has taught them nothing: “Experience has not yet saved anyone from disaster”. The descendants of immigrants believe that Russia appears as the same country, from which their forefathers had left. However, we live in a different Russia, ailing from the dearth of moral fundamentals. They have been destroyed in the government, in the Church, and in society at large. When conscience is lost, even the law cannot help. If repentance doesn’t awaken the conscience, the outcome will be lethal.

“THE LONGSTANDING CALL FOR REPENTANCE, WHICH ROCA DIRECTED TOWARD RUSSIA, HAS NOW FADED”.

* * *

THE  SERBS  AND  THE  CONCORDAT

Dr. Vladimir Moss

The kingdom of the Serbs, Croats and Slovenes was formed after the First World War. In accordance with the plan of the major world powers, it was a centralized State ruled by a Serbian Orthodox king and a parliament. The Catholic Croats resented the power of the Serbs, and tension between the two communities was high throughout the inter-war period.

T.V. writes: “In both public and private life King Alexander was a convinced supporter of Yugoslav unity. Once while the king was in Zagreb [the Croat capital], there was a reception and a ball. At the ball they introduced to the king a lady who, after curtseying, said:

 “’I am a Serb from Zagreb.’

 “’And I,’ replied the king with a gentle smile, ‘am a Croat from Belgrade…’”[1]

But the Croats did not feel the same towards the Serbian King and the Orthodox Church.  In 1932 Metropolitan Dositheus (Vasič) was appointed to the see of Zagreb in Croatia, where the Orthodox were in a minority. Alexis Gerovsky, the Carpatho-Russian political and religious activist, wrote: “Dositheus’ appointment to Zagreb elicited great discontent among the Catholics. The name of Bishop Dositheus was already blacklisted because he ‘by his propaganda has converted the Carpatho-Russians to Orthodoxy’… When some years before the Second World War Bishop Dositheus told me that he had been appointed as metropolitan in Zagreb, I besought him not to accept this appointment, since he had never been there and did not know the religious fanaticism of the Zagreb Croats… I mentioned to him [the Catholic Archbishop] Stepinac, who was already famous for his religious intolerance, and I warned him that he would suffer many unpleasantnesses from him. ‘Stepinac, who was educated for seven years in a Jesuit seminary in Rome,’ I said, ‘will feel offended that an Orthodox metropolitan should be implanted in his capital’… I advised him to convince the members of the Synod to send to Zagreb a bishop from those who had been born before the First World War and raised in Austro-Hungary, and who was already familiar with types like Stepinac. But Vladyka told me that it was his duty to obey the will of the patriarch, and he went to Zagreb. When, several months later, I again met him in Belgrade, he told me that I had been right. He was often insulted in the street. Sometime the windows of his house were broken at night. Stones even fell into his bedroom. I asked Vladyka whether he had spoken to the police. He replied that it was not fitting for a bishop to call the police. But when I told him that in such a case his enemies would think that he feared them, and would be still more brazen, Vladyka replied: ‘No, they know that I am not afraid of them. When they revile me or spit at me, I simply raise my hands and bless them with the sign of the cross.’”[2]

In 1934 King Alexander was assassinated in Marseilles by the Croat Ustashi terrorists.[3]

The most important event of the inter-war years in Yugoslavia was the signing of a Concordat between the government and the Vatican. This was done by the government of Prime Minister Stoyadinovich in order to solve the problem of the integration of the Catholic Croats into the united kingdom of Yugoslavia. However, its heavily pro-Catholic bias only served to increase tensions.

Hieroschemamonk Akakije (Stankevič) writes: “Drafts of the text were prepared in 1923, in 1925 and 1931. The final text of the Concordat was signed in Rome on July 25, 1935. Stoyadinovich was brought to the helm of the king’s government by the Duke-Regent Pavle Karageorgevich. This solution Duke Pavle chose with the consent of the British ruling circles. It was believed that Stoyadinovich would be able to come to an understanding with Machek’s Croatian peasants’ party, and also that he would lead the policy of rapprochement with Germany and Italy, since British policy in Europe at that time was strictly anti-communist and anti-Soviet. As assumed by some, Stoyadinovich, as a trader and a risk-taker, immediately calculated that, by the acceptance of the Concordat, he would achieve two of his goals: to gain the Catholic Church’s support, as the leader of five million Croatian Catholics, and to improve relations with Fascist Italy in order to become closer to the Triple Pact. In addition to this, he was convinced that the contract with the Vatican would be concluded without any problems. As he writes in his memoirs, published after the war in Argentina, his self-confidence was based on a very broad preparation, in which he included the whole state apparatus. In the first place, he thought that a considerable number of newsmen and newspapers were under his control. He even thought that among those preparing the documents were a number of his own men. His informants were constantly telling him what was being said about the Concordat in the Serbian Orthodox Church. In the struggle for the Concordat nothing was to be left to chance. He seemed to have been convinced about a positive outcome, but Stoyadinovich could not have imagined what a storm the Concordat would arouse.

“In the beginning nobody rejected it, even Patriarch Barnabas was convinced that everything would be alright with the Concordat, because it was based on an idea of King Alexander, and as such it could not have been in conflict with the interests of the Serbian Orthodox Church. But analysis later revealed that a number of articles in the Concordat compromised the religious equality guaranteed by the Constitution. So the patriarch changed his position, and became an ardent opponent of the Concordat. By signing the Concordat, the Catholic Church was to receive from the State larger privileges than the Orthodox Church already had. In the evaluation of Professor Sergije Troitsky, who in a special brochure analysed the project of the Concordat, article number 7 and some others obliged the Yugoslav State to accept the Catholic Code Juris Canonici, which would, if accepted, become a parallel constitution. The sharpest argument related to the article by which the Catholic Church would have ‘full rights to freely and publicly execute its mission in the kingdom of Yugoslavia’. In formulating this article, the term ‘mission’ was used, which was unacceptable to the Orthodox Church. In the Concordats accepted in other European countries, this problem was resolved by the statement that the Catholic faith would be freely and publicly confessed… By the term ‘mission’ the kingdom of Yugoslavia was being characterised as a pagan country… The project of the Concordat gave the Catholic Church a missionary character as if Yugoslavia were an unenlightened, pagan country. The approval of the special status of the Catholic Church was discovered in many other articles of the Concordat. For example, the article about marriage in the Catholic Church said that… for all citizens being married in the Catholic Church the obligation to register as a civil marriage was removed. In the same article there was another questionable position, which obliged the civil powers that in the case of mixed marriages, at the request of an insulted Catholic side, they should take care that the other side had to fulfil the promise that all the sons and the daughters without exception should be educated in the Catholic faith. With such and similar articles the Catholic Church was given a major advantage over all other confessions in the State, as Patriarch Barnabas said: ‘Giving the Catholic Church the position of the main and dominant State Church, the Concordat puts all other confessions, and especially the Church of the majority of citizens in the State, the Orthodox Church, in the position of being tolerated’, which destroyed the rule of religious equality that was guaranteed by the State Constitution.

“All publications critical of the Concordat were prohibited or censored. The little things that were missed by the State censors were not enough to explain to the public the seriousness of the Concordat crisis and the sharpness of the conflict that began between the highest ranks in the Orthodox Church and State. The Hierarchical Council of the Serbian Orthodox Church held an extraordinary meeting on November 24, 1936, and discussed the position of the Serbian Church after the acceptance of the laws about the State-recognized confessions. The Serbian Orthodox Church could no longer peacefully watch how the Catholic Church in the kingdom of Yugoslavia was receiving rights and privileges that it had nowhere else in Europe, and which even the Serbian Church did not have as the State Church of Serbia.

“On January 19, 1937, before the Orthodox New Year, Patriarch Barnabas finally delivered his judgement on the Concordat. The censors saw it, the public did not receive the message that the leader of the Serbian Church delivered in his traditional New Year message to the faithful. The censored text published in the newspaper Politika could have been understood to mean that the patriarch looked forward to the Concordat without much excitement. What Patriarch Barnabas really said in his New Year message, a part of the public found out from the illegal leaflet entitled ‘What the Newspapermen were Forbidden to Publish’, in which the whole message for the new year of 1937 was printed. Whoever read at least one passage from the leaflet understood why Stoyadinovich had forbidden the publication of the patriarch’s New Year message: ‘… For completely unknown reasons, and incomprehensible causes, they have made a contract with the black leader of the Black International (the Patriarch was thinking of the Pope). By this contract they want to bring that leader to triumph in the Balkans, where he has been trying to triumph for a thousand years. The Byzantine patriarchs and emperors were the first to fight against this black leader and his Jesuit army. When their arms lost strength, our glorious Nemanja dynasty headed by St. Sava accepted the struggle. When the Serbian kingdom fell at Kosovo, even the Turks fought against the Latin attacks on the Balkans. The Turks knew the false character of that International, so they did not give it the Balkans. The Turks knew the destructive impact of this international within the State. They knew that this International uses all means, intrigues and cunning strategems, so they made no compromise with it. The Orthodox Faith was sometimes persecuted by the Ottomans, but they considered it to be a faith and respected it as a faith. But they did not look on that Black International as a faith, but as politics. And so, my brothers, to that unscrupulous political organization our rulers today have widely opened the gates, and allowed it to stand firmly in the Balkans. And who, and when? Not some strangers, but baptized sons of the Church of St. Sava… Honour to the Turks, and shame to such Orthodox and such Serbs.’ Explaining why he hadn’t raised his voice earlier against this situation, Patriarch Barnabas continued to pour out his soul’s anger: ‘… They complain that we introduce politics into the Church! We are not bringing politics into the Church, but they are introducing poison into the whole national organism. Those who have lost their wisdom, their patriotism and their sincerity… Who is going to tell people the truth if not the people’s Holy Church? From where shall the voice of God and the voice of the nation’s conscience be heard if not from the Church of St. Sava? I am not afraid to say this. I hope that I’m not too late in saying this. Maybe I should have said this earlier. I’m afraid I’m going to give an answer for this before God’s judgement. But all the time I expected, like all conscientious people in this country, that the evil would be stopped…’ After seeing that this message of the patriarch did not reach the broad public, Stoyadinovich made an effort to soften the position of the Church’s hierarchy, trying to convince them that there was absolutely nothing in the Concordat that could in any way harm the Serbian Church and the Orthodox Faith. From his discussion with the hierarchs, he soon realized, as he later wrote in his memoirs, that all his effort was in vain. No arguments helped. The Concordat had already been ‘condemned’. Since then, the struggle over the Concordat became a war between the Orthodox Church and her spiritual army, on the one hand, and the State and its powerful apparatus, on the other. Using different religious gatherings and festal meetings, the priests and bishops from the ambon pronounced, with a cross in their hands, the fiercest condemnation of those who were in favour of the Concordat. The State used very powerful censorship to ban all the literature against the Concordat. The department of state security with the ministry of internal affairs sent instructions to all local government and police authorities to stop local people signing petitions and sending representatives to Belgrade to demand the repeal of the Concordat. In the parliament, the main debate over the ratification of the Concordat was about to start. On the same day an extraordinary session of the Hierarchical Council, the highest institution in the Serbian Orthodox Church, began. The tense atmosphere became even tenser when information was received on the health of Patriarch Barnabas, signed every day by three specialists. The patriarch became ill at the beginning of June, during a regular session of the Hierarchical Council. As it was known that the patriarch was opposed to the Concordat, rumours started that the leader of the Serbian Orthodox Church had been poisoned. One group of national deputies in the parliament demanded from the minister of internal affairs that he conduct an investigation to find out whether the patriarch had been poisoned by his servant, and whether the servant had been put up to it by some people outside the patriarchate. In the patriarchate the belief was that his personal servant had poisoned him, so he was dismissed from his post for a while, and until he disappeared without trace he was under observation. The patriarchate itself made its own investigation into this. So on July 8, at almost the same time, two bodies were in session, the Council for the Concordat and the extraordinary Hierarchical Council. At the same time, in all the churches of Belgrade, prayers were organized for the patriarch’s health, and many of the faithful attended. These gatherings added to the tension, and passions were ready to explode. Police control over all religious activity was strengthened. The voting on the Concordat within the Council passed it with a very small majority. But the final battle was just ahead.

“The government used all means against the opponents of the Concordat. The conflicts between the representatives of the government and the citizens became serious. Opponents of the Concordat were said to be religious fanatics, and… it looked as if civil war would break out. In conflict with the police, some even gave their lives, as Vladyka Nikolai of Zhicha confirmed in his famous message in Valyevo: ‘… Here are the names of those who we know were killed. They are: Milovan Zhivanovich from the village of Yanilo, Lyubomir Spassovich from the village of Korachitsa, George Todorovich from Bielina, Dragitsa Bostanovich from Sarajevo. And how many others were wounded, how many others reported to hospital, and how many ran into the cornfields and woods, afraid to report to the hospital, fearing to be arrested and interrogated. And how many others were dismissed from their posts, how many were forced to retire, and how many were humiliated and insulted? Thousands and thousands of sons in these sixty days suffered and are suffering for our holy national faith and holy Orthodox Church.’ As a result of all these events, and the displeasure of the people, which was growing from day to day, Stoyadinovich’s government was in a hurry to complete the job of accepting the Concordat. That was the main reason why the meeting of the national parliament was scheduled for July 19. It is interesting that the session started with a question from Deputy Dushan Ivanchevich: ‘Are the security measures around the national parliament well enforced?’ This question illustrates the atmosphere in which the main debate on the Concordat began. To understand better why such excitement existed in the national parliament, it is necessary to remember that in the newspaper Politika dated July 18, the day before the parliament session, the patriarchate had published the information that the next day, in accordance with the will of the people, there would be a litia and prayers for the health of the patriarch. Neglecting the prohibition from the city government, at about four o’clock in the afternoon on the day of the parliament session, from the Saborna Church a multitude of people burning with almost-forgotten religious passion and holding church banners and gonfalons began a litia led by seventy priests and four bishops. At about six o’clock in the evening when they reached Knez Mikhailova Street, they met a line of policemen. This is how events unfurled…. The gendarmes stopped the litia, asking the people to disperse because the litia was forbidden. Bishop Simeon of Shabats shouted: ‘Move away, blasphemers! Do not defile the sacred cross, but let us go on our way in peace! We are not interfering with anyone, we are carrying out a normal church rite in our own country.’ And holding the cross more firmly, he began to chant: ‘Save, O Lord, Thy people’’. He wanted to go on. But there was no way through, the litia faced another line of policemen, who started to hit whomever they could. They seized and tore up church banners, they broke crosses, they pulled the priests by their beards, they tried to strangle them, and they tore their vestments. The most dramatic scene was when a policeman ran out of the line and attacked Bishop Simeon with a heavy rubber truncheon, hitting him and saying: ‘Son of a Serbian bitch, move away or I shall pull your beard out!’ The bishop continued singing, ‘Save, O Lord, Thy people’ and went on. Another policeman said: ‘I will save you by hitting you’. And two more ran up to accompany him. All three of them attacked the bishop. They hit him everywhere, his mitre fell to the ground, and blood spurted from the bishop’s face. Covered with blood and his hair akimbo, he picked up his mitre from the ground, put it on his head and continued. He went on like that, defending himself with the cross, until the policemen hit him with a rifle-butt. He fell unconscious on the ground covered with blood. The people raised him on their hands and took him to the building of the patriarchate. And then a full-scale fight broke out. The priests used gonfalons to protect themselves, and finally started hitting the policemen with them. Eyewitnesses claim that the police had never been as ruthless and merciless towards the citizens. After these incidents black flags were raised over the patriarchate and all the churches in Belgrade, and all the bells were rung. It is not clear whether all the policemen who took part in this incident were Catholics, since the minister of internal affairs Koroshets was a Catholic priest. The situation was at boiling point, and this simply added fuel to the fire. The leadership of the Serbian Orthodox Church imposed punishments on those who voted for the Concordat. The Holy Hierarchical Council, at its session of July 19, 1937, the same day on which the police brutally broke up the litia, decided to excommunicate all the ministers and representatives of the Orthodox Church who voted for the Concordat, explaining that none of the clergy under any pretext can enter the home of those persons. In addition, it was ordered that the decision had to be proclaimed publicly in all the churches after the first liturgy. It was advised in this document that not only the clergy, but also all other faithful, should not communicate with those who had been punished. In the days following the incidents were repeated. The police hit the citizens with rubber truncheons, even fire-arms were used. One policeman and two citizens were killed in these street riots. In the streets the police were everywhere, they stood guard in front of every church and nobody could enter. Every hour church bells were rung from the church towers.

“The struggle against the Concordat was not restricted to Belgrade. By the end it had spread to most of the country and the people. Kraguyevats, Shabats, Uzhitse and Malednovats are only some of the cities that supported the struggle against the Concordat. In Malednovats one of the sharpest conflicts took place, in which three people were killed and fifty were seriously wounded. In these conflicts between the spiritual and secular power, many different political parties and groups saw their chance. They joined one or the other side according to their programmes. As a result, in the litia for the health of the patriarch, members of the forbidden communist party of Yugoslavia found their place together with bishops and priests, even though they had nothing in common with the Church and the priesthood. In the meantime, at midnight between the 23rd and 24th of July, Patriarch Barnabas reposed. Censors could not prohibit writing that more than 350,000 people took part in the funeral from all the different parts of the country. Belgrade has never known such a majestic gathering. The day before the parliament had accepted the Concordat, but that didn’t mean its final acceptance. The parliament agreed on the text, but it still had to pass through the Senate. The public believed that Patriarch Barnabas, as the main opponent of the Concordat, had been poisoned, and that it was done with the knowledge of Stoyadinovich and his closest co-workers. The peak of national discontent was reached on the day when the press revealed that the patriarch had died on the same night that the parliament majority voted for the Concordat. The government of Stoyadinovich found itself in a very unpleasant situation. The national discontent was augmented by words from the church ambon, and it threatened to become an unstoppable flood. The government tried, with police help, to gather statements from the doctors who were looking after the patriarch’s health in order to prove that the stories about his poisoning were false. They hoped in this way to stop the dangerous situation. But the manoeuvre was so obvious that nobody believed it. Professor Igniatovsky, the doctor who had been with the patriarch from the beginning to his death, claimed that it was forcible poisoning. So did Professor Xenophon Shakhovich. After many years, he publicly said: ‘I’m declaring this now, because before the war I was not allowed, that Patriarch Barnabas was poisoned! I know because I with my assistants did a post-mortem on the late Patriarch Barnabas, and definitely established that Patriarch Barnabas was poisoned.’ The senior medical technician, Miroslav Bozhovich, witnessed on the contrary that this statement of Professor Shakhovich was not true as regards the post-mortem, because the post-mortem was not carried out, since the government would not allow it. Instead of a post-mortem, from ‘the highest place’ it was ordered that the patriarch’s body be embalmed. The embalming was done during the night, ‘in an urgent procedure and in the presence of the police’. Those who initiated it wanted to stop the real truth from being revealed in this way. The results of the judicial enquiry were never revealed, nor was the case of Barnabas’ death ever judicially completed. The investigation itself was stopped in April, 1938. One thing was certain: the city government that led the investigation succeeded in proving that the patriarch was not poisoned and that the government was not involved in the poisoning, and gave this finding great publicity. In October the Concordat was officially withdrawn.[4] The government of Stoyadinovich decided that there should be no Concordat – no old one, no new one, no Concordat at all. In addition to this, Stoyadinovich was forced to the wall from one side by the firm position of the Serbian Orthodox Church and on the other side by the firm requests of the Duke’s authority to restore good relations with the Serbian Orthodox Church as soon as possible, and in that way he practically accepted all that the persistent hierarchs requested from his government: for example, to punish all those responsible for the terrible events in front of the Sabarna church in Belgrade and other places, without reference to their positions, whether they were ministers or state officials, and other such things. In exchange, in one of the last sessions the Hierarchical Council decided that they would remove the sanctions against the ministers and deputies that voted for the Concordat. Through these decisions both sides put an end to the dispute, which for more than a year had put more wood on the fire of political and religious passions.

“The rejection of the Concordat with the Vatican caused the displeasure and rage of Pope Pius XI, who declared in December, 1937: ‘… I am convinced that there will not be a small number of souls who will regret not accepting wholeheartedly and with an open mind such a great good as the one which the representative of Jesus Christ offered the country, and not only for the Church and the religious harmony of the nation, but also for the social and political harmony, though we strongly resent the idea that politics should be our business.’ This pope’s threat very shortly, during the Second World War, came true in the most monstrous way. The pope’s revenge for the non-acceptance of the ‘great good’ of the Concordat, carried out at the hands of the Ustasha, was really horrible.

“The thirties in the twentieth century on the historical road of the Serbian Church were marked by a firm position of non-acceptance of the new calendar. This didn’t mean that they completely broke communion with the new calendarists. [However,] that wasn’t the case with the Soviet church of Metropolitan Sergius, who was not acknowledged as the canonical ruler of the Russian Orthodox Church. The patriarch-martyr Barnabas offered hospitality to the confessing Russian Church Abroad, and has a very close relationship with her; besides, the Serbian Church in this period had a lot of sympathy and support for the Greek confessors of the Old Calendar, sending them holy chrism almost until the end of the 1950s. If we add to all this the firm and uncompromising struggle against the Concordat, we have to realize how high was the level of the clergy and the people before the war, and how high their awareness and readiness to sacrifice in order to defend the position of the Orthodox Church.”[5]


[1] T.V., “Svetloj pamiati nezabvennago ego velichestva korolia vitiazia Aleksandra I Yugoslavianskago” (To the Radiant Memory of his Majesty, the Unforgettable Knight, Alexander I of Yugoslavia), Pravoslavnaia Rus’ (Orthodox Russia), № 24 (1765), December 15/28, 2004, p. 7 ®.

[2] Andrew Shestakov, Kogda terror stanovitsa zakonom, iz istorii gonenij na Pravoslavnuiu Tserkov’ v Khorvatii v seredine XX v. (When terror becomes the law: from the history of the persecutions on the Orthodox Church in Croatia in the middle of the 20th century) ®.

[3] According to some sources, the terrorists were under the direction of the SS, “Teutonic sword”. Others believe they were directed by Mussolini.

[4] Although the Prime Minister did not send the project of the Concordat to the Senate from ratification, he did, in 1939, establish the autonomous province of Croatia with its capital in Zagreb.  (V.M.)

[5] Hieroschemamonk Akakije, in V. Moss, Letopis Velike Bitke (Chronicle of a Great Battle), Belgrade, 2008, pp. 323-33 (in Serbian).

 

* * *

WHO  DID  DISCOVER  AMERICA ?

Seraphim Larin

Although it has been a universally accepted fact that Christopher Columbus discovered America in the 16th century, over the past decades noted historians have unearthed proof to the contrary.

The initial contradiction to the popular assertion came some years ago - from numerous finds -that proved that the Vikings landed on this continent some six centuries earlier i.e. in the 10th century. Although their presence was left unrecorded in tangible forms, it is an acknowledged fact that they did set foot on this continent, many decades before Christopher Columbus.

However, quite recently, new exciting finds suggest that there was an even earlier landing of voyagers - other than the Vikings.

Writing about the newly found traces of travelers landing in North America of a different European culture, the Editor of the National Geographic writes: “More than likely, this was a group of unknown, yet real Irish monks/sailors, who visited the shores some 4 centuries before the Vikings.”

This determination was brought about by the research of many academics, studying the saga written in the Middle Ages, styled “Travels of Saint Brendan, Abbot” – “Navigatio Sancti Brendani Abbatis”. In studying this voyage – from a scientific point of view - of Saint Brendan and his brethren from Ireland to North America, the researchers were presented with details of: an eruption of a volcano in Iceland, a confrontation with a whale and a discovery of an iceberg.

Initially, this narrative was greeted with skepticism, because the boat in which the brothers sailed was nothing but a frail wooden sloop, made of timber and skin and resembling a round trough. It seemed impossible for such a vessel to sail across the awesome Atlantic Ocean.

In 1970, an English adventurer, Timothy Severin, replicated the boat and successfully crossed the Atlantic, proving that the Irish monks were capable of landing in the New world, long before the Vikings, and more so, Columbus. Not less important was the fact that Blessed Brendan’s travel was not a “magnificent fiction in the middle-ages, but a plausible account…based on authentic events and authentic people…”

Nonetheless, up to that time there were no discoveries of hard proof to show that Europeans had visited the shores in the 6th century – Saint Brendan’s era.

Finally, in 1964 in the Wyoming County of West Virginia, images on cliff walls were discovered. In 1970, these petroglyphs were confirmed as being between 600 and 700 years old. In 1982, the noted archaeologist, Doctor Robert Pail, undertook a detailed study of them, determined to establish to what group of languages they belonged. Another noted scholar, an authority on ancient languages joined him, a Harvard graduate named Doctor Barry Fell. He determined that the petroglyphs “related to the 6th – 8th centuries AD, and were written in an ancient Irish language, with the use of an alphabet called Ogam.” This alphabet is evident in the cliff writings in Ireland, as well as in the Dublin written work styled “The Ogam Tracts”, written by an unknown novitiate in the 14th century.

One can imagine the surprise experienced by the archaeologists when they deciphered the petroglyphs and read: “On Christmas day, before dawn, the ray passing through the opening on the left side, illuminates the beginning of a new (Christian) year, the time of the coming of the Saviour, Lord Christ. Behold, He is born of Mary, Woman.” The Celtic letters, J and C that correspond to those in the Greek alphabet and are the ancient initials of Christ, were also hewn into this rock face.

The second startling revelation was discovered by the academics when they decided to compare the text of the petroglyphs with the Julian calendar, which the Celts used. They worked out on what day Christmas fell in the 6th-8th centuries and applied these calculations to 1982 - it was approximately the 22nd of December (New Calendar). They decided to test these estimates.

Arriving at the cliff-face before dawn on that day, they settled in and waited for the sun to rise. As soon as the first rays of the sun appeared, they first fell on the symbol of the sun, on the left side of the petroglyph, and slowly expanded to finally illuminate the whole carving. The sun’s rays fell under a cliff overhang, which had a natural stone three-sided prism through which the rays penetrated into the cave!

There are also carvings in the county of Boon in West Virginia, called “Petroglyphs of the Horses stream,” carrying Christian writings and the Christian symbols JC.

These findings are extremely interesting because during that period, the Celts were orthodox Christians, true children of the Ecumenical Church of Christ – before the Roman Church instigated a schism by separating itself in the 11th century, to form its own church.

It is more than likely that the Irish monks that undertook long voyages to spread the Word of God, imprinted these carvings. This is reinforced by the known fact that some gave solemn promises not to return home, but remain in heathen lands that were devoid of the Holy Teachings, so as to enlighten the inhabitants with God’s Light.

These archaeological finds of over 1000 years old in West Virginia, which give witness to the presence of Celts – more than probably, monks – are very gratifying spiritually. They stimulate and demand a spiritual responsibility toward further research into the monastic legacy that we had inherited from them, glorified by their holy ascetics.

In conclusion, it should be noted that in West Virginia, there is an Orthodox hermitage (Exaltation of the Cross) which also has similar petroglyphs within its walls. The hermitage has 12 monks – all of American origin, with many of Celtic descent.

May the Lord bless and strengthen their service to Him.

May we all rejoice in the knowledge that the true servants of God, whose Christian spirit committed them to boldly sail to the foreboding shores of an unknown continent, in order to spread God’s Word, have not vanished into antiquity of time. That their service to God and Man has not been left sterile in the lifeless crevices etched into cold rock. That their lives – with unknown endings, yet apparent results – were not forgotten by those who remain.

Saint Brendan – pray for us sinners!

* * *

ERA  OF  THE  DEAD

V.P.Vinogradov

Translated by Seraphim Larin

                                                                                                                    “Let the dead bury their own dead” (Matt. 8:22)

“Yes, we now have everything! We have diapers, chewing gum against caries, and love facilities for people of all ages. Well, what haven’t we got?

Inner self is the only thing that our people haven’t got, because they are being specifically overloaded with an array of chattels in shop shelves so that with this bait of goods, not only can their national property be appropriated, but more importantly, the whole of the people can be disfranchised of that spirit, which our people have retained and exhibited through their resistance - even against sovietism - for 70 years!

How many times have our Church fathers attempted to understand the words of our Saviour: “Let the dead bury their own dead”. Who are these dead, burying their dead? – they asked themselves. They posed this question because there were insufficient numbers of these soulless individuals to be seen. Today, there is no need to explain the words of our Saviour: “Let the dead bury their own”. Today, the soulless have advanced themselves openly, affably discharging in unison their vulgarities on the television screen and radio broadcasting, and having seized all the printing media, are energetically promoting their godlessness to the whole world through these mediums. Presently, their dead spirituality is exposed and laid bare to the whole world on a continuous 24 hour basis through television and Internet.

Corpse! What an unpleasant word!

As Feodor Mivailovitch would say: “Yes, the word is rather ‘vigorous’, but why do you imply this word with certainty to yourself? There are other people besides you. Would it be that you may have undisclosed reasons for thinking so? Otherwise how else can I explain your hypochondrium? Certainly it’s not very pleasant to be ranked as a living corpse. However, if in reality this is the case, why is it necessary to circumvent the truth and lie emphatically? because our generation was specifically decreed to “study the spirit of your time”!

Now we will try and examine this question in depth. Consequently, what does characterize our era, which today is totally reflected on television? In a  word… soulless, because not one figure that appears on the television screen to tempt television viewers – be it dressed in clothing from Dior, or coiffured by an Oscar winning stylist – it cannot hide that it is devoid of any spirit! You wear a name – as though you are part of the living – but in fact you are dead. You declare: “I am rich, have become wealthy, and have need of nothing”, not realizing that you “do not know that you are wretched, miserable, poor, blind, and naked.” (Rev. 3:1, 17). These are the stone tablets of our times, reflecting the truth of what is transpiring! This is the Word that would be good to advance today on all the advertising billboards in imprisoned Russia, instead of currently inflicting nearly every Russian heart with complete pornography.

It would be advisable to apportion a number of billboards in every town in Russia, reminding everyone: “Hypocrites, ‘you are like whitewashed tombs which indeed appear beautiful outwardly, but inside are full of dead men’s bones and all uncleanliness’”. (Matt. 23:27)

Indeed, the times have arrived when these same individuals – presaged by the Gospel – these earthling “whitewashed tombs” full of dead bones that have prepared themselves for the coming of antichrist, are invited daily as dear friends into houses of the general public. But if you lie down with dogs, you will get up with fleas. Thus – where is the carrion? Only on the screen? And this is the essence of the spirit of our godless times.

The result of all this is that today, it’s impossible to hear a wail that was heard by the writer A.P.Chekhov some 100 years ago: “My God, where am I? I am surrounded by vulgarity and coarseness. Tedious, contemptible people, foolish women… There is nothing more frightening, insulting and dreary than vulgarity. I must run away from here, flee today, otherwise I shall go insane!”

Who is prepared today to flee from the vulgarity of television, which has progressively increased from the turn of the 20th century? Who will issue the call to flee from tedious individuals, from obtuse women that have now intruded into our homes through the television screen? It certainly wouldn’t be the Sergianist clergy, who are sanctioning the assembly of the profane on television – like the rock groups Lolit, Poogachev, Pozner etc., and all other innumerable soulless cadavers – and because of their priestly standing, they give these groups an air of goodness to play their vulgarity. And in such undisguised earthly undertakings, shrouded by ostensible service to God - the Sergianist leaders are broadcasting everywhere: “Sergianism is no more and will never be again!” Yes, the type of fetid sergianism that is presented today to the world through the television screen would have been unimaginable even in soviet times. This is a real triumph of vulgarity that knows no bounds!

Vulgarity! How did it permeate into the Russian soul that previously was incapable of accepting this putrid spirit – when a Russian person walked the path of humility and meekness? Just as thunder must follow a flash of lightning, so must the emptiness of a soul emit vulgarity. But where does the emptiness come from? The emptiness of a soul is just like a vacuum. The air has been pumped out of the spray can and now waits for a tap to refill it with fresh air. Not so with the soul! God has been removed from the heart and the emptiness, not waiting to be refilled, is flooded with vulgarity. That’s why vulgarity is an indicator of godlessness and signs of decomposition. What was Anton Pavlovich attesting to in his exposures of vulgarity of his generation? He was giving witness in his works on the Russian soul’s falling away from God!.. which led to the soul becoming empty and in turn accepting vulgarity that transformed it into an unrepentant cadaver. However, Chekhov was not the only Russian classical writer to expose the foetus of this putrid spirit. When Feodor Mixailovich Dostoyevsky was guided onto the prophet’s path by God, the first beginnings of his prophetic insight were reflected in his disclosure that human lies – specifically those, which today are disgorged abundantly on our souls by the odious Mass Media – are those of the soulless cadavers. Of course, no one paid attention to his “Bobka” (see later).

“Acknowledge myself as a cadaver? Give me a break!”

Through what type of wish is a soul fulfilled - that has ceased to understand Christ’s words - in the first 40 days of its “problem-free” sepulchral existence before facing its severe trials? Let us now listen to the nature of such a wish of these souls that are peacefully waiting for these trials, and brought to us by this Russian prophet.

“I propose that in order for everyone to pass the time away pleasantly for the next two months, everybody needs to organize themselves on different understandings. Ladies and gentlemen! I propose that we not be ashamed of anything!

- Ah, how I would like not to be ashamed of anything! – exclaimed Avdotia Ignatievna.

- Do you hear that? Since Avdotia Ignatievna wants to be unashamed of anything….

- No, no,no – I used to be ashamed, I still was ashamed over there. But here, I terribly, terribly want to be unashamed of anything!

- I understand that you are proposing to establish here, so to speak, a life on new and sensible beginnings.

- But at this stage, I would like not to lie. That is all I want, because this is most important. To live on earth and not to lie is impossible, because life and lies are synonymous; but here, just for laughs, we will not lie but tell the truth. We shall all relate out loud our history without being ashamed of anything. Before anyone else, I will be the first to tell you about myself. You know, I am one of the lustful. Everything in our everyday lives is bound with rotten bindings. Away with these ropes and let’s live these next 2 weeks in the most shameless truth!  Let us undress and bare ourselves!

- Bare ourselves, bare ourselves! – cried everyone in full voice.

- I terribly, terribly want to bare myself! – squealed Avdotia Ignatievna.

Not to be ashamed of anything!

That, which the souls of the departed who forgot  Christ in the 19th century, became the heritage of the supposedly live souls of the 21st century. And all those that have undressed and bared themselves, have no shame because they “do not understand My speech. Because they are not able to listen to My word” (John 8:43). They have transformed themselves into living dead, long before their interment.

What is the main sign of a living dead?

So let’s go to Feodor Mihailovich for an answer. Russian follower of Posner! Listen attentively to what the Russian classical literature is telling you, and what the creators of national decrees are today trying to excise from the public schools. Russian literature for a Russian person is like mother-earth was to Antaeus (Greek mythology) – while he was in contact with her, he was invincible. But when he was torn away from her, he lost his strength to resist.

Russian literature during soviet rule, was the last thread that bound the Russian heart with the Holy Gospel, because the souls of the Russian writers were permeated with its spirit. And irrespective what they wrote about, all their creations passed through a prism of the Holy Gospel. Thus, in “Bobka”, Dostoevsky through this very prism showed us the signs of a living dead, that death hasn’t as yet torn him away from the television set, hasn’t deprived him of his radio, hasn’t folded his arms so that he is unable to handle newspapers.

“What I want is not to lie. That’s all I want, because that is what’s most important. To live on earth and not lie is impossible, because life and lies are synonymous,” declares the living dead. It is in his opening prophetic course that our writer turns his attention to this issue as being of primary importance. When he started to sear the hearts of people with his written words, it most importantly acquired an enlightenment of invisible power.

“My friend” – said he, as his voice became more animated, although it often broke, “my friend, when I understood… this presented cheek, I… I right here, understood something… I have lied all my life – throughout all my life! Even when I spoke the truth. I never spoke for the sake of the truth, but only for my benefit. I knew this even before, but only now do I see it… Oh, where are my friends that I have insulted all my life with my friendship? And everything else! You know what, I may be lying right now; maybe I am lying right now. The main thing is that I believe myself when I am lying. The hardest thing in life is to live and not lie… and… and not believe your own lies – yes, yes, that’s it exactly!”

What, our Lord Jesus Christ couldn’t fill up all the television media, and radio, and likewise all the press with these ideas? No, because:

“But this is your hour, and the power of darkness.” (Luke 22:53)

(But because now is your time and power of darkness).

That is, now is the time of the power of the dead!

And now the time has arrived for a question to be pulled out of the black box in the television series “What? Where? When?”, about the obvious mode of our contemporary spirit:

“Up until recent times, every respectable hotel had a Gospel situated on a bedside table. Today, what has replaced this Gospel on the bedside table of these “respectable” hotels that have ceased to understand Christ’s sermons, because they are unable to listen to God’s words?”

The answer is correct!.. and after this, some are broadcasting about some kind of current regeneration going on in Russia! They should be ashamed of themselves!

It was about all this that our Lord, Jesus Christ grieved over in the garden of Gethsemane.

* * *

ВРЕМЯ  МЕРТВЕЦОВЪ

Вадим Виноградов 

                                                                                    Остави мертвымъ погребать своихъ мертвецовъ. (Мф. 8, 22)

                                                                                    Мудрость ихъ поглощена бысть. (Пс. 106, 27)

- Да, всё то теперь есть! Есть и памперсы, и жвачка от кариеса, и импаза для любви всех возрастов, ну, чего только нет?

- Нет только духа в людях, для которых-то как раз и завалила барахлом либеральная рать магазинные полки, чтобы приманкой этого барахла не только приватизировать народную собственность, но, главное то, лишить целый народ того духа, который народ наш удерживал, внутренне сопротивляясь даже советчине, семьдесят лет!

Сколько попыток предпринимали отцы Церкви, пытаясь понять эти слова Спасителя: «Остави мертвымъ погребать своихъ мертвецовъ». Кто эти мертвые, погребающие своих мертвецов? – вопрошали они. А всё потому и вопрошали, что не было перед их взором достаточного количества духовных мертвецов, ходящих по земле. Сегодня же толковать слова Спасителя: «Остави мертвымъ погребать своихъ мертвецовъ», - нет нужды. Сегодня мертвецы сами выставили себя на показ, дружно высыпав на телевизионные экраны, унисонной пошлостью наполнив  весь радиоэфир, захватив все печатные издания, энергично приобщая через них к своему безбожию весь мiръ. Сегодня сама их жизнь заголившаяся и обнажившаяся пред всем мiром на телеэкране и в Интернете круглосуточно демонстрирует мертвечину духа.

- Какое неприятное слово - мертвечина!

- Да, словцо энергическое, - как говорит Феодор Михайлович, - но зачем же подразумевать непременно себя? Есть и другие кроме тебя. Уж не имеешь ли тайных причин к сему? Ибо чем иначе могу объяснить твою мнительность?  Конечно, неприятно быть причтену к живым мертвецам. Но если на самом деле именно так  обстоит это дело, то почему же надо непременно обходить правду и лгать?

Ведь, заповедано же именно нашему поколению: Изучи духъ времени!

Вот и попробуем, и приглядимся.

Так, как же охарактеризуем наше время, совершеннейшим отражением которого сегодня являет собою телевидение? Только, одним единственным словом… мертвечина! Потому что ни единая физиономия, соблазняющая сегодня телезрителей с экрана, пусть она и в одежде от Диора, пусть она напудрена оскароносным стилистом - никак не укрыться ей от того, что… духа то… она не имеет! Ты носишь имя, будто ты живъ, но ты мертвъ! Ты говоришь: «я богатъ, разбогателъ и ни въ чёмъ не имею нужды», а не знаешь, что ты несчастенъ, и жалокъ, и нищъ, и слепъ, и нагъ. (Откр. 3, 1 и 17) Вот она скрижаль то нашего времени, отражающая истину происходящего! Вот это то Слово хорошо было бы выставить сегодня на всех бесчисленных рекламных щитах пленённой России вместо уязвляющей  ныне почти каждое русское сердце тотальной порнографией.

Хотя несколько щитов в каждом городе РФ следовало бы отрядить и для этого напоминания: Лицемеры, что уподобляетесь окрашеннымъ гробамъ, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвыхъ и всякой нечистоты. (Мф. 23,27)

Да, настало время, когда этих самых, предвозвещённых Евангелием духовных мертвецов, этих окрашенных гробов, полных мертвых костей, жители земли, подготовившие уже себя к приходу антихриста, принимают в своих домах каждый день, как дорогих гостей. А с кем поведёшься, от того и наберёшься. Так, где мертвечина то? Только ли на экране?  Вот в чём и суть духа нашего безбожного времени.

А результат тот, что  сегодня уже невозможен чей-нибудь вопль, который слышал А.П.Чехов сто лет тому назад: - Где я, Боже мой?! Меня окружает пошлость и пошлость. Скучные, ничтожные люди, глупые женщины... Нет ничего страшнее, оскорбительнее, тоскливее пошлости. Бежать отсюда, бежать сегодня же, иначе я сойду с ума! Кто готов сегодня бежать от пошлости телевизора, многократно превосходящей пошлость начала ХХ-ого века? Кто призовёт бежать от ничтожных людей, от глупых женщин, влезших ныне в наши дома через телевизионный экран? Не сергианское же духовенство, которое допускают на телевизионный совет нечестивых только для того, чтобы и они вторили пошлости лолит, пугачевых, познеров, сванидз и всех прочих мертвецов, которым несть числа, и придавали бы с помощью своего облачения этой пошлости видимость благочестия? И при таком то откровенном служении мiру, прикрываемом служением якобы Богу, сергианские главари повсюду трубят: «Сергианства больше нет и никогда не будет!» Да, такого смердящего сергианства, какое демонстрирует сегодня мiру нынешний телевизионный экран, в советские то времена и вообразить было бы невозможно. Вот уж действительно торжество пошлости, незнающей границ!

Пошлость! Как проникла она в русскую душу, бывшую неспособной принять этот тлетворный дух во дни, когда русский человек шел путем кротости и смирения? Как за молнией обязательно прогремит громом, так и пустота души всегда отрыгнет пошлостью. А пустота то откуда? А пустота души … она, как и торичеллева пустота, то есть, как и вакуум. Удалили из сосуда воздух – вот и пустота. Удалили из сердца Бога – и пустота сердца тут же заполняется пошлостью. Потому то пошлость - индикатор безбожия и признак мертвечины. О чём свидетельствовал Антон Павлович, обнажая пошлость своего поколения? Об отступлении русской души от Бога свидетельствовал он своими произведениями! Об отступлении, приведшем к пустоте души, которая привела к пошлости, а та превратила душу в душу духовного мертвеца. Не случайно Антон Павлович, в сущности, завершил свое изучение духа времени словами: “Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно.

Но не один Чехов из русских классиков обнажил зародыш этого тлетворного  духъ. Когда Феодор Михайлович Достоевский наставлен был Господомъ на путь пророка, то первыми ростками своего пророческого прозрения он открыл то, что человеческая брехня, вот именно та, которая в изобилии сегодня извергается на наши души через смердящие СМИ, так вот эта самая брехня является брехнёй мертвецов. Конечно же, никто даже не обратил внимания на его “Бобка”. Кому охота увидеть себя мертвецом? А в “Бобке” то почти каждый из нас. 

Каким же желанием исполнена душа того, кто перестал понимать речи Христа, кто не может слышать слова Его, в первые сорок дней своего “благополучного” могильного существования перед мытарствами? Вот и послу-шаем желания этих душ, в покое ожидающих мытарств, донесённых до нас русским пророком:

Я предлагаю всем провести эти два месяца как можно приятнее и для того всем устроиться на иных основаниях. Господа! я предлагаю ничего не стыдиться!

- Ах, как я хочу ничего не стыдиться! - с восторгом вос­кликнула Авдотья Игнатьевна.

- Слышите, уж коли Авдотья Игнатьевна хочет ничего не стыдиться...

- Нет-нет-нет, я стыдилась, я все-таки там стыдилась, а здесь я ужасно, ужасно  хочу  ничего  не  стыдиться!

- Я понимаю, - что вы пред­лагаете устроить здешнюю, так сказать, жизнь на новых и уже разумных началах.

- Но пока я хочу, чтоб не лгать. Я только этого и хочу, потому что это главное. На земле жить и не лгать невозможно, ибо жизнь и ложь сино­нимы; ну а здесь мы для смеху будем не лгать. Черт возьми, ведь значит ж что-нибудь могила! Мы все будем вслух расска­зывать наши истории и уже ничего не стыдиться. Я прежде всех про себя расскажу. Я, знаете, из плотоядных. Всё это там вверху было связано гнилыми веревками. Долой веревки, и проживем эти два месяца в самой безстыдной правде! Заголимся и обнажимся!

- Обнажимся, обнажимся! — закричали во все голоса.

- Я  ужасно,   ужасно  хочу   обнажиться! - взвизгивала   Ав­дотья Игнатьевна.

Ничего не стыдиться!

То, о чём только мечтали души усопших, забывших Христа, в ХIХ-м веке стало достоянием душ якобы живых в веке ХХI-ом. Ныне же, ещё не переступив могиль-ного порога, и заголились, и обнажились, и ничего не стыдятся все те, чьи души уже не понимают речи Моей, не могут слышать слова Моего (Иоаннъ 8, 43) превратив себя в живых мертвецов.

-  Каков же он, главный то признак живого мертвеца?

- Так, к Феодору Михайловичу… к Федору Михайловичу за ответом. Русский человек, приверженец Познера, вслушайся в русскую классическую литературу, которую творцы национальных проектов сегодня выдавливают из общеобразо-вательных школ. Русская литература для русского человека - она, как мать-земля для Антея: когда он соприкасался с ней – был, не победим, оторвали его от земли и у него, нет сил сопротивляться. Русская литература в советские времена была последней ниточкой, связывающей русское сердце со Священным Писанием, потому что души русских писателей были пронизаны его духом. И о чём бы они не писали, всё их творчество проходило через призму Священного Писания. Вот, и в “Бобке” Достоевский через эту самую призму показал нам этот главный признак живого мертвеца, которого смерть ещё не оторвала от телевизора, не лишила радио, не сложила его рук, чтобы он не притрагивался к газетам.

- Я хочу, чтоб не лгать. Я только этого и хочу, потому что это главное. На земле жить и не лгать невозможно, ибо жизнь и ложь сино­нимы, - заявляет могильный мертвец.  Это в начале своей пророческой стези наш писатель обратил внимание на это главное. Когда же он глаголом стал жечь сердца людей, это главное обрело прозрение невиданной силы. Не поленись же, русский человек, остановиться на каждом слове этого прозрения.

- Друг мой, - одушевлялся он более и более, хотя голос его часто прерывался, - друг мой, когда я понял… эту подставленную ланиту, я… я тут же и ещё кой-что понял… Я лгал всю свою жизнь, всю, всю жизнь! Даже когда говорил правду.  Я никогда не говорил для истины, а только для себя, я это и прежде знал, но теперь только вижу… О, где те друзья, которых я оскорблял моею дружбой всю мою жизнь? И всё! И всё! Знаете ли, я, может быть, лгу и теперь; наверно лгу и теперь. Главное в том, что я сам себе верю, когда лгу. Всего труднее в жизни жить и не лгать… и… и собственной лжи не верить, да, да, вот это именно!

Что, Господь наш Iисусъ Христосъ не мог бы разве такими вот идеями запол-нить весь эфир и телевидения, и радио, а также и всю печать?

Но сe есть вaша година и область тeмная (Лк. 22, 53)  

(Но теперь ваше время и власть тьмы),

То есть, теперь ваше время, время власти мертвецов!

А вот, подоспел и вопрос чёрного ящика из серии “Что? Где? Когда?” о наглядном образе духа нашего времени:

- В приличных отелях мiра до недавних пор на прикроватном столике обяза-тельно лежало Евангелие. Чем сегодня заменено Евангелие на прикроватных столиках в “приличных” отелях мiра, переставшего понимать речи Христа, не могущего слышать слова Его?   

(. . . . . . . . . . .)

Ответ правильный!

И кто-то после этого ещё вещает о каком-то возрождении России?

Постыдились бы, хоть этого!

 

Когда в Гефсиманском саду пред человеческой природой

Господа нашего Iисуса Христа предстала вся мiровая бездна

лгущей мертвечины, включающей особенно едкую мертвечину ХХI-ого века,

страдания Его от вида её были столь велики, что капли кровавого пота стали падать с лица Его, орошая Пречистой кровью нашу землю ещё до Голгофы

                                                                                                   * * *

Первое прибавление к “Времени мертвецов”

Театр ХХI-ого века

- Не верю! – возглас К.С.Станиславского, ищущего на репетиции правду  души.

- Не верю! – возглас режиссёра ХХI-ого века, заметившего  на репетиции  вдруг нечаянно прорезавшуюся правду души.

Театр в ХХI-ом века являет собою дань … мертвечине!

Примеров несть числа.

Вот малюсенький примерчик далёкий от похабщины. П.Фоменко, очень знаменитый режиссёр. Такой знаменитый, что ему за его талант для его мастерской даже какое то дорогущее здание отгрохали, и ни где-нибудь, а в Москве,.

Так вот, в спектакле П. Фоменко барон Тузенбах уходит на дуэль, произнося пронзительнейшие чеховские слова:

- Ирина! 

- Что?

- (Не зная, что сказать). Я не пил сегодня кофе.

Скажешь, чтобы мне сварили… (Быстро уходит.) –

- уходит одетым… в двух верхних одеждах, на нем шинель и пальто одновременно, два на одном!, шинель на правой руке, пальто на левой. Свободные рукава шинели и пальто болтаются, свисая почти до земли, полы этих рукавов и вовсе метут пол сцены. Вид уродливый! Но знаменитому Петру это нипочём! Да, и не будешь нынче знаменит, если не придумаешь какое-нибудь уродство. Смелянский от этой находки в восторге! С экрана телевизора он, что называется, брызжет слюной, утверждая в головах усталых, духовно обобранных граждан РФ эту новую диавольскую эстетику.

Как же теперь кому бы то ни было из зрителей пробиться к этому воплю чеховского героя: - Ирина! - Что? - (Не зная, что сказать). Я не пил сегодня кофе. Скажешь, чтобы мне сварили… (Быстро уходит.), если всё  внимание зрителя сосредоточено теперь на шинели и пальто, составляющих одну одежду? Конечно, он теперь заворожен только этим - “двум в одном”, и ему “до фени” пил сегодня Тузенбах кофе или нет. И невдомёк бедному зрителю, что не о кофе говорит барон Тузенбах, говоря о кофе, а о своей безответной любви. В этой чеховской фразе вся жизнь человека, но она захихикана находкой “двух в одном”, ради дани мертвечине.

Так, кто же “не знает, что сказать”: чи Тузенбах, чи Фоменко? А всё дело в том, что Фоменко то, как раз и знает, как ублажать смелянских. А раскрой Фоменко страдания Тузенбаха, любящего ту, которая его не любит, но согласилась стать его женой, что услышит он от своих мертвецов? Только одно: не верим! А вот, два пальтугана на одном Тузенбахе – это здорово. Так это Фоменко, режиссёр, ещё одевающий своих героев, пусть и в лишнюю одежду. А если это, какой-нибудь, Римас Туминас, ничего не стесняющийся, сам представляющий собою персонажа из сказки Андерсена “Новый наряд короля” обманщика - портного, заголивший и обнаживший и Чадского, и Фамусова, и всех остальных? Погодите же, придёт время, увидите вы, как на руке у Тузенбаха повиснут предметы женского нижнего белья (тонкий намек на толстые обстоятельства), а затем вообще на сцену вместо него выведут "коня в пальто". Да, ещё и похлещи, что-нибудь сотворят. Потому что ныне их время и власть…  мертвецовъ.

А теперь, русский человек, сам, приглядись к окружающему тебя мiру, и сам сделай к этой мертвечинке свои прибавления. Скажи, в каком месте сегодня нет его, театра-то мертвецов, где он отсутствует? Что, вскинув взор, разве сразу же не увидишь его в бизнесе? Не увидишь в политике? В армии? Не найдёшь его в спортивной индустрии, в шоу-бизнесе, в медицине, в религиозных организациях? Он везде! Потому что это не недуг места, а недуг времени, недуг всего ХХI-ого века, целиком переставшего понимать речи Христа, не могущего слышать слова Его!   

Таков наш печальный отчёт о духе нашего времени, дорогой святитель Игнатий.

"Всё так! – сказал один благочестивый юноша, прочитав этот текст, - хочется только небольшого лучика надежды, ибо все так беспросветно в нашей жизни..."

Слышать эти слова было мучительнее, нежели размышлять о самой  мертве-  чине. Ох, уж это заземленное наше православие!

Тем более, что через день наступала Пасха!

Не лучик надежды, а Солнце Правды входило в души Малого русского Хрис-това стада. Хотя, что за лукавое слово «входило»? Христосъ никогда и не покидает сердца тех, кто сподобился оказаться членом этого стада – непрес-танная молитва “Господи, Iисусе Христе, помилуй мя”, никуда ни на мгновение не отпускает Христа Спасителя из этого сердца. Этим самым они и устраняются от тлетворного духа времени, охраняются от него, избегают влияния его. В результате - они свободны от телевизора!

Так они исполнили призыв апостола любви не любить мiра, и того, что в мiре, ибо крепко знают, что кто любит мiр, в том нет любви Отчей. А для них любовь Отчая… и есть сама жизнь.

Подвигнутые Феодором Михайловичем на это рассуждение, мы не можем в  конце не напомнить реальную сцену из жизни нашего пророка.

Он на эшафоте вместе со своими товарищами. Все они приговорены к смерт-ной казни через повешение. Последние минуты жизни. Все в полу обмо-рочном состоянии. Только Достоевский ходит вдоль шеренги приговорённых товарищей, утешая каждого:

- Скоро будем со Христомъ!

Пaсха нетленiя, мiра Спасенiе

* * *

                                                                        Приди ко Мне, мой брат уставший,

                                                                        Весь век боровшийся с судьбой,

                                                                        Под игом бед изнемогавший.....

                                                                        Приди – Я дам тебе покой!

                                                                                    Искавший в жизни наслажденья,

                                                                                    Зло щедро сеявший рукой.

                                                                                   Всю жизнь не знавший примеренья,

                                                                                   Приди- Я дам тебе покой!

                                                                        Приди- опутанный грехами

                                                                        И сердцем мучимым тоской,

                                                                        С душой испорченной мечтами,

                                                                        Приди –Я дам тебе покой!

                                                                                    Приди из мрака заблужденья,

                                                                                    Приди с раскаянной  слезой......

                                                                                   Приди - Я дам тебе прощенье,

                                                                                   Приди – Я дам тебе покой!

                                                                        Приди ко мне- пути открыты,

                                                                        Приди печальный и больной......

                                                                        Приди – все язвы будут скрыты,

                                                                        Приди- Я дам тебе покой!

                                                                                                                           Н.П.

* * *

НАЦИОНАЛЬНАЯ  МОНАРХИЯ  ЗАВТРА – УТОПИЯ  ИЛИ ВЕКТОР  ГОСУДАРСТВЕННОГО  ОБНОВЛЕНИЯ

ЛАРИОНОВ ВЛАДИМИР ЕВГЕНЬЕВИЧ.

(Продолжение см. Верность № 106)

Богословское обоснование самодержавной власти.

Собственно такое обоснование мы находим уже в Священном Писании, которое есть и пребудет единым и главным источником любых интеллектуальных построений, когда речь идет о столь серьезных вопросах человеческого бытия как государственное строительство, чьим источником не может быть лишь человеческий интеллектуальный поиск, волевой импульс или воодушевлении, но всегда более глубинные духовные инспирации.

Слово Божие однозначно, не допуская «интерпретаций», ставит, в качестве непреложного условия правильно организованного социо-культурного бытия,  перед человечеством совершенно определенную задачу организации истинно государственной жизни. В Священном Писании говориться следующее:

«Итак, будем покорны всякому человеческому начальству, для Господа: Царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро» (1 Петр. 2, 13-14); а также:

«Начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надо повиноваться не только из страха, но и по совести». (Римл. 13, 4-5).

Священное Писание учит нас, что истинная власть земная есть не эволюционирующее во времени творчество социума, но исключительно творение Божие на благо людей. Она есть часть вселенского Божественного миропорядка. Власть, пренебрегающая своей органической связью с Божественным истоком всякой земной власти вообще, не является богоданной, но только попущена за грехи наши, нам же в назидательное наказание.

Святой Иоанн Златоуст писал в этой связи: «Неужели всякий начальник поставлен от Бога? – не то говорю, у меня теперь речь идет не о каждом начальнике в отдельности, а о самой власти. Существование властей, причем одни начальствуют, а другие подчиняются…все это я называю делом премудрости Божией. Поэтому Апостол не сказал, что нет начальника, который не был бы поставлен не от Бога, но рассуждая вообще о существе власти, говорит: «несть власть, аще не от Бога, сущие же власти от Бога учинены суть» (Римл. 13,1). Власть как Божественное установление, есть по сущностной природе своей добро. Как и любое Божие творение она может злоупотребить своей свободной волей, и, пренебрегая своей природой, превратиться в начало, покровительствующее злу во всех его проявлениях, от тайных, до явных.

Мы можем смело утверждать, что царская власть в России, со всеми ее падениями и ошибками, стояла на страже священных устоев истинной христианской государственности и являлась бес кавычек Исполнительницей добра. Ничего подобного о властях, захвативших Россию в 1917 году, мы сказать не можем. Нельзя это сказать и про сегодняшнюю власть в Российской Федерации.

Необходимо помнить, что монархия это не просто механически исполняемая власть одного человека над народной толпой. Монархия – это сложный народный организм. Структура монархического социума – это органическая система взаимосвязанных институтов и коллективов социума, спаянных единой верой. Поэтому формальное воссоздание царской власти в России, повинующейся в своем высшем служении Божественным заповедям, не принесет должного плода, без воссоздания внутренней живой структуры церковного народа, без возрождения системы противления злу на всех этажах государственно-общественной лестницы, начиная с семьи и индивидуума.

Но и без возрождения монархии в России невозможно полностью выполнить задачу по восстановлению органической структуры общества, пронизанного христианской верой. Эти две задачи взаимоувязаны.

Апостолы и святые отцы оставили нам учение об истинном государстве как о монархии. Древние прекрасно видели то зло, которое происходит только от единой, допускаемой возможности, захватить верховную власть исключительно по прихоти или страстному желанию править. Буйство человеческих страстей на верхушке социальной пирамиды приобретает адски разрушительный размах. Укоренение во зле у таких искателей «трона» происходит еще на долгом пути борьбы за власть, не гнушаясь никакими средствами. Демократическая процедура выборности главы государства преобразует «политическое поле»  народа в пастбище именно для таких отпетых негодяев.

Очень важно здесь показать, что именно Священное Писание свидетельствует о том, что институт монархии должен быть институтом сугубо национальным. Корень национальной государственности мы вправе усматривать именно в Библейском законодательстве. По вопросу таинственного взаимоотношения крови и души Священное Писание свидетельствует: «…кровь есть душа…» (Второз.12,23).

Не случайно, в этой связи, в Моисеевом законодательстве читаем: «Когда ты прийдешь в землю, которую Господь, Бог твой, дает тебе… и скажешь: «поставлю и над собою царя, подобного прочим народам, которые вокруг меня», то поставь над собою царя. Которого изберет Господь, Бог твой; из среды братьев своих поставь над собою царя…». (Второз.17,14-20).

Необходимость царя из среды братьев своих не есть голый биологический национализм древних, но правильное понимание того, что национальность государя и его духовный акт прямо взаимосвязаны, и это не должно быть в пренебрежении у того народа, который является, прежде всего, народом-церковью, хранителем Истины. И это тем более важно для монарха христианского, особенно для монарха такой державы как России, созданной потом и кровью именно русского народа.

Отметим, что вечное преимущество монархии перед республикой именно в том, что к власти приходит не тот, кто к ней рвется любым путем, а тот, кому Божиим промыслом указан подвижнический путь исполнение правды – законный Царь, чья законность безусловна и исключительна в свете Священного Писания и Священного Предания.

Святые отцы Церкви о монархии.

Эту главу мы посвятим исключительно цитатам, что, вроде бы и не принято в книгах. Однако, на самом деле, совершенно излишне, глупо и самонадеянно,  вредно, наконец, для душевного здоровья  пишущего и читающих, вторгаться в текстовую ткань, «сшитую» людьми, достигших еще при жизни святости и навсегда ставших путеводными маяками церковного народа.

Святой Иоанн Златоуст писал: «Имея попечение о благоустройстве людей, чтобы многие из них не жили бессмысленней зверей, Бог учредил власть начальников и царей, как бы бразды для управления кораблем». Златоуст же говорит: «Итак, должно воссылать великую благодарность Богу и за то, что есть цари, и за то, что есть судьи».

Св. Исидор Пелусиот свидетельствовал: «Начальство и власть царская установлены Богом. Но если какой злодей-беззаконник восхитит сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему».

Свт. Григорий Богослов утверждает: «Блажен, кто многотрудными руками чтит Царя и для многих служит законом жизни».

Свт. Дмитрий Ростовский учит: «Лицо и сан Царя христианского на земле есть живой образ и подобие Христа Царя, живущего на небесах».

Преп. Серафим Саровский наставляет: «После Православия они (цари) суть первый долг наш русский и главное основание истинного христианского благочестия». А также: «В очах Божиих нет лучшей власти, чем власть Православного Царя».

Неоднократно высказывался на тему монархической власти и митрополит Филарет (Дроздов). В частности он писал: «Благо народу и государству, в котором единым, всеобщим и вседвижущим средоточием, как солнце во вселенной, стоит Царь, свободно ограничивающий свое неограниченное самодержавие волею Царя Небесного, мудростию яже от Бога…Народ чтущий Царя, благоугождает через сие Богу, потому что Царь есть устроение Божие…Бог по образу Своего небесного единоначалия утвердил на земле Царя; по образу Своего небесного вседержительства устроил на земле Царя самодержавного; по образу Своего царствия непреходящего…поставил на земле Царя наследственного».

Св. праведный Иоанн Кронштадский учительствовал и по-отечески наставлял: «Запомните: если не будет монархии – не будет и России. Только монархический строй дает прочность России, при конституции она вся разделится по частям». Он же предупреждал: «Держись же, Россия твердо веры своей, и Церкви, и Царя Православного, если хочешь быть непоколебимою людьми неверия и безначалия и не хочешь лишиться царство и Царя Православного». К нам обращается Всероссийский пастырь из прошлого: «А вы, друзья, крепко стойте за Царя, чтите, любите его, любите Святую Церковь и Отечество и помните, сто самодержавие – единственное условие благоденствия  России; не будет самодержавия – не будет России».

Вторит ему Преподобный Варсонофий Оптинский: «Наш Царь есть представитель воли Божией, а не народной. Его воля священна для нас, как воля Помазанника Божия; мы любим его потому, что любим Бога. Славу же и благоденствие дарует нам Царь, мы принимаем это от него как милость Божию. Постигает ли нас безславие и бедствие, мы переносим их с кротостью и смирением, как казнь небесную за наши беззакония, и никогда не изменим в любви и преданности Царю».

Св. Патриарх Тихон обращался к верующим: «Царь есть «батюшка» для народа, как трогательно называет его сам народ. Мы же, братия, будем молить Господа, дабы Он и на далее сохранил для России Царя самодержавного и даровал ему разум и силу судить людей и державу Российскую в тишине и без печали сохранити».

Есть и примечательные высказывания зарубежных иерархов. Например, Антоний IV, Патриарх Константинопольский утверждал: «Невозможно христианам иметь Церковь, но не иметь Царя. Ибо Царство и Церковь находятся в тесном союзе и общении между собою, и невозможно отделить их друг от друга».

Григорий IV, Патриарх Антиохийский говорил: «Святая, Богом благословенная и Ему угодная форма государственного правления есть самодержавная, возглавляемая сами Богом поставленным Единодержавным Скипетродержцем Царем, который есть не обыкновенный человек, а помазанник Божий, получивший при священном помазании сугубую благодать на великое и трудное дело управления народом». Он же подчеркивал следующее: «Укреплять святую мысль через Писание, быть верным защитником православной веры, самодержавного Царя и отечества есть славное и святое дело, самое главное, дело первостепенной важности и приятное Богу».

Митрополит Антоний Храповицкий внушал своей пастве: «Неразумны и неправдивы те люди, те писатели и ораторы, которые говорят, будто Православная Церковь Русская могла и может существовать при всяком государственном строе, начиная с республики. Надо голову потерять, чтобы говорить такие несообразности. Никакой другой власти, кроме власти богопомазанного Царя русского, наш народ не будет доверять…Если мы не примыкаем к обоим бунтам 1917 года, то есть к бунту господскому, или февральскому, ни к бунту солдатскому, или еврейскому, или октябрьскому, то должны признать, что согласно Законам, согласно древнему разуму и примеру прежних Государей…власть Царскую получает законный наследник сам по себе, то есть прямо от Промыслителя Господа без всякого избрания…». Здесь позволим себе сделать маленькое отступление. На эту. Последнюю фразу. Очень неадекватно радостно реагируют современные ревнители несуществующих прав на Российский Трон Марии Владимировны, дочери В.кн. Владимира Кирилловича. Используя тот факт, что после провозглашения самого себя императором, отец Владимира Кирилловича Кирилл Владимирович, принимал у себя владыку Антония, и указывая на благожелательные отклики последнего о Кирилле Владимировиче, они уверяют, что Русская Зарубежная Церковь соборно решилась видеть в Кирилле – Императора Кирилла Первого. Ссылаясь на Закон о престолонаследии Павла Первого, который сам по себе, во многом не согласовывался с Преданиями Церкви относительно брака христианина и перечеркивал древнюю исконно Русскую династическую традицию в вопросе бракосочетания, «кирилловцы» договариваются до того, что Трон онтологически не может быть пустым. Якобы Закон предусматривает непрерываемую линию наследования. И, таким образом, считают они, и без самопровозглашения, Кирилл Владимирович автоматически был Императором Всероссийским, а Церковь просто признала этот «закононепреложный» факт. Однако, достаточно указать на то, что никто из первоиерархов Русской Церкви Заграницей даже не пытался миропомазать на Трон новоиспеченного Императора, как все эти вымыслы относительно безупречной легитимности и законных прав на Трон становятся очевидными даже неискушенному человеку. Окормляя Кирилла Владимировича, как сына Церкви, уважая его как члена династии, Церковь не признала его законным Императором. В противном случае акт миропомазания состоялся бы, если бы Трон действительно по закону не может оставаться пустым. Но он действительно онтологически далеко не празден. Просто «Кирилловичам» всегда не хватало самой малости – истинной веры. Православие они всегда рассматривают только как один из атрибутов русского монарха, но атрибута, значительно уступающего, в их сознании, законам Российской империи, рухнувшей под водительством именно этих законов.

Трон действительно не пустует. Царица Небесная со своим Предвечным Младенцем есть от начала времен наследница Трона  и тронов, о чем красноречиво свидетельствует верующему сердцу икона Державной Божией Матери, явленная в селе Коломенском в день отречения святого Императора Николая. У Трона этого незримо предстоят молитвенники за нас и Россию – последний русский Царь, его семья и их слуги.

И Промыслитель Господь, конечно, найдет способ доходчиво явить нам свою волю и указать законного Царя, помимо давно упраздненных историей законов, под юридическое действие которых давно не попадает ни один генетический наследник бывшего императорского дома Романовых.

И закончим мы цитирование мыслей знаменитых учителей и пастырей Церкви мыслями Прот. Иоанна Восторгова. Он писал: «Вместе с верою и любовью к Богу, непоколебимая, веками утвердившаяся и освященная церковью любовь к Царю служила могучим оплотом нашей народности в исторических судьбах ее…Господь Бог устроил Царя в Свое место, посадил на царском престоле суд и милость».

Посягнув на священные основы нашей государственности на монархический строй, упорствуя сегодня в нежелании признать очевидным факт, что самодержавие не анахронизм, а единственное условие нашей национальной и государственной жизни, мы сами того, под час, не понимая, бросаем безумный вызов Божественному промыслу о нас. Упорствуя в сатанинской гордыне, в неприятии непреложной истины, мы роем себе и нашим детям не просто могилу, а прямо пропасть в зев ада.

Биологический фундамент Государственности

Любому здравомыслящему и в меру ученому человеку понятно, что любое государственное образование – исключительное политическое творчество одного народа. Никаких многонациональных государств, в строгом смысле слова не существует. Когда вы читаете в учебниках истории о том, что Рюриковичи правили в многонациональном государстве под названием Древняя Русь, знайте – вам лгут. Русь есть плод государственного таланта исключительно и только русского народа и его исконной, священной династии, связанной в представлении еще наших языческих предков с высшими мирами через сопричастность божественным предкам - чурам и  прямо миру древних богов.

Державный народ создает особую политическую форму своего существования, присущую только ему, так же как одной человеческой душе присуще ее собственное тело, которое с этой душой неразрывно связано. Народ имперский есть народ-носитель универсальных духовных ценностей, которые он привносит другим народам. Часто эти ценности навязываются силой. Часто более слабые народы сознательно принимают всю систему ценностей народа завоевателя и становятся его союзниками, партнерами по государственному строительству.

Но дух государства, его кровь и плоть – это выражение души, нравственных идеалов и физических усилий одного единого народа. Государства рождаются как результат исключительных усилий конкретного этноса. Государства неминуемо гибнут, когда державный этнос растворяется в море покоренных народов. Когда его ценности и идеалы подвергаются ревизии и пересмотру, когда они размываются чужими ценностями и идеалами.

Юлиус Эвола совершенно справедливо указывал, что «инволюция, обусловленная внутренним вырождением самого человека, которое выражается в том, что верх в нем берут склонности и интересы, связанные с естественноисторической, грубой, простейшей жизненной частью человека», приводят и к гибели традиционных обществ и государств.

Он же писал: «Согласно закону соответствий, известному уже Платону и Аристотелю, несправедливость, то есть внешний разброд и волнения в обществе, всегда являются отражением внутренней несправедливости, присущей определенному человеческому виду, который возобладал в данной цивилизации».

Все империи, утрачивали свои ярко выраженные национальные черты вследствие необдуманного допущения завоеванных народов в тело государственности на равных правах с народом носителем государственной идеи. И утрата национальных черт всегда и везде вела к гибели Империй.

Нельзя никогда забывать властной элите, что сила государства в его национальности. Это не подразумевает угнетение народов, входящих в состав имперского государственного тела. Но это и не повод ущемлять государствообразующий народ в его первенстве прав только из боязни обидеть «национальных малышей», пасынков государственности. Государство – не оплачиваемая сердобольная сиделка с непослушными детьми. Государство – это, прежде всего, народ руководитель, народ начальник, который обращается с работниками таким образом, чтобы они исполняли свои обязанности честно и имели за это справедливое вознаграждение. И никакой лирики на тему дружбы и большой семьи народов. Не бывает такой семьи. Семья может разрастись только до определенных пределов. История положила этим пределом национальность. За пределами ее правила семейных отношений не работают, какими заклинательными усилиями их не пытались бы гальванизировать.

Исходя из того, что любое здоровое государственное образование имеет своим становым хребтом государствообразующий народ,  нужно понимать и те главные задачи государственной власти, которые лежат далеко не в сфере регулирования экономических и финансовых отношений в обществе, как сейчас многие ошибочно полагают.

Главным фактором процветания и прогресса государства во всех сферах должна быть национальная идея. Государство призвано пестовать лучшие черты народа, создавать такие условия жизни, когда эти черты могут беспрепятственно раскрываться. Именно этой цели и должна служить власть, а не исполнению материальных прихотей той немногочисленной части народа, сплотившейся в некое сообщество через специфические механизмы фильтрации нравственно худших представителей социума, которые ныне служат, по недоразумению, инструментом выделения элиты, которая оказалась сейчас у кормила государственного корабля.

Подробнее об этом вы сможете прочитать в заключительной главе данной книги.

Утрата и возрождение монархического правосознания.

Первая государственная власть, по мнению испанского мыслителя Ортеги-и-Гасета, появляется именно в тот момент в обществе, когда религиозно оформляются его представления о мире. Именно тогда, и только тогда, появляется первый постоянный авторитет и первая постоянная государственная функция в виде управляющего «священнофункциями», т.е. царя-жреца, верховного понтифика. Такой правитель действительно является царем милостью Божией, а не в силу особых физических и интеллектуальных заслуг. Он избран свыше, а не многометежным выбором от «человеков». «Первоначальная легитимность, прототипная, единственная, компактная, насыщенная, всегда принадлежала у всех народов Царю по милости Божией. В чистом виде другой нет», - свидетельствовал Ортега-и- Гасет. Он же подчеркивал, что «монархическая лигитимность первородна, образцова и прототипна. Поэтому она единственная является первоначальной, и в скрытом виде она продолжает присутствовать под всеми другими формами».

Полная и безоговорочная легитимность власти – это всегда и только монархия. В определенном роде, в своем максимально возможном «чистом химическом виде» она была воплощена в державе Русских Царей. Лучшие русские умы прекрасно отдавали себе отчет, что сколь бы несовершенной не казалась порой монархическая власть в России, особенно после утраты характерных традиционных черт времен Московских Царей и заимствований с Запада в период Империи, все равно, в случае ее устранения, рухнут абсолютно все общественные устои.

Рухнула, в итоге сама Россия. Рухнули в небытие и простые человеческие понятия о добре и зле.

Нельзя сказать, что все происходило в одночасье. Нельзя говорить и о том, что все явилось лишь следствием коварного заговора жидо-масонов, хотя и отрицать его, в свете многочисленных опубликованных документов - глупо.

Священные понятия о Троне и алтарях стали привычкой и у нас и у европейцев. Эти формулы перестали восприниматься серьезно. Для подавляющей массы населения они уже не несли в себе никакого священного смысла. В условиях мирного времени с ними мирились как со старой мебелью, которую когда то, постепенно, нужно будет менять на новую. Но в условиях мирового кризиса, а именно Мировой войны 1914 - 1918 годов эти формулы были подвергнуты огненному испытанию на прочность. В итоге, именно народные массы и не выдержали этого испытания. Ценности самодержавия, святыни веры потеряли для масс свою привлекательность окончательно. Но парадокс состоит в том, что в общеевропейском масштабе первыми от этих ценностей отшатнулась аристократия, и, она потеряла свою абсолютную ценность в глазах самих монарших особ и их многочисленных династических родственников, потеряла и всякий авторитет в широких народных слоях. Народ интуитивно почувствовал внутреннюю неуверенность, буквально зависшей в социальном вакууме, верховной власти в своей истинной легитимности перед лицом истории в период величайших катастроф и позволил пасть венцам в пыль. Это не значит, что в народах полностью иссякла вера в монархию как высший символ, или иссякла до конца вера в Бога. Просто на тронах народ вдруг не обнаружил тех кто, также как он безоговорочно верил этому символу и полноценно олицетворял его.

Если же говорить о России, то трагедия нашего последнего Государя состояла в том, что он то, как раз, был «последним из могикан», кто не только верил в символ самодержавия, но и максимально воплощал в себе священный архетип истинно христианского монарха. Однако, по словам архимандрита Константина (Зайцева), автора многочисленных трудов, посвященных пореволюционной России, наступали времена, когда идеал «Святой Руси» потерял свою привлекательность для всех высших и средних слоев общества, а сама Святая Русь к концу 1917 года, буквально «скукожилась» до границ, чуть ли не Царской семьи и их верных слуг.

И если западные монархи и представители владельческих домов, отринутые во времена небывалой исторической драмы, без всякого драматизма ушли в частную жизнь, как частные люди, то Царь русский ушел в вечность как святой мученик за святой национальный идеал государственности, неразрывно связанный со святой верой народа.  Уже в этом «уходе» начиналось  его возвращение к нам как святого заступника и небесного покровителя своего народа. И этот уход был и остается залогом нашего истинного национально-государственного возрождения. Корона Российской империи не была сдана, подобно венцам западных монархов, в антикварную лавку. Но, будучи вырванной руками палачей, она не потеряла свой священной огненной природы, и,  содержась под охраной в алмазном фонде, она являла и являет собой арестованный, «временно задержанный до выяснения обстоятельств» символ неоконченной русской истории, которая не может не быть продолжена путем решительного преодоления смуты и бесплотных политических исканий, продолжена исключительно на путях абсолютного возвращения на свой, единственно возможный, исторический путь.

Падение монархического сознания было тесно связано и с переменами в умонастроениях христианских народов Европы. И хотя не наблюдалось столь решительного ухода из церквей европейцев, каковым был их катастрофический бег из под сени монархической власти, когда монархи, в силу разных причин, утратили живую связь с народом, можно с уверенностью говорить о кризисе церковной общины в целом. Ради эфемерных свобод и братства всех и вся, люди потеряли понятия ценности связей в маленьких коллективах. Даже семья перестала казаться пристанью счастья для индивидуума пред лицом мирового братства, начавшегося с мировой бойни и ей и завершившегося. Растущее отчуждение от Церкви у нас в России, на первом этапе, никак нельзя связать с растущим атеизмом народных масс и аристократии, как нельзя было связать и отсутствие патриотизма с изменой монархической присяге. Расслоение Трона и государства привело к падению первого. Зато от второго ждали небывалого расцвета в условиях «свободы». Нельзя не видеть, что государственная машина поспособствовала падению монархии и получила в награду полный хаос керенщины, закончившийся большевистским концлагерем. Государство потерпело крах уже тогда, когда полагало, что сумеет напитать живыми энергиями государственный патриотизм взамен верности Трону и народности. Оказалось, что такой патриотизм, по крайней мере,  в России не возможен. Ему просто не на что опереться ни в истории, ни в повседневной жизни. Он может только лгать, причем совершенно невольно, не пытаясь изначально обманывать граждан, а просто по природе не сводимости исторических задач русского народа его национальной души к той форме его существования, которую ему предложило Временное правительство, и предлагают сейчас. Пытаясь искусственно связать современный патриотизм с системой либеральных ценностей, государственный аппарат уже приготовил его фиаско. Если у пролетария, по Ленинскому определению, не должно быть отечества, но оно оказалось, то у современно буржуа хоть и должен быть патриотизм, т.е. любовь к отечеству, но его то, как раз у него и нет, кроме того, что легко умещается в кошелек. Либеральный патриотизм – это фикция. Любовь к своему обухоженному домику на Рублевке не есть любовь к Родине.

Завтра, вдруг,  любовь с домика на Рублевке найдет себе иной объект недвижимого почитания на Багамах и так далее, вплоть до вожделенного полученная американского гражданства, которое может гарантировать безопасность банковских вкладов, нажитых непонятно как,  там, где массам населения внушается беспочвенная любовь к родине, которую у них отняли. И эта новая любовь четко увязана с безопасностью вкладов. Это самые простые иллюстрации того, чем является современное государство для тех, кто сделал его своей временной кормушкой. И им, и нам понятно, что такая схема псевдогосударственной жизни ведет к тому, что это причудливое здание государственности, возведенное на обломках фундамента рухнувшего СССР, тоже скоро обрушиться. Косметический ремонт, вроде современной «стабилизации», есть побелка стен у дома, который медленно, но верно сползает с фундамента. Из руин, которые окружают это эклектичное здание под аббревиатурой РФ, оставшихся как от гибели империи, так и от падения СССР восстает встречное движение народного сопротивления, консервативно-революционное движения русского национализма, не желающего гибели, и уже окончательной,  русского народа, под обломками эрефии. И хотя это движение носит еще хаотический характер, уже прослеживается отрадная тенденция чувства сопричастности молодежи русского народа своему историческому предназначению. Если угодно, то это и есть подлинная демократия, только и возможная в сегодняшнем российском обществе. Нация, лишенная поддержки всех традиционных институтов, включая и государство, страстно желает взять решение своей судьбы в свои руки. Энергичное участие в политической жизни это лишь первая ступень в возрождении истинной суверенности русского народа, давно лишенного таковой.

Массы в России сегодня стихийно приобщаются к ценностям традиционной русской государственности, что формирует сопричастность народа к политической жизни в целом. Эта сопричастность предполагает достижения целей восстановления такого политического порядка, в котором русский человек будет уверен, как в порядке, отражающем его представление о праве и правде. Сопричастность предполагает и постижение священных основ государственности, постижения той системы ценностей, которая гарантировала бы этой государственности ее легитимность в глазах Церкви, такой, какая была бы освященной авторитетом искренней веры народной. Стихийным подъемом снизу этих целей достичь невозможно. Истинный демократический, т.е. народный национализм отличается от формальной демократии современности тем, что он инициируем сверху. Будут ли это интеллектуалы, духовная элита нации, или государственный аппарат – это вопрос условий и времени. Встречное движение народной стихии и интеллектуальных поисков элиты в определенной точке соприкосновения будет перед выбором дальнейшего поступательного движения в сторону революционной ломки или эволюционного преобразования социальных институтов.

Развитие сценария сейчас нельзя предположить, но вполне вероятна «чудесная» ситуация, когда на вершине политической пирамиды окажется группа людей, разделяющих идеологию восставших масс. Тогда преобразования Российской Федерации в истинное государство русского  и союзных с ним народов пройдет по наименее кровавому сценарию, в чем кровно заинтересованы все, и в наибольшей степени,  национальные меньшинства, живущие на территории России, но имеющими свои национально-государственные образования за пределами современной РФ,

Истинная демократия, безусловно, заключается в возможности для самых широких масс населения быть сопричастными политической жизни государства, сопричастности власти у себя в стране, осознанной сопричастности своей исторической миссии и судьбе.

Но такая сопричастность не может быть естественным плодом стихийного пробуждения масс, озлобленных бедностью и постоянным враньем власть предержащих. Носителем и главным выразителем национального исторического идеала во всех сообществах была и будет национальная элита, чьи социальные границы в современном социуме достаточно размыты. Характерной особенностью таковой в современной России должно быть четкое сознание своей миссии носительницы исторических, традиционных национальных ценностей, миссии, которая сегодня, не так легко выполнима, как кажется.

Современный мир жестко отторгает подобных людей на обочину жизни, где людям приходится просто выживать. В этих условиях,  велик соблазн отказаться от тяжелой ноши носителя идеала, особенно, учитывая, что массовое сознание, по привычке,  не ищет вожаков на обочинах жизненных дорог, но страстно выискивает их в экранах телевизора, там, куда попадают только те, чья профнепригодность на звание национальной духовной элиты подтверждена самим правом участия в телевизионном зомбировании сограждан. Но без консолидации национальной элиты, без консолидации тех людей, кому сейчас не легко в быту, немыслимо сознательное движение национально проснувшихся масс народа. Лишь элита может знать, в чем заключается предназначение нации и транслировать это знание вниз, в массы. Лишь она способна коллективно постичь взаимосвязь между ценностями нации и ее политической жизнью. Лишь она имеет право заявить нации, что принадлежность к ней накладывает на всех осознанное обязательство свято хранить и нести перед собой как хоругвь – священные идеалы. Только общество единых ценностей высшего порядка может называться нацией. Ценности есть характернейшее свойство нации. Через них выражается сущность народа, его духовный центр, центр, смещение которого ведет к национальной гибели.

И это живительный нерв нашей национальной жизни был гениально выражен формулой графа Уваров «Православие, Самодержавие, Народность». Последнее определение не может пониматься иначе как творческий национализм, по определению гениального русского мыслителя И.А. Ильина.

Наверное, нужен были нашему народу трагический «вавилонский плен большевизма», чтобы мы не просто вернулись к нашим национальным ценностям, но и подняли этот идеал на еще большую духовную высоту.

Впрочем, лучшие русские умы, предчувствуя неминуемую трагедию, сделали все, чтобы придать духовному идеалу, интуитивно разделяемому массами простонародья, научную достоверность через отчеканенную точность формулировок. Назовем имена русских мыслителей дореволюционной поры: К.Н. Леонтьева, К.П. Победоносцева. Вспомним и капитальный труд Л.А. Тихомирова – «Монархическая Государственность». Не забудем и яркие публицистические работы с твердыми, безупречными формулировками кризиса, охватившего русский народ как биологическую единицу, М.О. Меньшикова, который из священной Триады нашего национального символа, подвязался именно на стезе разъяснения и уяснения третьего члена символа – национализма. Национализм виделся ему как единственное спасительное средство против болезненной утраты русским обществом императорского периода своего национального лица. Первой политической организацией открыто провозгласившие священные принципы бытия нашего народа и государственности стал в 1905 году «Союз Русского народа», известный еще  как «Черная сотня»,  чья деятельность смогла разбудить определенную часть русского общества. И хотя предотвратить революционную катастрофу Союз был не в силах, его роль в пробуждении русского национального самосознания огромна.

После революционной катастрофы и гражданской войны, в которой национальные русские силы потерпели военное поражение. Настало время действительного идейного пробуждения. Уже к 1921 году абсолютному большинству русской эмиграции стало ясно, что причиной всех русских бед была утрата веры и утрата верности государственному монархическому идеалу.

Давайте же проследим этапы становления этой новой монархической мысли пореволюционного русского периода, позволяющей нам заявить, что выбор в пользу монархии есть единственно приемлемый и концептуально обоснованный лучшими умами выбор, обеспечивающий подлинное возрождение России и ее народов.

Весной 1921 года легендарный предводитель Азиатской дивизии Р.Ф. Унгерн фон Штернберг издает в Монголии приказ за номером 15. В частности в приказе Унгерн не просто объявляет по войскам начало крестового похода против безбожных сил, захвативших Россию, он объявляет начало священной войны за восстановление тронов, и не только Российского. На своем желтом знамени Унгерн помещает изображение Спаса Нерукотворного, а с другой стороны вензель с буквой «М» и римской цифрой II.  Да, Унгерн верил в то, что законным наследником Трона в России является брат Императора Николая – Михаил. Однако совершенно правы те исследователи, которые видят в вензеле на знамени указание на определенный эсхатологический фон, мистический настрой руководителя Азиатской дивизии. Унгерн шел в бой за грядущего императора, предсказанного в Священном Писании, за таинственного и сокровенного монарха последних времен – Михаила, в котором не обязательно видеть непременно брата Императора.

Это был первый осознанный политический шаг русского народа на пути возвращения к своим национальным  государственным святыням, главными из которых есть и будут Православие и Самодержавие.

Осенью 1921 года в баварском городке Рейхенгалле состоялся съезд правой русской эмиграции, на котором было принято не только приветственное воззвание к Унгерну, но и впервые высказана идея о необходимости восстановления Трона в России как единственного гаранта национального и государственного существования русского народа. В том же году был создан и Высший Монархический Совет, существующий и поныне,  для упорядочения политической работы монархического фронта в Зарубежье. В Высшем Монархическом Совете мы вправе усматривать и первую попытку создать основу для легитимного русского заграничного правительства. ВМС был создан из пожилых людей, занимавших должности высших сановников в империи и потому изначально был лишен боевого настроя.

26 июля 1922 года Великий Князь Кирилл Владимирович выпустил обращение к российскому воинству и русскому народу, объявив себя блюстителем государева Престола. Великий Князь в обращении писал: «Всероссийский Земский собор возвестит нам, кому на Руси быть законным Государем». Увы, два года спустя Кирилл Владимирович самовольно объявил себя Императором, чем внес серьезный раскол в русское монархическое и вообще освободительное движение.

В 1922 году на Дальнем Востоке, на последней, свободной от большевиков территории, состоялся Земский собор под председательством генерала Дитерихса. Земский собор в Приморье есть первая ступень на долгом пути законного восстановления исторической Русской Государственности. Собор призвал всех русских людей, по выходу из политической смуты, созвать Всероссийский Земский собор, на котором будет указан законный Монарх и наследник Трона. Тогда же было признано, что только такой представительский орган всея Руси как Земский собор имеет исключительное, легитимно бесспорное,  право восстановить законную Русскую Государственность. До созыва такового собора, всякая власть в России есть, по сути, узурпация и беззаконие.

В апреле 1926 года в Париже проходит Российский зарубежный съезд. Значение этого съезда для будущего легитимного государственного возрождения исторической России огромно. Съезд собрал делегатов всего русского рассеяния из 26 стран. И хотя это грандиозное мероприятие и не закончилось, столь, казалось бы, логичным на тот момент, созданием правительства в изгнании, на съезде были провозглашены основные принципы возрождения государственности не устаревшие и поныне. Крайне важно, что большинство участников было настроено монархически, и съезд единодушно принял решение считать национальным вождем, вокруг которого должны объединиться все национальные русские силы, Великого Князя Николая Николаевича, дяди последнего Императора. Интересно, что на это решение съезда крайне негативно отреагировал самопровозглашенный «император» Кирилл Владимирович, поставив себя в оппозицию к широкому национальному движению Зарубежья и занявшего позицию неприятия этого объединения вместе с либерально-кадетским «болотом» господ Милюкова и компании.

В 1929 году в Париже был сделан еще один важный шаг на пути восстановления исторической России – создан Российский Имперский Союз.

Российский Имперский Союз (РИС) был задуман как боевая единица Высшего Монархического Совета, в котором православные, истинно  русские  люди Зарубежья видели единственно возможную базу для создания Русского Заграничного Правительства, обладающего всей полнотой легитимной преемственности по отношению к Императорской России. ВМС и сейчас  является старейшей действующей русской организацией в Зарубежье. В 1921 году ВМС собрал в своих рядах высших чиновников Империи, часть монархически настроенного генералитета. Не объявляя себя официально правительством в изгнании, по причине того, что на эту роль со времен гражданской войны претендовали левые круги Зарубежья, ВМС официально провозгласил себя полным юридическим восприемником Российской империи, существовавшей юридически до момента вынужденного отречения Государя Николая II. РИС, впрочем, не стал филиалом ВМС. В новую организацию входили молодые люди, полные желания сражаться за национальную Россию, не желавшие предаваться безвольной идеализации дореволюционных порядков. ВМС и РИС не стали одним политическим организмом. У Имперского Союза началась своя политическая история. Но две родственные организации сохраняли теснейшую связь, в которой ВМС, порой, играл роль нравственного центра.

Первым председателем молодой и боевой имперской организации стал Н.Н. Рузский, бывший блестящим офицером лейб-гвардии конного полка. Генеральным секретарем являлся Гардский, затем М.П. Тризна. Имперцы издавали газету «Имперский клич», выходившую в Париже в 1932-36 гг. под редакцией В.А. Мшанецкого, затем Н.А. Кикина.  Лозунгом Имперцев от начала был: «Мы русские – с нами Бог». Орденом Союз стал в сороковых годах по инициативе одного из ярчайших начальников Союза – Глобачева. Эта идея была горячо поддержана Сахновским, человеком уникальной судьбы. Кроме активной деятельности на ниве просвещения (он переиздавал работы Л.А. Тихомирова), еще в период Второй Мировой войны, Сахновскому удалось создать и боевые подразделения РИС-О, которые участвовали в боевых действиях в Испании против коммунистов, а, также входили в состав дивизии «СС» Валлония под руководством Леона Дегреля. Не без ведома, этого легендарного борца за христианскую Европу, Сахновский на территории СССР, оккупированной немцами,  создает боевое подразделение из советских граждан, объединенных девизом: «За Веру, Царя и Отечество». Сахновский заказал для этого подразделения черные рубашки, на которые должен был пришиваться в качестве нагрудной нашивки восьмиконечный крест с надписью в перекрестье: «Сим Победиши». Цвет рубашек должен был подчеркнуть преемственность по отношению к черносотенным организациям императорской России, а равно указать на солидарность с русскими фашистами Маньчжурии и Европы, питавших особые симпатии к чернорубашечникам Муссолини, как провозвестников Новой Европы. Заказанное обмундирование не удалось получить.  Судьба этих людей, предтеч новых бойцов за идеалы Царской Руси, трагична. Почти все они погибли при выходе из окружения в Корсунь-Шевченковском котле. Но память о них должна навечно остаться в русских сердцах.

Это было единственное воинское формирование русских людей Второй Мировой войны, выступивших под монархическим знаменем Императорской России!

Под руководством Сахновского Орден вел независимую политику. Сам руководитель неоднократно высказывался по поводу того, что РИС-О и ВМС разные организации,  впрочем,  это никак не отражалось на сходстве идеологической базы организаций. Даже печатные органы одно время были общими.  Более того, впоследствии, сам Сахновский был все же принят в ВМС, когда организацию, после Кнюпферра, возглавил Д.К. Веймарн, бывший, при последнем,  вице-председателем. Были приняты в ВМС и начальник  РИС-О  К.К. Веймарн,  и возглавивший РИС-О после него И.Р. Яблоков.

Имперский Союз с самого начала своей истории был орденом не только на словах. Первый устав Союза ярчайший пример в новейшей русской истории построения действительно орденской политической единицы. Многие члены РИС-О давали обет безбрачия, посвящая себя делу служения России целиком. С момента своего становления РИС-О являлся действительно боевой и самой активной частью всех белых монархических организаций Зарубежья.

Уже в восьмидесятых годах двадцатого века Имперский Союз и ВМС волею судеб стали не просто близкими организациями, но фактически тем самым единым политическим организмом каким он виделся в конце двадцатых годов монархическим кругам эмиграции. После блестящей эры Сахновского, обе организации возглавили родные братья Веймарны. Причем старший, Константин Константинович, возглавил РИС-О, а младший, Дмитрий Константинович,  получил из рук Тихона Николаевича Куликовского-Романова право официально возглавить ВМС. Таким образом, произошла некоторая рокировка. Организации, как бы поменялись местами старшинства. Не декларируя полного единства, две организации шли и идут к полному сближению курсов, вплоть до естественного слияния, которое может и должно произойти уже в России, на новом этапе работы.

ВМС и РИС-О – это единственные до сих пор существующие организации Русского Зарубежья, которые не просто сохранились физически и юридически, но и остаются на прежних идейных позициях, чего нельзя сказать, например, о современной Национальной Организации Витязей в Париже и Брюсселе, созданной великим русским патриотом, убежденным монархистом Н.Ф. Федоровым. Напомним, что почетной соратницей РИС-О долгие годы была последняя легитимная наследница Российского Престола Е.В. Княжна Вера Константиновна, младшая дочь Великого Князя Константина Константиновича, известного поэта «К.Р.».

В 1972 году произошел раскол в рядах РИС-О спровоцированный «кирилловцами» во главе с Колтыпиным. Для решения вопроса, кто будет обладать всей полнотой правопреемства, был созван третейский суд, возглавил который человек сочувствующий «кирилловцам». Но личная честь третейского судьи оказалась сильней политических привязанностей, и права наследования суд закрепил за «антикирилловской» линией Сахновского, которому наследовал К. К. Веймарн, по рекомендации нынешнего главы Ордена Игоря Романовича Яблокова. Это решение совершенно незаконно игнорируется раскольниками, которые продолжают использовать символику и имя РИС-О, обслуживая, все более и более становящиеся прозрачными эгоистически-коммерческие интересы потомков Кирилла Владимировича в России.

Дмитрий Константинович Веймарн и ныне возглавляет ВМС, а Константин Константинович скончался, передав руководство РИСО И.Р. Яблокову. Нынешний начальник РИС-О И.Р. Яблоков – старейший соратник, как Ордена, так и ВМС.

ВМС и РИС-О на данном историческом этапе не являются мощными организациями Зарубежья. Действующих членов почти не осталось. Но это последние не замаранные политическим соглашательством  структуры несущие нам Белую хоругвь истинной Русской Церкви, чистой монархической идеи отличной как от кирилловского соглашательского направления, так и от псевдомонархической стихии анархо-патриотовщины с частыми обострениями постсоветской шизофрении, выраженной в сочувствии культу Сталина прочих несуразицах.

Для организационных структур,  желающих нести это Белое знамя в России,  принципиально важно наследование всей полноты духовного и политического багажа ВМС и РИС-О, осуществляемого через организационное единство, гарантирующее духовно-нравственную преемственность и юридическую легитимность от старейшей организации  Русского Зарубежья, что, в свою очередь, позволяет,  с полным правом, утверждать о законно приобретенных правах правопреемства по отношению к Императорской России. Бесспорность этого факта определяется тем, что Высший Монархический Совет и его законное детище в лице РИС-О – действительно единственные русские организации, которые сохраняют легитимную преемственность к властным структурам Императорской России. На определенном историческом этапе ВМС, для всех истинно русских людей в эмиграции, играла роль  Российского правительства в изгнании. Вне зависимости от того,  что состав организации сократился вследствие естественной убыли потомков русских беженцев, ВМС и РИС-О сохраняют свой высочайший статус среди всех иных эмигрантских русских организаций. Рано или поздно, но в России встанет вопрос о восстановлении юридически безупречной и этически необходимой легитимности Верховной власти. И тогда, ВМС и РИС-О будут единственным юридическим звеном, которое может связать воедино историческую правопреемственность власти в России. В данный момент ВМС играет роль интеллектуального и нравственного центра Российского Имперского Союза-Ордена.

Когда современный политический режим в России, сколь надежным и устойчивым он не казался бы сейчас, неминуемо окажется, по природе вещей,  в глубоком кризисе, чуждый исторической России современный строй на наших глазах будет рушиться, тогда в России должна оказаться политическая сила, способная стоять как маяк спасения, высоко держа хоругвь христианской нравственности и знамя юридически безусловной и исторически наследственной легитимной преемственности по отношению к попранным институтам власти императорской России. Эта политическая сила должна быть накрепко связана с Русской Православной Церковью, с ее лучшими глубинными силами, хранящими истинную веру, вопреки   и помимо раздела единого тела церковного на юрисдикции, и быть всецело готовой восстановить политическими средствами государство Российское как державу русского народа во главе с православным Монархом.

Созидание такой политически организованной силы должно стать первостепенной задачей всех истинно русских людей.

Такая сила должна являться хранителем чистоты имперского сознания, традиций русской имперской государственности в ее первозданной самобытности. Такая организованная сила обязана хранить и транслировать русскую традицию во  всех ее аспектах.  Русский народ в целом, его духовное ядро верных хранителей истинного Православия,  должны соборно прообразовывать собой сокровенное единство верных чад мистически единой Русской Поместной Церкви, несущее во времени неповрежденную святоотеческую веру нашей Русской Православной Церкви.

Или мы действительно будем отвечать нашему сверх историческому призванию – быть до конца времен Новым Израилем, или мы станем исторической пылью, под которой будут погребены остатки некогда великолепного здания исторической России.

В Русском Зарубежье пробуждению истинно русского самосознания способствовали и фундаментальные философские труды русских гениев: Ивана Александровича Ильина и Ивана Лукьяновича Солоневича.

И коль скоро, после всех революционных потрясений к лучшим русским умам пришла мысль о том, что возрождение нормальной жизни в России совершенно невозможно без возвращения всей массы русских людей в лоно православной веры, невозможно без настоящей,  фанатичной преданности сокровищу нашей религии, то неминуемо встал законный вопрос и о возрождении монархии, как неотъемлемой части веры русского человека. Монархия всегда понималась православным народом как единственная законная дочь Матери Церкви, призванная от начала христианской эры нести послушание государствостроительства.

Секулярное, современное государство, в принципе, может быть только атеистическим или же специфически политеистическим, со множеством сект и мистических групп, как в США. Общегосударственная мораль в таком государстве, как правило, уже не базируется ни на каких религиозных принципах как таковых, и носит отвлеченный характер. По иному обстоят дела в государстве, которое не может отречься от принципов христианской этики, чтобы не потерять самое себя.

Если речь идет о России и ее будущем, то ни о каком секулярном государстве не может быть и речи. Построение и, тем более, добровольное согласие граждан на такое государство означало бы смерть, окончательный распад того, что всегда было Россией. Секулярное общество у нас может либо поддерживаться жесткой диктатурой тоталитарного образца, не очень долгий период, в который, тем не мнение, государство вынуждено обращаться за этическим идеалом все к тому же христианскому источнику, делая это тайком, или вообще не осознано. Либо, такое общество у нас симулируется верхами, пытающимся  обратить вовне этот косметически «подкрашенный» фасад социума, как того требуют правила политической игры современности. А  внутри происходят совершенно взаимоисключающие процессы, которые буквально разрывают на части омертвелую ткань  постсоветского общества. Не случайно, все чаще и чаще, государство, в поисках «новой идеологической партийной линии» прибегает к услугам Церкви, впрочем, стремясь поставить именно себе на службу внешнюю, религиозную атрибутику, лишенную внутреннего содержания,  как суррогат нового идеологического фундамента по разваливающийся социум. Но даже такие усилия знаковы.

Россия, при любой власти, вольно или невольно, обращается к ценностям Православия, в которых собственно и содержится «ДНК» нашего национального бытия.

Протоиерей Михаил (Аскул), (цитата взята из журнала «Царский опричник» номер один за 2006 год), в частности, совершенно справедливо указывает: «В IV веке свят. Григорий Богослов (развивая мысли Аристотеля по этому поводу. – авт.) отмечал, что существует три основных формы правления: монархия, правление одного, содержащая в себе веру в одного Бога или, по крайней мере, в высшего Бога; полиархия или аристократия, правление меньшинства или лучших, связанное с политеизмом; и, наконец, власть большинства, которое свят. Григорий Богослов называет анархией (демократией), идущей рука об руку с атеизмом. Святой утверждает при этом, что православные почитают монархия, поскольку она подражает единству Бога, в то время как полиархия предпочитает рассеивание Его могущества, разделение его сущности между несколькими богами. И, наконец, анархия, правление народа, богословски заключает в себе распыление Божией сущности, иными словами, власть оказывается настолько раздробленной, что при ней становиться уже почти невозможным постичь само существо Бога (Theol. Ora.III, 2).

Постараемся правильно понять эти слова свят. Григория Богослова. Святитель не утверждает, что народы всегда делают сознательный философский выбор, но из его слов скорее следует, что между богословием и политикой всегда имеется прямая связь. Эта последняя особенно очевидно проявилась в том, что можно условно назвать «политической христологией и богословием» христианского Рима, где монархия и империя подражали Боговоплощению. Подобно тому, как Иисус Христос есть одновременно Бог и человек, так и православное общество имеет два измерения: земное и небесное, соединенные между собой, как две природы Христа. При этом, Василевс или Царь, империя, Император представляли собой как бы человеческую природу Христа, тогда как священство по аналогии знаменовало собой Его божество. Трудясь вместе, они способствовали совершенствованию христианского общества, наподобие того, как Совершенный Богочеловек Христос совершает дело спасения мира. Иначе говоря, Император заботился, прежде всего, о теле, священник же – о душе. Само собой разумеется, что подданные Императора и сам он были членами Церкви, потому что в действительности и сама Империя была Церковью». Причем, такое понимание священной природы Верховной власти идет еще со времен античности, со времен классической греко-римской культурной традиции, сосредоточенной всецело на идее гармонического сочетания духовных и физических основ бытия, описываемого идеалом «эвритмии», т.е. понимания нормативного социального порядка как отражения порядка божественного. В христианстве «эвритмия» мыслилась как необходимое условие для «синергии», т.е. такой творческой человеческой деятельности, которая имеет своим истоком и нравственным императивом веру в Бога и в нем же находит источник энергии, подаваемой по благодати Свыше. Только таким образом, справедливо полагали древние, происходит не просто упорядочивание неструктурированной человеческой массы в коллектив, но и внесение в нее умного начала, благодаря которому эта масса облагораживается, получает способность осмысливать свои цели и задачи, а, через это, становиться в полном смысле дееспособной. 

В действительности, и это было подтверждено четвертым Вселенским собором Церкви в Халкидоне в 451 году, отношения между империей и Церковью со времен Константина равноапостольного были вполне сравнимы с двумя природами Спасителя: божественной и человеческой. Они соединялись, не теряя своей индивидуальности. Этот незыблемый образец истинно христианской государственности был увековечен в назидание потомкам в 6-ой новелле императора Юстиниана Великого, известной как новелла о симфонии властей, симфонии императорской власти и власти священства. Императоры управляли  империей, не вмешиваясь в дела Церкви, Церковь же оставляла за собой право моральной оценки деятельности Императора без поползновений на участие в светской власти.

Протоиерей Михаил (Аскул) подытоживает вышесказанное нами: «Православная Церковь всегда жила при монархии…Некоторые утверждают, что поскольку Церковь пребывая в мире, будучи сама «не от мира сего», то ей безразличны политические структуры и она не должна иметь никакой с ними связи…Для начала подчеркнем, что для Православия важно жить при правительстве, которое не враждебно ему и, более того – которое благоприятствует его физическому и духовному росту. Мир принадлежит Православию, как принадлежит он Богу, поэтому Православие должно соединится с миром, чтобы освятить его и освободить его от власти диавола. Ведь если Господь заповедал обратить «все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф.28,19), то мы должны допустить, что и правительства всех этих наций призваны, также,  стать христианскими. Поэтому слова «не от мира сего» не следует слишком упрощенно применять ни к Церкви, пребывающей среди мира, ни к народам, обращенным в христианство. Мне трудно вообразить православную демократию, особенно современную демократию – с ее плюрализмом, индивидуализмом и секулярностью. Ни одна из демократий не способна на обращение к Богу молитвенного прошения: «да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли...

Бог – Господь и неба, и земли. И если небо и земля принадлежат Богу, то землею должен управлять помазанник Божий, а православному народу нужен православный правитель. Поэтому мы можем утверждать, что ни один православный, достойный этого звания, не может не испытывать неудобства в обществе, которое не творит волю Божию».

А не творящие Его Святую волю неминуемо начинают служить злой воле обезьяны Бога - диаволу.

Напомним слова и одного иерарха пореволюционной смуты в России. Сказано было совершенно справедливо, что священник не монархист,  не имеет морального права служить у престола Всевышнего в храме.

Две тысячи лет Церковь не знала иного вида правления, который отвечал бы ее священным задачам путеводительства людей к Царствию Небесному. Не знала, не потому что не обладала информацией об иных видах правления, как то аристократия или демократия, но потому что отдавала себе отчет в невозможности исполнять свое служение в полной мере при этих режимах власти. Совершенно очевидно, что перед русской общественностью встала задача возрождения монархической идеологии в понятийный аппарат политической мысли и воскрешение русского Трона как такового в новых исторических реалиях. Выбор у нас невелик. Или мы продолжаем жить в театре современного политического абсурда, в условиях беспринципной анти социальной лже-демократии, либо мы возрождаем, революционно и бескомпромиссно, истинную государственность в России – народную монархию.

Третий Рим или Новый Израиль.

В качестве антитезы эти два судьбоносных для России понятия были поставлены покойным талантливейшим православным публицистом П. Паламарчуком. В его одноименной работе он противопоставлял, как ему казалось языческий, имперский идеал Третьего Рима и идеал христианский – народа носителя истинной веры, Нового Израиля. Совершенно справедливо ему оппонировали многие, в том числе и наш замечательный современник Михаил Назаров, который справедливо указал, что русский средневековый человек понимал и под Третьим Римом и под Новым Израилем две неразрывно связанные вещи. Новый Израиль, т.е истинный православный народ Божий в рамках истории может существовать только государственно, и не просто государственно, но в форме имперской нации, в силу того, что ценности христианства и ценности носителей христианской веры – универсальны и не могут быть уложены в прокрустово ложе какой бы то ни было «уютной» сугубо этнической государственности или безгосударственной, вечно кочующей, этнической единицы.

Вроде бы противопоставление, заявленное Паламарчуком, снято. Однако антитезу эту предлагает нам сама новейшая история, несколько смещая понятийные акценты.

Современный православный публицист, один из авторов журнала «Царский опричник» пишет буквально следующее: «Итак, Третий Рим уже был (Россия до 1917 года) и пал, четвертому, как известно не бывать. Русскому же народу предстоит стать вторым Израилем (разница между Израилем и Римом в том, что Израиль – Богоизбранный народ (и вместе с тем – государственное образование Богоизбранного народа, Рим же – империя). Если станем новым Израилем, наша миссия будет выполнена».

Итак, снова противопоставление, причем серьезное. Автор призывает отказаться от имперской миссии России и встать на путь создания национал-теократического государства Святой Руси, которое, по словам нашего известного публициста и мыслителя А. Дугина, могут и обязаны создать новые фанатики православной веры, в чьих руках единственная возможность спасти Россию.

Вопрос о фанатиках предельно ясен. Здесь не о чем говорить и спорить. Любой здравомыслящий русский человек, а таковой по определению не может не быть православным верующим, в чем мы фанатично уверены, должен подписаться под следующими словами Владимира Петрова, которые звучат как декларация наших прав и обязанностей на текущий момент: «Пассионарность народа ныне в глобальном масштабе определяется его религиозностью. Именно в этом сейчас в первую очередь отстают русские, а не в рождаемости или продолжительности, или уровне жизни. На самом деле выбор у нас, русских, не велик: если мы не станем народом православных фанатиков, русский народ исчезнет. Чем отличаются православные фанатики от все остальной «оппозиции»? Их нельзя запугать и подкупить».

Автор данной «декларации» вспоминает и одно весьма примечательное предсказание, сделанное в пореволюционное время. На вопрос, для чего даны испытания России и русскому народу, прославленный во святых Божиих, протоиерей о. Алексей Мечев ответил, что в «тонком сне» Господь ему открыл: «…чтобы сделать в России один народ с одним сердцем и одной душой, и очистив его огнем, Я сделаю его Моим народом, вторым Израилем. Я возвеличу Православие в земле русской и оттуда оно возсияет на весь свет».

Суть вопроса состоит в том, что нам предлагается выбирать, цепляться ли за «призрак» «Третьей Римской империи», тратя последние национальные силы на это, или становиться действительно сугубо национальным государством – Русью Святой, но национальным не в сугубо биологическом смысле, но в смысле духовном, что не отменяет и биологических дефиниций, конечно, в смысле теократического сообщества истинно верующих, православных граждан, в смысле, государственно организованного народа-Церкви.

Безусловно, уместно прозвучат здесь возражения в том духе, что как же нам быть с идеей Третьего Рима, с идеей универсальной христианской империи, что земное бытование предопределено до конца времен тем фактом, что родившись во время переписи населения империи времен Императора Августа младенец Христос «вписался в римскую власть», то есть стал ее гражданином, предопределив ее онтологическое, неуничтожимое  бытие в рамках истории. Совершенно очевидно, что два понятия – Третий Рим и Новый Израиль сейчас должны быть согласованы и приведены к одному знаменателю, который мы не собираемся логически обосновывать, но обязаны просто постигнуть как заданную свыше парадигму нашего национального бытия.

Может быть, противопоставление того, что является целым, родилось в сознании наших сограждан под впечатлением потери бывших территорий Российской империи, под впечатлением трагического распада русского народа на части, под впечатлением растущего национализма окраин, животного национализма малых народов, чье историческое существование вообще обусловлено энергетическим полем действительно исторически значимого народа русского.

Наверное, это так. Тогда, тем более уместнее нам обратиться к совершенно незнаемой нами истории Византии, события исторической жизни которой во многом играют промыслительное значение для нашего отечества, ставшего законным правопреемником Второго Рима.

Историк и исследователь Византийской империи Ф.И. Успенский, описывая небывалую утрату империей территорий и народностей, в результате натиска арабов в седьмом веке, указывал: «Как в нынешней Турции освобождение, находившихся под властью ее  чуждых народов способствовало сцеплению и национальному возрождению турок, так и в прежней Византии потеря областей с инородческим населением сопровождалось усилением эллинского национального самосознания, выразившегося в выработке идеи ортодоксальности. Хотя византийское православие с отпадением …областей утратило в своем объеме, но в замен того, оно выиграло в цельности и крепости. Реакционные элементы на перифериях группируются в усилившихся религиозных сектах; православное же византийское царство, опираясь на эллинское национальное начало, приобретает тот характер исключительности и филетизма, с которым Византия вступает в средние века и который отличает византизм как исторический принцип».

Важнейшая, принципиальнейшая мысль кроется в этом пассаже для нашей современности. Буквально, нам явлен ключ к постижению смысла последних событий в жизни нашего народа. Нам дан шанс свыше!

Действительно, Византия лишена была арабами областей с семитским (или симитским) населением, к тому же областей не принявших решений четвертого Халкедонского Вселенского собора, и отпавших от православия в монофизитство. Но перестала ли Византия быть империей, быть Вторым Римом. Нисколько! Более того, эллинский национальный византизм и единоверие православных граждан, отсечение от имперской нации «зараженных» окраин, позволил Империи, бывшей в седьмом веке на краю пропасти прожить новую, историческую жизнь длинной в восемьсот лет!

Очень важно здесь отметить, чем же был с действительности истинный византизм, воспетый нашим национальным гением Леонтьевым и встреченный с непониманием национально настроенными мыслителями, например Астафьевым, полемизировавшего, и,  в общем-то, по существу, с Леонтьевым, не принимая его грекофильства с отчуждением от славянской стихии.

В действительности позиции наших мыслителей вполне примиримы. Византизм, в отличии от PAX ROMANO отказавшись от этнически размытой имперской супернации, сделал ставку на этнически монолитный эллинский элемент и этим спас империю. Так и сегодня русский народ получил неожиданный и негаданный подарок судьбы, когда не надо больше тянуть за собой азиатские окраины, когда нет надобности разбавлять кровь своей аристократии кровью кавказских и среднеазиатских родов, когда, наконец, в силу обстоятельств,  от нас отделена часть русского народа, заболевшего смертельным недугом украинства, усугубленного предательством православной веры. Речь, конечно не идет о всех малороссиянах. Часть из них, верная заветам своих казачьих предков, никогда не считавших себя ни украинцами, ни окраинцами, ни околоточными, ни приобоченными, но частью единого русского народа, отстаивает свое право на веру отцов и на честь и право называться святым именем русича, русского, честь и право которые они имеют наравне с жителями Великороссии и Белой Руси..

У нас появилась уникальная возможность стать единым народом с единой верой в национальном государстве, возможность реализовать программу русских Царей – одна вера, один Царь, один народ. Такое государство действительно будет Новым Израилем, Святой Русью, но не перестанет при этом быть и универсальной империей с универсальной миссией нести свет Истины в мир, т.е. останется до конца времен Третьим Римом, который и сейчас прикровенно живет под глыбами рухнувшего Советского Союза и неплодоносным слоем пепла Российской Федерации. Мы останемся Империей, хотя бы уже в силу того, что многие народы Евразии с незапамятных времен связали искренне и честно свою судьбу с имперским русским народом и отдают себе отчет в том, что их историческое бытие напрямую связано с нами. Наши успехи - их успехи.  Наша гибель – их конец.

Секта украинствующих.

Теперь мы просто обязаны пояснить, почему, вопреки стенаниям многих современных патриотов из разных политических лагерей о трагедии разрыва с Украиной, мы не видим ничего негативного в том, что огромная часть некогда русской, а ныне зараженной смертельным недугом,  территории ушла в карантин со смешным, даже для неполноценного постсоветского государственного образования, названием – Украина, т.е. переведя на современный русский язык, мы получаем  – Окраину.

Древние говорили – в имени предзнаменование. Ну что можно ожидать от страны, «гордо» заявившей о своем желании быть до скончания веков Окраиной, опушкой, обочиной.

Смешно читать нелепые опусы современным украинофильствующих дурачков об особой мисси украинского народа, о вести, которую ряженные в шаровары хохлы несут миру. Какая там весть, какая миссия. О чем гутарят эти хуторские хлопцы. Ах, оказывается, о свободе. Да полноте «грамотеи» сельских школ. Все это уже было явлено миру в принципах кровавого 1789 года. Были уже и свобода и равенство и братство. Ничего нового в этом понятийном поле вы миру не принесете, даже если нашпигуете старую триаду салом с чесноком. Или слава батьки Махно вскружила ваши чубатые головы. Так ту нечего беспокоится. В украинском политическом бомонде полно людей с кругозором батьки и, слава Богу, без его военных талантов. В действительности, все, что незалежная Украина «имела сказать» миру и цивилизации, она уже сказала в 1918-1920 годах. Бардак, интеллигентские утопические байки о свободе, оборачивающейся, всегда и только, свободой от здравого смысла и кровопускание всем, кто не с нами. Политическая парадигма противостояния двух украинских партийных групп: анархистов и петлюровцев стало политической парадигмой, неизменно воплощающейся на просторах Украины с определенными циклами во все более и более комичных формах. Все меньше бесшабашного геройства и пальбы, все больше политической глупости и воровства.

Но не унимается вечно закомплексованный от сознания этнической неполноценности, которая генетически заложена в самом понятии украинства, малороссийский коллективный чубатый парубок . Нет, видите ли настоящая свобода явлена была миру в «козаковании».

А, по сути, заключалась эта свобода в вечном непостоянстве казацкой старейшины своему слову. То они присягали панам, но предавались москалям. То бежали от тех и от этих под крыло турецкого султана. Потом со слезами умиления встречали шведов и, с ними же драпали. В этом же заключалась и революционная свобода петлюровцев и голытьбы Махно. И те,  и другие бултыхались в политической борьбе, что дерьмо в проруби. 

И все это вопреки тому, что подавляющее большинство простого народа исстари считало себя русскими и хотела жить с царскими подданными Московии в едином государстве, единым православным народом. Однако верхушка, да и не только казацкая, но еще старая родовая аристократия заражена была каким-то смертельным вирусом предательства родных святынь . Сначала на Западе Руси предали веру отцов, за сохранение которой были пролиты моря крови, и перешли в униатство, а затем предали и само священное имя русских, чтобы по указке вроде бы ненавистных панов, стать небывалыми от века украинцами. Кстати за то, что это ущербное понятие хотели насильно навязать всем простым русским честным людям Малороссии еще в 1918 году,  предательской интеллигенщине простые селяне, сохранявшие рыцарскую верности русскому имени и православию, попросту били морду. И в этом мордобитии было значительно больше здравого политического смысла, чем во всех сегодняшних деяниях Верховной Рады. Но вирус украинства разъел, в итоге, и  широкие массы народа,  не без помощи большевиков. Украинство, зарождавшееся в умах наших вечных врагов – поляков, выпестованное в яслях Австро-венгерского генерального штаба, получила прописку в жизнь от пламенных ленинцев, и не только прописку, но и свою ущербную разбойничью псевдогосударственность. На Западе, в Галиции украинство от своего рождения было классической тоталитарной сектой с примитивно лживой, но агрессивно навязчивой, слабоумной доктриной. Ни у кого из украинствующих западенцев никогда не было действительно стройной доктрины, говорящей внятно о том, что же такое  «щирое» украинство, что от него остается,  за вычитанием ненависти к москалям, и вообще ко всем, кто сохранил верность русскости, Не существовало и какой бы то ни было стройной государственной доктрины, кроме шизофренической и исключительно эмоциональной незалежности.  Украинский язык -  это искусственный суржик, питавшийся и продолжающий питаться лексикой из польского словаря, да еще и насыщенный языковыми очистками немецкого, венгерского и английского происхождения. Даже стыдно говорить о том, что этот чудовищный новояз мог родится путем естественного развития в рамках отдельного, «незалежного» этноса.

Современные украинофилы, не задумываясь, самым позорным образом,  своими филологическими упражнениями фактически устанавливают памятник национального унижения вековой зависимости русских людей Малороссии от поработителей поляков, австрийцев, венгров и новых хозяев жизни – американцев. Естественно этот позор ни коим образом не пятнает славы тех истинных казаков и членов православных братств, а так же огромной массы русского народа Малороссии, кто все эти века порабощения не склонил головы и продолжал героическую борьбу за православие и русскость. Увы, их потомки наплевали в их могилы, точно также, как дети, уловленные в сети тоталитарных религиозных сект, отказываются от своих родителей. Чтобы закончить диагноз болезни огромной части русского народа, вдруг возомнившего себя в горячечном бреду украинцами-«окраинцами», скажем и о украинской неогосударственности.

Ниже мы внимательно рассмотрим то противопоставление, которое известно сегодня, противопоставление общества и государства. Это противопоставление носит искусственный характер и ложно, по сути, из-за корректно сделанных выводов касательно природы и государства и общества. Однако, современное политическое мышление склонно противопоставлять политической концепции государства, физицескую концепцию общества и нации. Понятия общества и нации, не смотря на романтический ореол, который их окружаети священный трепет, который испытывают некоторые при произношении этих «священных» понятий, имеют весьма приземленный, естественноисторический, биологический и социальный уровень, не принадлежа к уровню духовных и политических реальностей. Почти все движения, которые выдвигали этии понятия в качестве своих политических лозунгов,  это касается  националистического, самостийного движения на Украине, признавали за ними первостепенную важность, отвергали, ставили под сомнение ценность священных основ государственности и чистый принцип Верховной власти. Все движения пореволюционного времени носили ярко выраженный либерально-демократический характер. Особенно это касается петлюровцев. Борьба против монархического строя, против власти «Божией милостью» шла под знаменами «по воле нации», что представляло собой перевертывание всей естественной иерархии с ног на голову, знаменовало собой переход от государственного утсройства к совершенно другому принципцу устройства общества. Краткий обзор истории и память о замечательном прозрении нашего национального гения К. Леонтьева о том, что все национализмы Европы – суть разрушительные орудия революции, направленные против традиционных государств и иниститутов: Церкви и дворянства в первую очередь, позволит нам понять, что произошло на Украине после крушения монархии в России и ответить на вопрос, способна ли украинствующая фронда к строительству истинной государственности в принципе.

Кака писал Ю. Эвола, начало процессу крушения традиционной Европы «было положено тогда, когда отдельные европейские государства, пусть даже продолжая признавать политический принцип чистой Верховной власти, обрели форму национальных государств». В отличие от органического русского государства, ставшего империей, долгое время сохраняя свою русскую политическую константу, западноевропейские политические преобразования в королевствах вдохновлялись в своей национализации власти антиаристократическим и антифеодальным духлом, «раскольническим и антииерархическим по отношению к европейской ойкумене». Отказ от признания высшего политического авторитета Священной Римской Империи и анархическую абсолютизацию отедльных политических единиц, поэтапно привели к краху самого принципа Верховной власти в этих странах. Утратив поддержку Свыше, властители национальных держав стали искать ее снизу, роя себе могилу, поскульку, потерявшая всякую оформленность человеческая масса восстала и стала обретать огромное значение в той области, о которой имела и продолжает иметь самые смутные понятия. Постепенно созревали те структуры новой власти, которые перешли в руки третьего сословия, которое, в свою очередь, уже вынужденно допустило до участия в политике хаотичные и разрушительные народные толпы. Демагогический характер обращения к «нации» во времена Французской революции выпустил джина из бутылки. Национализм заключил конкордат с революцией, демократией и либерализмом, и отныне они стали шествовать по трупам вместе. С 1789 по 1918 годы все опоры традиционного строя Европы были окончательно свергнуты национализмом и революцией. Но оказалось, что сам национализм, с его стихиным поклонением толпе, с его приземленностью, с его латентным анархизмом, что ярко проявилось на Украине, вообще не способен к какому бы то нибыло государственному строительству в принципе, в связи с утратой всякого понимания об истинном источнике и инспирации Верховной власти.

Парадокс состоит в том, что Украина, как государство, приговорена в жизни, вольно или невольно, воспроизводить государственный архетип советчины. Получив желанную «незалежность» из рук большевиков, эта «незалежность» получила из этого же источника и все шаблоны политических институтов. А по тому, что иных шаблонов у самостийников не было и быть не могло, современная Украина приговорена в своей политической жизни воспроизводить «совок», и не просто «совок», но «совок» отягощенный какой-то прелюбодейной страстью со всей своей «незалежностью» отдаться на политической панели новым хозяевам жизни - американцем. Цена «незалежности» – всего то лишь плата политической проститутке, за оказываемые услуги. Это начали понимать все умные люди на Украине, даже те, кто еще недавно были самыми яркими фигурами украинствующей фронды. Я имею в виду, прежде всего, бывшего лидера УНА-УНСО Дмитрия Корчинского. В силу  безусловных умственных способностей и таланта мыслителя,  Корчинский неминуемо излечится от осложнения после болезни москвофобией, перенесенной в политической юности. Найдут ли в себе внутренние силы к излечению его нынешние сограждане - это большой вопрос. Для будущего России санитарный кордон с Украиной на данном этапе просто спасителен.

Все выше сказанное,  с определенными поправками на специфику, может быть отнесено и к современной Белоруссии, чье нынешнее государственное бытие, не просто есть продолжение Советского Союза на отдельно взятой этнической территории, но и вообще будет под вопросом, в случае ухода Лукашенко, чьи, видимо близкие к гениальным, государственно-административные и волевые способности, позволяют говорить о Белоруссии как о государственном феномене. Этот феномен без Лукашенко просто не найдет себе фундамента, помимо тягостной пролонгации жизни «совка» с постепенным, а возможно и молниеносным, но точно болезненным угасанием, или закончится острым обострением болезненной тяги стать «европейцами» любым путем и в любом качестве, за любую плату.

Не будучи патриотом нынешней Российской Федерации,  и тем более канувшего в лету СССР, крайне негативно относясь ко всем современным разновидностям национал-большевизма, я все же имею смелость утверждать, что через лед Советского режима, через пепел нынешней Федерации, просвечивал и просвечивает не только подлинный лик России, но и ее незыблемый монархический архетип, о чем речь пойдет в следующих главах книги.

А пока, отвлечемся на символы, которые есть не что иное,  как отблески подлинной реальности, не только отображенной в иконографии символа, но и, до определенной степени,  находящей в них свое ипостасное выражение.

Не даром утверждал французский мыслитель-традиционалист Рене Генон ту истину, что «символика есть наилучший способ научения истинам высшего порядка, религиозным и метафизическим, то есть всему тому, что отталкивает и чем пренебрегает современное сознание». Так не станем же пренебрегать Истиной.

(продолжение следует)

* * *

В  РУССКИХ,  НЕТ  КРОВЕЙ  ТАТАРИНА!  РУССКИЕ,  ЭТО ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЕ ЖИТЕЛИ ВСЕЙ ТЕРРИТОРИИ РОССИИ!

Николай Бондарик. 

Недавние совместные исследования российских, британских и эстонских ученых-генетиков поставили большой и жирный крест на обихожем русофобском мифе, десятки лет внедрявшемся в сознание людей - дескать, "поскреби русского и обязательно найдешь татарина". Результаты масштабного эксперимента, опубликованные в последнем номере The American Journal of Human Genetics (http://download.ajhg.org/AJHG/pdf/PIIS0002929707000250.pdf ) совершенно однозначно говорят - "несмотря на расхожие мнения о сильной татарской и монгольской примеси в крови русских, доставшейся их предкам еще во времена татаро-монгольского нашествия, гаплогруппы тюркских народов и других азиатских этносов практически не оставили следа на населении современного северо-западного, центрального и южного регионов".

Вот так. В этом многолетнем споре можно смело поставить точку и считать дальнейшие дискуссии по данному поводу просто неуместными.

Мы - не татары. Татары - не мы. Никакого влияния на русские гены т.н. "монголо-татарское иго" - не оказало. Никакой примеси "ордынской крови" у нас, русских не было и нет.

Более того, ученые - генетики, подытоживая свои исследования, заявляют о практически полной индентичности генотипов русских, украинцев и белорусов, доказав тем самым, что мы были и остаемся одним народом:  

"...генетические вариации Y-хромосомы жителей центральных и южных районов Древней Руси оказались практически идентичны таковым у «братьев-славян» – украинцев и белорусов". Что мне, как внуку белорусского партизана - приятно вдвойне :)

Один из руководителей проекта, российский генетик Олег Балановский признал в интервью Газета.ру что русские являются практически монолитным народом с генетической точки зрения, разрушив еще один миф "все перемешались, русских уже нет". Как раз ровным счетом наоборот - русские были и русские есть. Единый народ, единая нация, монолитная национальность - с четко выраженным особенным генотипом.

Далее, исследуя материалы останков из древнейших захоронений, ученые установили, что "славянские племена освоили эти земли (Центральную и Южную Россию) задолго до массового переселения на них в VII–IX веках основной части древних русских". То есть земли Центральной и Южной России были заселены русскими (русичами) уже, как минимум - в первых веках нашей эры (по РХ). Если еще не раньше.

Что позволяет развенчать и еще один русофобский миф - о том, что Москва и окружающие ее области , якобы издревле были заселены угро-финнскими племенами и русские там - "пришельцы". Мы, как доказали генетики - не пришельцы, а совершенно автохтонные жители Центральной России, где русичи жили с незапамятных времен. "Несмотря на то что заселены эти земли были ещё до последнего оледенения нашей планеты около 20 тысяч лет назад, свидетельств, прямо указывающих на наличие каких-либо «исконных» народностей, живших на этой территории, нет" - указывается в докладе. То есть нет никаких свидетельств, что до нас на наших землях жили какие то другие племена, которых мы, якобы вытеснили или ассимилировали. Если так можно выразиться - мы тут живем от сотворения мира.

Определили ученые и дальние границы ареала обитания наших предков: "анализ костных останков указывает на то, что основная зона контактов европеоидов с людьми монголоидного типа находилась на территории Западной Сибири". А если учесть, что археологи, раскопавшие древнейшие захоронения 1 тысячелетия до нашей эры (до РХ) на территории Алтая, обнаружили там останки ярко выраженных европеоидов (не говоря уже о всемирно известном Аркаиме) - то вывод очевиден. Наши предки (древние русичи, протославяне) - исконно проживали на практически всей территории современной России, включая Сибирь, а вполне возможно и Дальний Восток. Так что поход Ермака Тимофеевича сотоварищи за Урал, с этой точки зрения - был вполне законным возвращением ранее утраченных территорий.

Вот так, друзья. Современная наука разрушает русофобские стереотипы и мифы, выбивая почву из-под ног наших "друзей" - либералов. Дальнейшие их спекуляции на данные темы уже окончательно выносятся за рамки здравого смысла, представляя интерес исключительно для психиатров, исследующих механизмы навязчивого бреда...

Нам это уже не интересно. Истина установлена.

Мы - русские, какое счастье!                                                  

 * * *

КРИТИКА  АВТОРА  ОЧЕРКА:  "КРАТКИЙ  КУРС  ДЛЯ НАЧИНАЮЩЕГО ВОИНА (ВОИТЕЛЬНИЦЫ) СВЕТА".

Иван Никитин.

В конце своего замечательно очерка, тем кто не читал, обязательно советую прочесть (просто наберите название очерка в поисковике-  не пожалеете) это образец великолепной политической публицистики, этот автор пишет следующее.

«….Да! Дело не в национальности - дело в религии; ближний мой не тот, кто со мной одной крови (ну, что мы мауглями, что ли, хотим заделаться?) Ближний мой тот, кто со мной одной веры или убеждений, для кого то, что я почитаю - хотя бы уважаемо; то, что я люблю - хотя бы нравится; а то что я ненавижу - хотя бы не принимается к действию. Короче, у кого крест на шее - тот мне брат во Христе, вне зависимости от национальности, у кого могендавид - тот мне не может быть братом, но может быть - другом или приятелем, а вот у кого полумесяц... как пел Высоцкий: "..он мине не друг и не родственник, он мине - заклятый вра-а-аг!". И со всеми светскими атеистами также - кто не враг моей Церкви, тот мой друг; а вот кто, ратуя за мечеть, Ее поносит - тот мой враг. Вот вам и вся моя система опознавания "свой-чужой".

И система наведения, у меня тоже простая, христианская (либерасы от нее в истерике заходятся) - раз все, основанное на учении Иисуса, приносит людям добро, а основанное на учении Мухаммада - зло, то желая светским людям добра и ради любви к ним, необходимо, к вящей Славе Господа нашего Иисуса Христа, изгнать всех радетелей строительства мечетей, а также и муфтиев с имамами, и самих мусульман, коль не оставят свою ересь, из светского общества раз и навсегда. Покуда это еще невозможно, каждому из нас необходимо остерегаться их всех как бешеных собак и не только не верить, но и стараться поменьше контактировать с ними.

Они кричат: "мы вас всэх зарэжэм"? Научитесь резать без ножа. "Не мир Я принес, но меч" - сказал Иисус. Вот и возьмите на вооружение меч Христов, который у вас украли либерасы - научитесь различать кто вам брат, кто ближний, кто друг-приятель, а кто враг и предатель. Научитесь не покупать у мусульман ничего, и не продавать им ничего, не принимать их на работу к себе, и не работать на них, не жениться на мусульманках и не выходить замуж за мусульман, не посещать их рестораны и не приглашать к себе домой.

Научитесь узнавать либерасов по сочетанию симпатий к исламу с ненавистью к Церкви, государству и народу, и привыкните сами не слушать бесов, и оберегать от их богопротивных проповедей своих детей: не покупайте их книги, газеты и журналы, не участвуйте в их сборищах - пусть брешут в пустоту: побрешут-побрешут и замолчат.

Изоляция и остракизм - самые лучшие методы борьбы со всей этой нечистью. Гораздо лучшие - чем националистические марши, уверяю вас! Если бы все кондопожцы с завтрашнего дня перестали бы покупать у чеченцев их товары, то куда бы те делись с ними? Ушли бы как миленькие... Конечно, не сразу, но ушли бы.

Так что проявляйте терпение (ну, да лениво искать другую палатку, когда хочется курить); не давайте себе потачки (ну, да я не куплю - а другой купит), а лучше объясните друзьям свою позицию, помогите своим ближним (вы же знаете теперь - кто ближний ваш), и вы будете самым настоящим воином (воительницей) Света. И да пребудет с вами Господь. Dixi….»

* * *

Послесловие от националиста. Маугли был прав!!!

Написал мужик все правильно, и подметил все совершенно верно. Только вот концовочка у него подкачала. Но это естественно, совместить христианство , религию возникшую среди евреев, и разнесенную ими по всему свету, и русский  патриотизм это задача невыполнимая. Как не крутись, все равно кроме глупости ничего не получается.

Ну вот пишет он,  что мусульманин это плохо, а вот тот у кого крест на шее это всегда хорошо, тот , что с крестом всегда тебе брат. И хочется мужику правду сказать, и вера его предательская не велит, вот и приходится ему в оправдание, что то там городить, что он не  Мауги, для которого  ближе всех братья по крови. Что ему «христианину» на тех кто ему родственен по крови наплевать. Что свой русский народ, который с ним одной крови, он «христианин» предает, ему его народ не дорог, так как он видишь ли «не  Маугли», и признает только братьев «во Христе».  Непонятно только, зачем этот христианский обличитель мусульманства , приплетает сюда героя их романа англичанина Киплинга?

Сказал бы проще, христианство это религия предателей своего народа, для последователей которой не должно быть национальностей и последователи которой отрекаются от своей нации. Делают они это только по тому, что так учит христианская религия , которую они исповедуют. Религия предателей своей нации, религия предателей своей земли. Если нации нет, то нет земли национальной , которые нация должна защищать от других. Так учит христианство. Для которой все люди это только народ бога Христа, а вся земля это земля все того же Христа. Вот и приехали…

С одной стороны этот христианин призывает защищаться от нашествия в Россию мусульман. А с другой стороны он призывает считать своими братьями, а значит и допускать на свою землю, и позволять править не своей земле , абсолютно всех кто надел на шею христианский крест. То есть по этому христианину, и по его христианству,-  мы великороссы , должны отдавать свою Россию и власть над собой всем иностранцами , всем приезжим нацменам в том случае если они на шею крест оденут. Вот это, всегда и везде называлось предательство своего Народа и свое Родины. Но это и есть сущность христианства. Или будь предателем и Родины и нации , во имя Христа, или ты не христианин! Вот поэтому многие  великороссы в России не желая быть предателем, отказываются носить крест на шее, как знак предателя, и не называют  себя христианами.

Вот поэтому, государственная власть во всех , абсолютно всех, христианских странах захвачена иноверцами. Вот по этому, все жители христианских стран являются  эксплуатируемыми рабами  мафии. Которая, из захваченных христианских стран сделал самую большую в мире колониальную империю, с метрополией и столицей в не христианской стране. И все благодаря вот таким «христианским воинам», то есть предателям своих наций. Христианин это всегда предатель, христианство это и есть религия предательства.

Но это все конечно эмоции. Которым, ни один одураченный христианством, конечно же не поверит. Хорошо. Заменим эмоции разумными доводами.

Вы живете в своем доме, или в своей квартире, ну на худой конец в своей комнате. Это ваша территория  за использование которой, вы ежемесячно платите квартплату, вы ежемесячно платите за отопление этой жилплощади , за электричество,  и так далее.

И эта квартира только ваша и только вашей семьи. И все! Другие могут входить на площадь вашей квартиры только с вашего разрешения. То есть пользование вашим домом , вами организуется  строго по принципу крови. Тот кто моей крови ( тот кто член моей семьи) , тот может пользоваться моим домом, моей территорией. Тот кто чужой крови, тот не может!!! А если чужой, будет ломится ко мне в дом, на мою территорию, я его изобью, или убью, а в лучшем случае сдам в милицию. Которая от имени государства, поддерживает мое право распоряжаться территорией своего дома по принципу крови ( по принципу Маугли).

Теперь представьте , что вы верный последователь христианства и любой кто надел на шею христианский крест, вам брат!, да не просто родной, а даже роднее ваших близких родственников. Как и учит христианство.

Это значит, что вы должны в любое время пускать в свой дом любых кавказских и азиатских джигитов, любых иноверцев, любых негров, китайцев, да и просто любых пропившихся бомжей, мошенников и уголовников, в все потому, что они надели крест нашею. Как же вы можете не  разрешать приходить к вам в дом в любое время и делать в вашем доме, все что им угодно ? Они же ваши братья «во Христе», они по христианскому учению, для вас должны быть ближе ваших родных матери и отца!!! Вот вы и пускаете.

Ну и что в таком случае будет с вашим домом. А будет вот что. Эти братья «во Христе», будут в вашем доме поедать всю вашу еду, и вам нечем будет кормить своих детей, поэтому у вас в лучшем случае будет один ребенок. Эти братья «во Христе» будут утаскивать по своим аулам, кибуцам все вами заработанное. И вы  вечно будете нищим.

Эти братья «во Христе» напомнят вам, что все в этом мире принадлежит не вам, не вашей семье, а только Господу Богу Христу, и ваш дом тоже. И после этого, эти ваши «братья во Христе» объявят Ваш родной дом  и территорию Вашего родного дома «Божеской, то есть общей для всех народов», а вам в лучшем случае разрешать только находится в Вашем доме! Да и то,  только в случае вашего скромного и покорного поведения. Когда вы будет возражать, против такой оккупации вашей родной территории. То вам напомнят, что «вы же не Маугли!!!», « вы же не шовинист!!», «не ксенофоб!!!», «не фашист!!!», вы же христианин, а христианин должен все жертвовать ради своих братьев во Христе. Вот так , последовательно следуя заветам «общечеловеческой» религии христианства   вы станете и бездомными, перестанете быть хозяином на своей кровной-семейной территории, и  вечно нищим, и ваш род вымрет, так как кормить ваших потомков будет вам нечем. Вы сами,»во имя Христа», все отдали, предали, всяким, разнообразным «братьям во Христе».

Вот так, сейчас и произошло со всеми христианскими нациями. Эти нации, следуя заветам христианства, признали иноверцев и других азиатских захватчиков своими братьями во Христе , пустили этих братьев на свои национальные территории- в свои страны. Позволили, в соответствии с заветами христианства,  этим крещеным в христианство иноверцам и азиатам захватить власть в своих странах, и в результате оказались бесправными рабами оккупантов на  своей родовой земле.

Ну а те, захватив власть на наших кровных землях, теперь во всю заселяют наши преданные им земли, мусульманскими и прочими азиатскими и африканскими переселенцами.

Может быть мы великороссы, мы русские, арийцы,  белая раса поймем, что брат этот только тот кто одной с тобой крови, а все другие это враги!!! Которые ограбят , поработят, сожрут нас для того, что бы кормить детей своего, чужого нам рода. Своим то дети всегда дороже и именно из любви к ним, к своим детям, и пожирают все кого могут!

Если мы этого не поймем! Если останемся вот таким ми вот «братьями во Христе», то вымрем мы, как дураки не пригодные для жизни. Пока, именно так, все и происходит.

А может мы, все таки ,-одумаемся??????

 г. Самара.

* * *

ИМ  НЕ  НУЖНЫ  РУССКИЕ  В  РОССИИ?  НУЖНЫ  ЛИ  ОНИ РУССКИМ?

Иван Никитин.

В марте этого года на ряде интернет сайтов появилась статья «Неленивые и любопытные» убеждающая  руководителей российских предприятий  принимать на работу заграничных рабочих и умиленно расписывающая как это удобно  выгодно.

С текстом этой статьи можно ознакомится ниже.

«…                          Неленивые и любопытные

Меньше чем на 50 китайцев заказы не берем, сообщает оператор на телефоне фирмы «Хэйлунцзянская компания» и добавляет: «Но доставим в Россию быстро, за месяц». Специальности на любой вкус: строители, лесозаготовщики, сборщики мебели и даже овощеводы. Спрос на иностранных рабочих вырос, и рекрутеры ставят дело на поток. Мигрантов можно получить даже с гарантией: в первый месяц поменяют бесплатно.

Всего восемь лет назад ездить работать за границу было для нас куда привычнее, чем нанимать на работу приезжих. Русские зарабатывали за рубежом больше, чем иностранцы в России. Зато в прошлом году, по данным Всемирного банка, работающие у нас иностранцы перевели за границу больше $11 млрд против $4 млрд, отправленных на родину россиянами. Россия стала главным для всей Восточной Европы и Центральной Азии поставщиком рабочих мест, не требующих высокой квалификации, на нее приходится 2/3 всех доходов гастарбайтеров в этих регионах. А с прошлой весны, когда иностранцам запретили продавать на рынках и одновременно упростили получение разрешений на работу, бывшие торговцы и строители дач стали быстро распространяться по всем отраслям экономики. По разным оценкам, их сейчас в России от 5 млн до 15 млн. Только ленивый не нанимает гастарбайтеров. Они раскладывают товары по полкам супермаркетов и строят БАМ, шьют одежду и убирают в московском метро. Агентства по трудоустройству приглядываются к новому рынку и начинают предлагать массовый поиск мигрантов, массовую доставку, оформление. Страны СНГ, традиционные доноры рабочей силы, они разбавляют Китаем и прочей Юго-Восточной Азией. Агентства явно пришли на рынок не на один день и стремятся к прочному сотрудничеству: неудачные кадры меняют бесплатно, взамен уехавших обещают оперативно подвезти других. Ведь мало кто из гастарбайтеров готов осесть в России надолго. Хорошего тут немного: именно из-за этого будет появляться все больше мест, где россияне работать уже не хотят, а приезжие еще не могут.

* * *

«Нужен мне работник:
Повар, конюх и плотник.
А где найти мне такого
Служителя не слишком дорогого?
Александр Пушкин
Сказка о попе… »

                    * * *

ТРЕЗВЫЙ ВЗГЛЯД

Варяг на топ-позиции — это почетно, а вот в использовании неквалифицированных иностранцев работодатели не очень-то любят признаваться. В «Перекрестке» возле Киевского вокзала азиаты который месяц работают на раскладке товара и дежурят на входе, следя, чтобы для кого-то он не стал выходом. На вопрос: «Где у вас тут сухарики?» — смуглая девушка-раскладчица беспомощно озирается по сторонам и молча тычет пальцем в банку с кофе: вдруг это он — «сухарики»? Но «Перекресток» заявил SM, что иностранный аутсорсинговый персонал у него лишь на уборке и в охране, а на следующий день жестко отредактировал свой же ответ: приезжих среди охранников нет вовсе, а убирают «исключительно белорусы». Кадровые агентства между тем уверяют, что иностранцев по аутсорсингу, и не только из Белоруссии, «Перекресток», как и прочие ритейлеры, использует. Зачем шифроваться, обижая тем самым представителей братских народов? Просто никому не нужны лишние проверки: на рынке столько фальшивых разрешений на работу, что самый законопослушный работодатель не может гарантировать легальность каждого сотрудника. Иностранцев стараются использовать там, где они не так заметны.

Для клининговой фирмы КмК, одного из лидеров питерского рынка, гастарбайтеры знаменовали начало расцвета. «В нашей отрасли с мигрантами удобно, — объясняет руководитель службы персонала КмК и ярый приверженец гастарбайтерского труда Ольга Виноградова, — разговаривать не требуется, главное — не лениться». До начала 2007 г. КмК нанимала только россиян. А потом Виноградова решила рискнуть — и не жалеет. За год фирма со штатом 350 человек наняла сотню мигрантов. Зарплата, уверяет Виноградова, у них не ниже, чем у местных. Начальные затраты компании на одного иностранца даже выше, чем на россиянина. КмК дает им аванс на оформление: через фирму (не всякий может сам заполнить анкету на русском) выходит 8000-9000 руб. Дело не в деньгах. «Если на объект я поставлю 20 русских мужчин, через пару месяцев останется десяток, — расстраивается Виноградова. — И все из-за пьянства. А таджики, узбеки, киргизы не пьют. Только работают». Причем на 1,5-2 ставки. КмК пыталась работать и с российской глубинкой — не вышло. Подвел квартирный вопрос. У азиатов с этим проще. «Их устраивает съемная квартира, где кроватей так мало, что спят посменно, — делится Виноградова. — А питаться они могут пловом, где только рис и морковка».

Московской «МетроСормаСервис», почти монополисту уборки в метро, работать с гастарбайтерами сложнее: стратегический объект накладывает ограничения. «Не самые лучшие представители зарубежных стран к нам приезжают, — неполиткорректно признается глава HR-департамента фирмы Татьяна Петрова, — но выбора нет». Петрова предполагала нанять 200 мигрантов, но в результате отобрала лишь 50 внушающих наибольшее доверие. И пока поставила дворниками на улице вокруг станций: докажут свою надежность — пустят под землю.

* * *

0,5% падение зарплаты «голубых воротничков» при увеличении числа мигрантов на 1%

36% — такую долю своих доходов вывозят на родину трудовые мигранты

* * *

Сказать, где гастарбайтеров еще нет, сложнее с каждым днем. Несколько лет назад идея костромского лесозаготовителя «Буйлес» привезти на лесоповал узбеков выглядела экзотикой: большинство из них сосен с елками в жизни не видели. «Зато не пьют», — объяснял тогда свой замысел глава компании Михаил Шнур. Сейчас иностранцев используют все строители, перечисляет замгендиректора Российской миграционной трудовой биржи Светлана Комарова, множество промышленных предприятий: Ивановский станкостроительный, Челябинский тракторный… Главный вопрос теперь — где бы найти их побольше.

ТАЛАНТЫ И ПОСРЕДНИКИ

В офисе ООО «Здоровье» на Тверской теснота и давка. «Здоровье» никого не лечит, зато выдает медсправки для работы. В очереди чуть ли не все народы бывшего СССР. И никто не понимает, что делать. Тут-то и помогают «старшие» — люди с опытом жизни в России, которые знают, куда идти, где подписать, что сказать. И где работать. «Я кто? Я не фирма, сам из Таджикистана приехал и других привез, — объясняет один из них. — А тебе что, люди нужны?» Такие посредники плюс сарафанное радио много лет были единственным каналом поиска иностранцев. Ну да, именно среди них есть люди, которые отбирают у сограждан паспорта и превращают их в рабов. И плату они берут не с работодателей, а с тех же сограждан. Зато до поры до времени обеспечивали все кадровые нужды. «Только свистни, — признается директор стройфирмы “Продакшн групп” Владимир Аникин, — и каждый сможет привезти несколько десятков строителей». Но крупным компаниям этого уже не хватает. «Дон-строй», например, по словам коллег по бизнесу, уже посылает своих агентов в страны-доноры рабочей силы. Рынок явно созрел для новых игроков.

Фирмы-поставщики иностранных рабочих «под ключ» чаще всего рождаются из юридических контор по оформлению тех же иностранцев. Так возникла, например, E-migrant. «Наша ставка — стандартная для рынка, — говорит гендиректор Павел Сотников, — от 10% годовой зарплаты при небольшом заказе и до 5% при заказе 100 человек и более». В сумму входит своеобразная гарантия: если в первый месяц рабочий пропадет, E-migrant бесплатно найдет нового такого же. «Они, если продержатся месяц, обычно не исчезают», — объясняет Сотников выбор срока. Компания находит в среднем по 40 гастарбайтеров в месяц, в горячий сезон — до сотни. Мелочь, в общем. Но есть и стартапы покрупнее.

Специалисту по продаже индустриальных проектов холдинга «Анкор» Дмитрию Козлову доверили ответственную роль: он курирует новый проект массового импорта рабочей силы из СНГ. Сейчас рынок иностранной рабсилы — это рынок спроса, объясняет Козлов, пора появиться и предложению. Начать холдинг решил с таджиков и узбеков. Ведь им, кроме России, ехать в общем некуда: соседний Казахстан еще только начинает становиться местом больших вакансий. Новый бизнес «Анкора» включает поиск и доставку рабсилы, регистрацию, аутсорсинг и вахтовую замену: вместо уехавших рабочих фирма готова найти новых. Часть сотрудников отдела работают на местах, общаются со «старшими» в кишлаках. «Любого из таких сотрудников можно очень быстро развернуть в целый офис», — планирует Козлов. «Анкор» уже собирает заказы и готов начать первые крупные поставки. Проекту установили лимит расходов, после чего компания окончательно решит, стоит ли овчинка выделки.

А вот Русславбанк все для себя уже решил. К агентству по найму иностранцев банк пришел из смежной сферы. Сначала создал систему денежных переводов за рубеж «Контакт». Затем система заключила соглашения с банками-партнерами о предоставлении иностранцам кредитов на поездку в Россию. А в прошлом году был создан международный трудовой центр (МТЦ) «Контакт».

«Бенефициары Русславбанка и МТЦ отчасти совпадают», — несколько туманно объясняет структуру собственности управляющий директор МТЦ «Контакт» Ольга Полулях. Первый офис открылся четыре месяца назад, сейчас их уже три, а всего Полулях обещает создать в регионах десятки центров с пропускной способностью 3000 человек в год каждый. Это значит в общей сложности несколько сотен тысяч человек в год. Есть и сопутствующие услуги — размещение в гостиницах «упрощенного типа», страховка от несчастного случая с покрытием всего 150 000 руб. в случае смерти или потери трудоспособности, зато недорогая — 1100 руб. в год.

Благодаря стандартизации работы каждый новый офис должен окупаться всего за несколько месяцев. Со времени открытия «Контакт» уже трудоустроил 2000 рабочих, среди его клиентов — Московский электромеханический завод, дистрибутор вин «Легенда Крыма», в стадии подписания договор с «Крошкой-картошкой», идут переговоры с «Главмосстроем». Но самые крупные заказы пока что делают строители — до 2000 человек.

НА НИЖНЕЙ СТУПЕНЬКЕ

Будущее рынка гастарбайтерского трудоустройства выглядит безоблачным. Данные Росстата не слишком показательны, но, например, миграционная служба Таджикистана считает, что в прошлом году в России работало 400 000-500 000 таджиков, а в этом приедет еще 800 000. Первопроходцам впору радоваться, а русским работникам — обдумать свое поведение. «Российские граждане чувствуют себя настолько великими, что, даже не имея квалификации, не хотят идти на зарплату $800-1000», — жалуется член совета директоров Mirax Group Максим Темников. Да все жалуются. Столичные жители привередничают, трудоспособное население в ближайшие годы начнет сокращаться. А миграционные ресурсы регионов истощились, считает директор Центра миграционных исследований Жанна Зайончковская. Граждане СНГ, китайцы, вьетнамцы должны по идее восполнить недостачу. Вот только, хоть работают они вроде бы всюду, сфера их применения страшно узка.

Показательный пример. В кондитерско-булочном холдинге «Черемушки» иностранцев примерно 5% от общего числа рабочих, прикидывает гендиректор КБК «Черемушки» Рустам Атаходжаев. Зато на вспомогательных работах целых 30%. «Это еще мало, у других игроков доходит до 80%», — признается Атаходжаев. Но на основное производство приезжих не берет: там не гастарбайтеры нужны, а автоматизация. Совместить эти два понятия невозможно.

Рекрутеры недаром предлагают клиентам вахтовую замену иностранцев: мало кто из них собирается надолго задержаться в России. Для них просто не созданы условия, уверена Зайончковская. В Германии доля мигрантов даже больше российской — 12,3% против 8% (данные Всемирного банка). И все равно законодательство там устроено так, что чем дольше человек живет в стране, тем легче ему там оставаться. А в России легальному мигранту, как правило, приходится уезжать хотя бы раз в год.

Мигранты-строители становятся профессионалами — но только как работники ручного труда, к технике их не допустят: сломают — и где их потом найдешь? Работа, предполагающая общение, тоже не для приезжих. В результате гастарбайтеры так и остаются на нижней ступени профессиональной лестницы. Что в этом плохого? Автоматизация производства создает новые вакансии: операторы строительной техники, рабочие на конвейере. Россияне и на них не горят желанием идти. А приезжих просто не возьмут. Работа мигрантов почти всегда не самая престижная — это общая их судьба, говорит Зайончковская. Но подняться по службе чуть выше они бы могли, если бы государство помогло. А так Россию ждет новый кадровый голод.

Но исключения есть. Ольга Виноградова из КмК пообещала, что один из сотни ее гастарбайтеров скоро дорастет до бригадира. Русский он уже выучил, а работать в ночную смену и раньше не ленился.