ВЕРНОСТЬ - FIDELITY № 117 - 2008


The Editorial Board is glad to inform our Readers that this issue of “FIDELITY” has articles in English, and Russian Languages.  

С удовлетворением сообщаем, что в этом номере журнала “ВЕРНОСТЬ” помещены статьи на английском и русском  языках.

В течение последних двух недель мы наблюдали во всем мире, поскольку он экономически уже объединен, (политическое объединение еще готовится)   падение ценностей на бирже.

Однако мы не должны смотреть на материалистические ценности, но на духовные, ибо Бог с нами, был и всегда будет! С нами Спаситель и причащаясь, мы идем за Ним по пути к спасению наших душ, с нами Святой Дух, посланный Богом,  и  за нас молятся на небесах Святые Земли Русской.

Вот наше богатство,  и не стоит нам волноваться о временном земном!


   1.  ТЕРПЕНИЕ НУЖНО ВАМ. П. Котлов-Бондаренко

   2.  ASSAULT ON METROPOLITAN ANTHONY.  G.M. Soldatow. Translated by Seraphim Larin

3 ВОЗВЕЩУ ИМЯ ТВОЕ. Псалом. П. Котлов-Бондаренко

4.  IN KILLING THE TSAR – THEY WERE KILLING RUSSIA. To the 90th anniversary of the ritualistic and satanic act . Protodeacon Herman Ivanov-Trinadtsati. Translated by Seraphim Larin

5.  ПСАЛОМ. П. Котлов-Бондаренко

6.  PILGRIMAGE TO RUSSIA - 2004.  Pilgrim Seraphim Larin

7НОЧЬ НЕ СВЕТЛА.  Воспоминания Дальневосточника 



     В.Е.  Ларионов, (Продолжение) ГЛАВА IV. ОРДЕНСКАЯ РУСЬ


11. ДОСТОЕВСКИЙ ХХ-ГО ВЕКА. Николай Казанцев

   12. PAPAL  HERETICAL  SINS.  Continuation

* * *

                              ТЕРПЕНИЕ НУЖНО ВАМ

                                            П. Котлов-Бондаренко

                                    Терпи, мой брат, когда страдаешь

                                    За имя Господа Христа,

                                    Когда побои принимаешь, -

                                    Не бойся своего креста!

                                                Когда тебя постигнут скорби

                                                От болезней и утрат, -

                                    Не падай духом, не будь скорбным,

                                    С терпеньем крест неси, мой брат!

                                    Господь терпел за нас все скорби:

                                    Побои, смерть и клевету,

                                    Когда Его руки и ноги

                                    Были прибиты ко кресту.

                                                Он завещал и нам с терпеньем

                                                Нести наш крест и не роптать,

                                                И – по Его соизволенью –

                                                На помощь Божью уповать!

 * * *


G.M.SOLDATOW.  Translated by Seraphim Larin

The publication styled “Russian Esphigmenou” released a book titled “The Apocalypse of Holy Russ”, St. Petersburg 2007, 188 pages in small print.

This book purports to explain the spiritual reasons for the fall of the Third Rome and the advent of the era of the “final days”. At first glance, it may appear to the reader that the compiler of the book A. Pravdolubov (literal translation – “lover of truth”, and an obvious pseudonym), had taken an admirable position of defending the Russian Orthodox Church in Russia. However, even after a cursory examination of its contents, makes it quite clear to the reader that the assignment of the author was to consequently criticize the Russian Church and indict the head of the Russian Orthodox Church Abroad, Metropolitan Anthony.

The compiler gathered much historical material, including publications from Overseas Russia. He was able to utilize them in a dilettantish manner i.e. as though he had complete knowledge about everything that was happening in the Russian Church and among the immigrants, while withholding much that should have been revealed. For example, he promotes as undisputed facts recollections and articles written by clergy and laypeople that have either been under Church disciplinary injunction, defrocked or that have gone to the renovationists or some other jurisdiction. Many of his accusations against Metropolitan Anthony are baseless and lack documented facts. In his book he shows much imagination in filling gaps where he either lacks true knowledge, or where he is uncertain. Consequently, this book can be compared with others that had been released in the USSR, dealing with the “Karlovtsy Church” – such publications like “Politicians from religion”, released in Moscow in 1975, or, “The truth about the Russian Overseas Church” by N.C. Gordienko, and others… At that time, the authors were writing accusations against ROCA in that “this Russian immigrant organization, has been calling for a crusade against the USSR for the past half a century.”

The book creates an impression that the author had graduated from a school of hatred, and has become accustomed to a society where no opposition is tolerated. That’s why he uses a literary genre of insults and derision, which was employed by the godless. While it is recognized in a cultured society where all that is written can be applied against the author, this writer is unconcerned that he will be accused of unworthy, ignoble back-alley behaviour, akin to an old shrew that screams out accusations without really expecting a response. While his book has an approach of a salesman that is selling a product that’s not clearly identifiable, it does manifestly expose his negative attitude toward the Russian Church and culture.

Under the guise of accusations against blessed Metropolitan Anthony,  A. Pravdolubov not only spearheads an attack against the Overseas Church, but also against the Russian clergy in Russia, who number in the tens of thousands. Just like among any other sections of society, the clergy has some members that through their lifestyles, cannot be regarded as role models for the faithful and like any other person; they make wrong decisions as they don’t pretend to be infallible. Among them, there are those that suffer from alcoholism, persecution complexes, accumulation of wealth etc… Some of them forget that in having being ordained as clergy; they are obligated to serve God and not civil authorities. In order to keep the peace within the parishes and dioceses, the clergy have to meet and communicate with various people and representatives of numerous organizations. The faithful turn to the clergy with requests about characterizations, and there are instances where it is necessary for the clergy to be represented on council and regional organizations. Therefore, it’s wrong to hurl accusations at them for their ties with secular organizations. Accusations can and must be made in cases where the spiritual figure is dependant upon or appointed by secular authorities, which of course is not permissible under the Church Canons.

In the introduction of his book, A. Pravdolubov writes that as a result of Archbishop Anthony’s (Khrapovitsky) sermons, Archbishop Sergius (Stragorodsky) compiled in 1913 a “Pastoral letter containing a series of heretical assertions”, to which Archbishop Anthony “emerged against it’s publication’, as well as “being against Father John (of Kronstadt) being made a permanent member of the Holy Synod, because of his questionable teachings” etc.. The author likewise commences to mention about Masonry from the first chapter, and concludes his book with an addendum “Metropolitan Anthony (Khrapovitsky) and Masonry”, and “Teachings on redemption that is alien to Holy Fathers of the Church”. Metropolitan Anthony is accused of ostensibly “at one of the Councils, he was attesting to the total acceptability for a Christian and a hierarch to be a member of a Masonic organization up to the 18th Masonic level!” Vladyka is also accused on the basis that the seemingly preserved notes written in 1932 by Archbishop Theophan of Poltava , where he states that the Metropolitan Anthony blessed time and again, IMKU.

Notwithstanding the fact that after the end of WW 11, the ROCA archives that were located in Karlovtsy were transferred to the USSR, and many other documents that were in the archives of the New York Synod became accessible to the MP members, many duplicates of these documents were preserved in independent archives in the form of photocopies. In examining these protocols of sitting Councils and various correspondences between members of the Synod and Hierarch Councils, I couldn’t find a single word about the acceptability of ROCA clergy being members of a Masonic organization. According to all these documents – without exception – all the Hierarchs of ROCA spoke out against all the branches of the Masonic movement.

With regard to the accusations against Metropolitan Anthony as being in sympathy and contact with IMKU, Church historians are aware that after Metropolitan Plato was appointed to the American Diocese by the Overseas Synod, and because of the great confusion that existed in the Diocese at the time, he turned to a higher authority for guidance – Saint Patriarch Tikhon, who in turn confirmed the appointment on the 3rd May 1922, expressed at an audience with the American general Coulten. The translator was Father Theodore Pashkovsky.

With regard to the Russian Churches contact with IMKU, it is necessary to explain how this association arose:

When Saint Tikhon was the administrator of the North American Diocese, he formed an organization Spiritual Seminary of Minneapolis. Because it was preparing clergy to serve the faithful in North America, the circumstances were different to those in Russia. That’s why Saint Vladyka charged two of his closest helpers to study as to the type of curriculum that was used by the local religious institutions. He was assisted in this by P. Zaichenko and V.Benzin by them enrolling as temporary students in the local religious colleges. Saint Tikhon had also instructed them to familiarize themselves with the teenagers’ pastime, and what type of youth organizations that did exist. The archives have preserved the reports of these helpers in which they stated their proposals on what an American Seminary should be. The reports submitted to Saint Vladyka concerning IMKU were very positive and initially, whenever there were assemblies of representatives of this organization, our Church sent Her clerical representatives as observers. This is how our Church became familiar with this organization in the USA. Sanctioned by the Holy Synod, Saint Vladiko maintained contact with the Presbyterian and Old-Catholic Churches.

After the Russian Revolution, a number of leading members of the American Union of Christian Youth remained in Russia, namely: Dr.Mott, Dr.E.T. Coulton, P. Anderson, G. Anderson, D. Lawry and others. Being interested in Russian Church affairs, they communed with the elected Patriarch Saint Tikhon. In 1918, having arrived in Moscow from America, V.Benzin through the initiative of this organization and blessed by Saint Tikhon, organized an expedition to sail along the river Volga on the ship “Kerzhenets”. The spiritual leader of the expedition was Fr. F. Pashkovsky.

On the 3rd Nov. 1921, in his address to the “American Christian Union of Youth”, Saint Tikhon charged that they continue correcting the previously translated church services and theological books in English. It was also through this organization that he sent Patriarchal blessing to the “American flock”. The facsimile of this document appears in the published prayer book. Books were published for Russian prisoners of war in WW 1, and courses were organized for those emigrated from Russia. As many immigrants were highly qualified yet forced to accept any given jobs, these professional courses organized for them were of significant help. YMCA also extended help to those immigrants not familiar with local conditions and language in securing jobs.

Consequently, accusations levelled by A. Pravolubov against Blessed Metropolitan Anthony (who was fully conversant with the difficulties facing the Russian immigrant) of collaborating with IMKU, are totally erroneous. How was Metropolitan Anthony and the Synod of ROCA to act with regard to an organization that they treated negatively, but which Patriarch Tikhon found to be the only one that was able to convey the assignment to them, even though the member was not of an Orthodox organization? If Saint Patriarch sent his blessing for future translations into English and IMKU was involved, was Metropolitan Anthony to go against the wishes of Saint Tikhon by forbidding these endeavours? What was the ROCA Synod announce to those faithful that were forced to take menial jobs, but who sought to become draughtsmen, chauffeurs, electricians, book-binders etc.. – “don’t attend courses that were given by non-Orthodox lecturers”??

A. Pravdolubov took advantage of numerous unsubstantiated accusations against the Metropolitan and ROCA. After the revolution in Russia and the establishment of the Soviet dictatorship, these types of accusations were necessary in the persecution of the Church and Her clergy. As an example, in the USA archives, there are copies of letters sent to the USSR consulate in Canada, to the Constantinople Patriarch and others.. These letters from pro-Soviet clergy, accuse Metropolitan Anthony and all the ROCA clergy of counter-revolutionary activities, kneeling before “emperor” Cyril and other “sins”. One of these letters announces that “the former metropolitan, de-frocked Anthony is pursuing to introduce a new dogma into the Orthodox Church”. A few pages contain detailed descriptions of Metropolitan Anthony’s teachings that our Lord God created man – Adam, while satan, in imitating God, produced a woman – Eve. Some communications sent to Russia were utilized by the Soviet press to accuse overseas clergy. For example, pro-Soviet clergy informers sent communications from America informing of clandestine ties of the Patriarch and assignments to the overseas clergy.

The Overseas Church intended to publish its archival material, exposing the activities of the pro-Soviet clergy. However, the then secretary of the Synod – Fr. G. Grabbe considered firstly, that many of the renovationist proposals, accusations against the clergy, Russian fighters of the White Army, and the resettlers in overseas countries, would not be able to add anything new. Secondly, the publication would give the Godless antagonists material for further criticism of the Church, and thirdly, he regarded the introduction of literature to the faithful that led them toward Christ as being more important.

The list which A. Pravdolubov mentions that contains accusations against Metropolitan Anthony, was not only in Archbishop Theophan’s possession, but also in the hands of Father G. Grabbe, Archbishops Averky and Nikon, N. Talberg and others. These lists that were drawn up of members of ROCA were made not as accusations, but for defence of ROCA and the Metropolitan. It must be noted that Vladiko Averky was the lay brother to Archbishop Theophan and as such, held many of his manuscripts in his personal quarters at the Saint Trinity Jordanville Monastery. While Vladiko was preparing these manuscripts and correspondence for publication, they mysteriously disappeared from his quarters, only to reappear some months later. It has not been determined as to who took them and for what purpose. However, Vladiko Averky’s lay brother – an Afro-American who was referred to by us as “Black Basil” – quite unexpectedly and much to our surprise, left and enrolled in the Leningrad Theological Seminary. After a couple of years (at the end of 1960’s), he returned to America as a priest to take up a post in the patriarch’s Saint Nicholas Cathedral in New York, to begin his “work” with the coloured people in New York.

* * *

У нас жителей Зарубежной Руси обязанность вернуть долг за оказанные нам благодеяния Блаженнейшим Митрополитом Антонием,  организации РПЦЗ и инициативе устройства по всему Зарубежью церковных школ, семинарий и гимназий. Благодаря этому многие получили образование и возможность устроить благополучно свою жизнь.

Но самое главное,  жители Зарубежной Руси,   получили благодаря ему духовные драгоценности Церкви Христовой!

Долг всех верующих в Зарубежной Руси,  не думая  о падении драгоценностей на бирже, не забывать в своих молитвах Блаженнейшего  Митрополита Антония и последующих за ним Первоиерархов Зарубежной Церкви.

* * *

                                                ВОЗВЕЩУ ИМЯ ТВОЕ


                                                          П. Котлов-Бондаренко

                                                        Возвещайте, чада Божьи,

                                                        О Спасителе Христе,

                                                        Кто был распят на Голгофе,

                                                        Как разбойник, на кресте!

                                                                Возвещайте о спасеньи,

                                                                Что свершил для вас Христос,

                                                    И духовном возрожденьи,

                                                                Которое Он вам принес!

                                                        Призывайте всех скорбящих

                                                        И страдающих в грехах

                                                        К Тому, Кто исцеляет души

                                                        И покой дает сердцам.

 * * *

Когда мы берем заем в банке или у знакомого мы обязуемся вернуть его с процентами.

Ясно, что мы никак не в состоянии вернуть долг  Спасителю за оказанные нам  благодеяния, но мы можем вернуть Ему хотя бы проценты, восхваляя Его Святое Имя, благодаря Его за оказываемые ежедневные нам милости.

Если в нас имеется чувство  вернуть долг в банк или знакомому, то можем ли мы нарушить веру в нас Спасителя и не вернуть Ему любовь и веру в нас,   которые  Он нам дал?

* * *


To the 90th anniversary of the ritualistic and satanic act

Protodeacon Herman Ivanov-Trinadtsati

Translated by Seraphim Larin

Once again, the 90th consecutive anniversary of the horrific night of the slaughter of God’s last Anointed and his August Family has arrived. This murder, which invariably raises a shudder within any normal soul, was not just a “simple” horrendous homicide perpetrated by theomachists – as in the case of the millions of innocents that they had annihilated – but a measured and ritualistic satanic act. It can even be said – an ideological deed.

Our deeply-loved Tsar was brutally butchered, after he had abdicated his throne with no thoughts of coming back to it. Notwithstanding that in dealing with the Tsar, the satanic murderers were under the impression that they were dealing with a “citizen Romanov”, they were in fact killing not simply a citizen - but the Symbol of Orthodox Russia. They were murdering Russia… Holy Rus!

Having committed this atrocity, it’s possible that the killers themselves were horrified of their act and didn’t know how to cover up their crime. While in Moscow, a bald degenerate who was in charge of this atrocity, relaxed only after receiving first hand verification that – as he figuratively put it – the “great litany” has been disposed of. Whether the criminals thought about this or not, the fact remains that with the murder of the Tsar-Martyr, not only Russia ceased to exist but a whole period of human history that began at the beginning of the 4th century by Saint Emperor Constantine the Great  – known as the “Constantine period” of Christian rule on earth – closed terminatively.

We cannot speak or write about our Tsar without a sense of awe, without a lump in the throat. We have always known about his greatness, his sanctity, his honesty and conscientiousness, his boundless love for his Russian people, for whom he laid down his life.

We remember how on the 50th anniversary of the murders, a solemn burial service was held in the Brussels’ Memorial Church, performed by a host of archbishops and clergy and attended by a mass of worshippers on behalf of all the Russian people. This was because in reality, up to this point of time, no exequy (funeral rites) had ever been performed. And how at this service, the ever memorable Archbishop Nikon (Rklitsky), opened his eulogy with the Tsar’s own words that were spoken after they secured his abdication through deception: “There is no sacrifice that I would not bring to realize the salvation of my native Mother Russia”. He only agreed to abdicate after receiving a positive response to his question: “Are you convinced that this will serve for the good of Russia?” The answer was uttered by the adjutant-general that mislead him. It was only then that the All-Russia Ruler removed his chains of Tsarist rule, so that there wouldn’t be even one drop of blood on his conscience.

In beholding such nobility, such greatness of spirit, one couldn’t read - over the past decades - without outrage, the moderately arrogant and patronizing critical appraisals from the West to the cretinous judgments in the USSR of the All-Russia Emperor Nicholas 11.

However, over the past 10-15 years the picture has changed fundamentally: the nearly-forgotten Tsar has become the object of assiduous attention and interest for journalists, historians and politicians. The same ones that have in the past fleetingly mentioned Him by underscoring His ostensible lack of will-power and want of talent. These same ones that have now started to compete with one another in dedicating articles to Him, publishing book after book “about the last Tsar” - with a poignant portrait of Serov on the cover.

Essentially, the West couldn’t understand this as they were incapable of    accommodating the thought as to what was generating this interest, this pull and such affection for the last Monarch. Yesterday, denigrated by everybody and today - placed on a pedestal in whom the people saw not only a great spiritual person, but a ruler that led the country with “seven-mile footsteps” toward material growth and prosperity, as well as being their hope and exemplar for a future Russia. And this is after all the lies that were written about the backward, destitute and slavish pre-revolutionary Russia!

And indeed, as soon as the coils of the Communist death adder slackened and the people were able to take a deep breath, they gradually – after the avalanche of Bolshevik lies, which mentally and spiritually poisoned some three generations – began to discover for themselves, the truth about the “accursed Tsar’s regime” and were able to juxtaposition it with the “wonderful soviet reality”. The comparison was devastating…

With regard to this, it’s difficult not to mention the magnificent – one could call it epoch-making – films by Stanislav Govoruhin titled “You cannot live like this” and “The Russia that we have lost”.

In them, the truth is revealed graphically and convincingly, showing the yawning chasm that separated that which was taught, and that which really existed. How much love and spirit was imparted into these films by Govoruhin! There is one flashback that remains especially vivid.

This occurred in Moscow in June 1990. During the screening of the film, total silence reigned in the theatre, punctuated by occasional uncontrollable sobs from several viewers. Then the Tsar’s face fills the whole screen, with His kind and soft gaze from incomparable eyes – looking directly into the soul of every person. Then likewise, filling the whole screen sequentially, came the faces of the Tsarina, the Crown-Prince, and the Princesses. And then a voice exclaims: “Look at these faces… why did they have to kill Them?” The effect is devastating!

In those particular years that preceded the collapse of the USSR, church processions started to appear with our overseas icons of the Saint Tsar-Martyr. Today, this is an every day occurrence, but then!... And strange as it may seem, those people carrying those icons had pleasantly “human faces”, setting themselves apart from the general mass of “homo-sovietists”.

Let us recall how antagonistically the soviet society (political and ecclesiastical) treated the glorification of the Royal Family. The head of the patriarchate commission for canonization, metropolitan Juvenali prolonged the canonization for as long as he could. Because of the intense pressure applied by the faithful, he was finally forced to canonize - an act that to this day is uncertain as to whether all the patriarchate dignitaries have accepted it or not.

But let us remember how the soviet public reacted in 1981 to the canonization of the Holy New Martyrs and Confessors by the Russian Orthodox Church Abroad. One article especially stands out in memory that appeared in the “Literary Gazette” (“Litiratournoy Gazeti”), the publication that made itself the mouthpiece for “perestroika” and “glasnost” in the 1980, but then stood out in 1981 in its Bolshevik robustness, not knowing how else to better please the godless authorities. It would be interesting to find out if the publication is proud of its journalistic past, as is the author of the article “And why not Hitler?”, published in response to the canonization of the Tsar-Martyr. An ineradicable soviet shame…

However, slowly but surely the political powers have begun to “flirt” with the Tsar. Having utilized a doubtful but sensational find, the journalists and theatrical producer Gelia Ryabov and Boris Yeltsin, arranged a grandiose funeral for the ostensibly Royal Relics. The same Yeltsin, who one night in 1977, was in charge of the demolition of the Ipatievsky house – not so much as to wipe out the horrific atrocity, as to end the memory of the Royal Martyrs, because people have started to converge on the “House of especial designation”, their visits beginning to resemble pilgrimages.

This year, because of the rounded ninetieth anniversary - and as they say -new “measures” are being widened with the finding of 2 new ostensibly Royal Relics. No doubt in 10 years time, to mark the 100th anniversary, they will make another find – and this time they will be very genuine…

It would be very audacious on our part to advance ourselves as experts on the question as to the authenticity of the Relics.

However, we are viewing this with a great deal of suspicion as to how they suddenly – and opportunely – appeared and are recruited into the political game of pseudo-repentance and “national reconciliation between Reds and Whites”. In other words – Evil with Good. Without severing themselves from their soviet inheritance, they are attempting to take advantage of the glorious Russian Past. On the one hand, it’s possible to shed tears in watching the funeral of supposedly Royal Family, and then on the other hand (if one wishes), hasten to the Red Square with misty eyes and view the changing of the guard at the mausoleum of the great monster and villain.

Such examples of unnatural combinations can be shown ad infinitum.

As an example, the resurrection of St.Petersburg, remains in the Leningrad region. Similarly the unfortunate and bloodied Yekaterinburg – an everlastingly stained city - cannot part from the memory of the monster, and continues to remain in the Sverdlovsk region. It’s all the same barrel of honey… with a dead rat on the bottom…

For us – and we think for every rational person – it’s as impermissible as the blending of the Soviet Patriarchate with the Overseas Church. It’s also unacceptable when overseas Cadets hand over regalia, standards and banners – brought out by the Fathers – to the Red false-cadets.

But if we assume that the discovered Relics are indeed Royal ones, one cannot be but horrified and perturbed over this whole blasphemous hustle and bustle with the Relics, turning it into nothing but a sideshow of  inexperienced frogs that are passed - without any deference - from one hand to another.

But do the contemporary successors of the Bolshevik murderers, know that   the Relics have to be treated with reverence? Haven’t the Royal Family been mocked sufficiently by their fathers? It’s doubtful that the Royal Martyrs are in need of Their memory being utilized by the unrepentant progeny of Bolsheviks for purely sordid political ends.

With regard to the Royal Relics, we prefer to hold to the thesis of the court-appointed investigator N.A. Sokolov, who was able to carry out his detached work on fresh evidence of the atrocious murder. He was able to commune with people that were tangibly informed on the matter, and interview witnesses – in other words, conduct a serious and professional investigation. And everyone knows the sad conclusion he had arrived at, even though he wasn’t able to thoroughly ascertain everything. However, the terrible truth which he was able to determine – has been accepted by us, as we were not only brought up in it but shall die with it.

We see no imperative to come to the aid of the current rulers of the Russian Federation in their desire to be forgiven for all the bolshevik past - while practicing subterfuge - without repentance and without breaking away from their soviet inheritance.

Our duty is to follow in the footsteps of the words uttered in the past mid-sixties by the reposed General Sergey Dimitrievich Pozdnishev (1889-1980), (president of the Union of the Adherents of the Holy Memory of Emperor Nicholas 11) and published as a preface in the book titled “Remember the Truth”: “ We that live in foreign countries – sons in exile, represent the last remnants of Imperial Russia that have seen and outlived the glory, greatness, affluence and peaceful prosperity of the Russian nation. Once we leave this world, there will be nobody to tell how the Russian people lived under the scepter of the most Christian Tsar Nicholas Alexandrovich. This truth has to be conveyed to our offspring by us, before our lips are sealed”.

While we, sad reflections of our Fathers, haven’t witnessed this Glory, we have heard about it. We have heard it from eyewitnesses and are therefore charged with being custodians and guardians of this great past. Our responsibility is to respond to the dangers, expressed by Ivan Bonin, in his “Accursed days”: “Our children and our grandchildren will not be able to even visualize the type of Russia in which we once (i.e. yesterday) lived, and which we didn’t value, didn’t understand – all that might, complexity, wealth, prosperity…”

The murdered anointed Emperor Nicholas 11, reigned over the greatest nation in the world, and in one hour, was cast down from the pinnacle of greatness into an abyss of abasement. But the most astonishing thing is that just as when he was omnipotent, he remained the same most noble individual even when he had lost everything.

Being an Autocratic Crown-Wearer, he astounded everyone with his innate feeling of modesty. Among the surrounding inner magnificence of the Winter Palace, the Royal Family lived in a modest, old Russian fashion. Count Witte, despite the fact that he wasn’t very fond of the Royal Family, had this to say: “Never in my life have I met a man to match the upbringing of the current reigning Emperor Nicholas 11”.

Our Tsar was a man of impeccable conscience. On the other hand, who of the current world leaders has a conscience? It’s laughable even to pose this question. World conscience has died with the last Russian Tsar.

Among all the coronated individuals of His time, He undoubtedly was the most noble and the most genuine Christian ruler. And it was the same nobleness and the same modesty that he exhibited when He was arrested and denied even elementary rights. Being in the hands of animalistic rabble – much to our universal shame – he endured all his torments without complaining, with purely Christian submission to fate, agonizing only over the undeserved suffering of His deeply beloved Family. It is highly unlikely that He wouldn’t have had a premonition of the horrible end that awaited all of them. Notwithstanding this, His unshakeable faith in Russia didn’t leave Him. Likewise, His love toward the wayward people remained, forgiving and praying for them as attested to in the last letters of the Royal Family, which exuded the professed strength of faith, martyrly benignity and all-encompassing forgiveness for His enemies – asking that no revenge be taken against them on His behalf…

Not only was He outstanding among those rulers of His era, but in all the history of mankind, you wouldn’t find a monarch of such elevated fortitude as our Crown-Wearer Martyr Tsar Nicholas. Only an insignificant creature wouldn’t have the ability to recognize this and bow before His indisputable holiness.

On the 90th anniversary of the murder f the Tsar, various Donskov “bishops” and the like went to participate in church services in the newly erected Church-on-the-Blood, and deceive the people, giving the impression that they are representing the White Immigrants – just as it happened recently at the blessing of the Gallipoli monument. But where did they travel to? Sverdlovsk region. That’s their road, while we, on that day, in the salvaged immigrant churches, not at all grand but well-prayed in, honored once again the holy memory of a great monarch and Christian, whose name we perpetually carry in our hearts, and a love for Him that we received with our mother’s milk.

Holy Tsar Martyr Nikola and All the Royal Martyrs, pray for us!

* * *


                                                    П. Котлов-Бондаренко

                                                    Благословен еси Господи,

                                                    Мой Спаситель Иисусе!

                                                    Твое имя я прославляю

                                                    И тебе псалмы воспеваю.

                                                                За Твою великую любовь

                                                                К своему падшему созданию,

                                                                Я Твою святую кровь

                                                                Своим спасеньем почитаю.

                                                    Прими хвалу, благодаренье,

                                                    Мой Спаситель дорогой! –

                                                    За Твой подвиг Искупленья,

                                                    За Твой дивный дар Спасенья!

* * *

При принятии Таинства Святого Крещения нами дается обещание отрешиться от ангела зла. Помним ли мы постоянно об этом обещании или мы потеряли чувство уважения и обязанности к самим себе, обращая все свои мысли к материальным благам в этом мире?

* * *


Pilgrim Seraphim Larin

"For you are like whitewashed tombs which indeed appear beautiful outwardly, but inside are full of dead men's bones and all uncleanliness. Even so you also outwardly appear righteous to men, but inside you are full of hypocrisy and lawlessness". (Matt. 23:27-28)

PREFACE: These thoughts, feelings and impressions were recorded on paper very shortly upon my return from Russia in 2004. While it can be argued that many determinations are dated due to the elapsed time factor, the present real situation in Russia cries out otherwise, the continuing not so gradual decline in numbers of the Russian populace is a living fact of Putin’s promotion of extermination. The spiritual, moral, physical and psychological GENOCIDE of Russia and its people continues unabated, initiated and nurtured by a godless government and supported by its “spiritual” appendage, the Moscow Patriarchate. While my findings will be denounced by such “christian” luminaries like “met”./clandestine Catholic cardinal “nicotine” Cyril Goondaev  and his assiduous lackey, rev. “Charlie” Chaplin of the soviet styled abomination - the Moscow Patriarchate, the facts remain for them to challenge and disprove. Unfortunately, the real long-suffering Russian victims endure and contribute generously to the ever burgeoning statistics of the numbers of needless deaths within the boundaries of Russia.

No doubt, protesting voices will be heard denouncing my thoughts… so be it, but pray tell, can these “genuinely concerned Russians” produce facts to contradict Putin’s OBVIOUS lethal policy toward Russia and Her Orthodox people? Can they deny that the official standard of living in Russia is ranked 58th in the world? – BEHIND some 3rd World countries? Can they reveal how after 1991 (“perestroika”), at a time when ALL the assets in Russia belonged to the government, a large portion of these resources suddenly found their way into the hands of oligarchs – making them INSTANT BILLIONAIRES of unimaginable wealth???... many of whom, just coincidentally, were “former” KGB/Communist/ Party members and close friends of Putin?? Why has this obscene rape of resources - belonging to the Russian people – not been terminated and the rapists brought to justice by the so-called “Christian nationalist” KGB Colonel Putin and his spiritual appendage Colonel Drozdov, aka pat. Alexis? 

And lately, since the annexation of ROCA(L), could these MP acolytes with flaring nostrils and bared teeth explain why anyone that demonstrates opposition to their masters by expressing FACTS are subjected to despicable harassments, injection of sophisticated viruses into their computers, blockages of internet sites of their opponents, shameless offers of monetary rewards for betrayal, sending of pornographic images to offend and create discord, and outright physical threats? What rational mind will see this as some “coincidental” activity, perpetrated by some disturbed minds that have nothing to do with the MP or Drozdov??.. these same disturbed minds conducting their activities from (confirmed) sites in various parts of the world, including the USA but especially from the Russian Federation (Moscow), where they are safe from prosecution??? How can any logical and sane-thinking individual not relate it to the RF government and its puppet master Putin?

But hang on… how can a “Christian”, church-going and candle-lighting Putin be involved in such nefarious activities? Surely he wouldn’t sanction such criminal activities?... even though he was/is (by his OWN admission) a KGB Colonel… perhaps promoted to this rank for having helped old ladies to cross streets and feeding stray cats! After all, there are people that still do believe in Santa…

I remember when I was a mere child, I used to look forward with total commitment to the arrival of Santa Claus at Christmas - until one Christmas day Mum’s beard fell off, carrying with it my belief in the whole wonderful, joyous and magical world of harmless yet instructive make-believe. Yes, Mum used to dress as Santa and lower her voice and distort it very effectively by placing a button under her tongue.

While to this day, the euphoric impression of past meetings with Santa/Mum as a child remains deeply rooted in my persona, which no doubt contributes greatly to my appreciation of humanity and its foibles, the reality of these experiences only cautions me to observe and evaluate every given situation in the light of this experience i.e. is there a beard to be found?... before coming to a definitive conclusion.

In stark reality, the MP never had a beard that could fall off to reveal its true face, because it was always recognized for the grotesque lie that it represented… it was ROCA(L) that had the beard that made them believable, and it was their beard that fell off on the 17th of May to reveal their true “Dorian Gray” face. Yet, unlike me, a great number of followers persist in seeing ROCA(L) with pre-unification eyes – when the beard was still firmly in place and hidden agendas tucked away discreetly behind the benevolent smiles and lies of her benign and yet authoritative hierarchs… when their strident voices condemned sergianism and ecumenism with rare fervour and unflinching conviction… when their canonically convincing demands of MP to repent and withdraw calmed the flock and dissipated fears… when their implacable stand against false unification lulled their flock into a false sense of security… when the beard was well and truly affixed to the GREAT BETRAYAL, waiting to be removed by the flourish of a pen in a shaky hand and the shameless submission to the godless MP, where “evil company corrupts good habits” (1 Cor. 15:33).

What does it take for those that “are self seeking and do not obey the truth, but obey unrighteousness” (Rom. 2:8) to “awake to righteousness” and accept the unpleasant reality of things as they truly are? Perhaps consulting Santa might be a step in the right direction!

“Now it is high time to awake out of sleep” (Rom. 13:11)

This article is an attempt to give my honest thoughts, feelings and impressions of the situation in my beloved Russia and her long-suffering people, based on personal conversations with many people of diverse backgrounds, which include a wife of a physicist, an ex-submariner now commanding a passenger vessel, a painter working as a deck-hand, policemen working at a second job as security guards because their primary employment doesn’t pay sufficiently to sustain a family, peasants, priests, coach drivers, a professor from an MP theological academy, a former army captain, a former submariner/officer, schoolteachers, bartenders, hotel maids, factory workers, an ex-football coach of international stature (he was among the top 10 coaches in Russia), now working as a security guard and a half-Jew coach proprietor.

While they had varying personal views on a range of subjects, the invisible common thread that bound them together in one voice, was the acceptance of their present predicament as being inevitable. Most considered their intolerable plight as being normal. Their eyes reflected their fatalistic embrace of the misery they were enduring! The sad part about this was the fact that they were aware of the widespread graft and corruption, the impressive influence of the Mafia in everyday life, of a government (aided and abetted by the soviet instrumentality - the Moscow Patriarchate) that does nothing to reverse the dooming trend and the physical and spiritual genocide that is being inflicted upon them! They are fully conversant with these realities….yet they endure and agonise in silence. My poor, beloved long-suffering Russian people! The Communist government - over many decades - had certainly brutalized them and suppressed their ability to rationalise and seek the “other side of the coin”.

The centuries-long symbol of Russia with a Cross in one hand and a sword in the other has been replaced with a begging bowl and a half-empty bottle of vodka!… much to the delight of the world and its prince of darkness!... and total indifference by the MP.

I have witnessed scenes that will haunt me for the rest of my days…..of a young seemingly derelict man (sober) sitting in a corner of a small park, weeping quietly while trying to apply a filthy rag to a very serious wound that starkly exposed the bone on his right ankle….or an old woman attempting to sell new socks (that she obviously produced herself) to indifferent passing pedestrians….or a young man – unwashed and unkempt and reeking of stale vodka – stretching out a trembling hand for alms, his deadened eyes mirroring his desperation and hopeless state, epitomising the reality of life in Russia for the vast majority…. or a woman killed by a speeding car, her crumpled body separating her purse on one side from a bunch of flowers that she was carrying on the other, while dehumanised police officers were busy taking details of the accident, conveying a total lack of basic human feelings by not covering the corpse with its crushed head and resultant growing pool of blood and brain tissue. Yet here lies a human being that was part of humanity, an individual that formed part of Russia’s society, an active participant in Russian life - living and breathing a few minutes ago, hurrying toward an unrealised experience – dead the next with her hopes, aspirations and whatever sins she carried with her. May God have mercy on her soul!

These experiences with their harsh realities and stark realisations, have left an indelible mark on my soul.

The most outstanding reaction from the various people I met was their amazement at our command of the Russian language. They simply couldn’t believe that we were born in China and never attended a Russian school. However, once convinced of the truth of our statements, the conversation flowed quite freely.

On our 10 hour flight from Tokyo to Moscow, we met a Russian woman and her teenage daughter – the husband was a physicist working in Tokyo, because of substantially higher remuneration – and engaged them in animated conversation about a range of topics, all relating to Russia. This lengthy dialogue disclosed that the Russian people in the main have lost all realistic expectations of material and spiritual improvement. They accept their lot as being normal and should be tolerated – even though they are fully aware that it is wrong, government-inflicted and immoral. Their thinking is a frightening and perplexing paradox! They think that a change for the better is but a shadowy dream that may be realised after a number of generations! Sadly yet understandably, the word repentance is certainly not part of the agenda of spiritual regeneration – even though they attend church services, there is no mention of this by the MP “clergy”. Indeed, spiritual regeneration is not an active thought in their lives, given the fact that whatever spiritual guidance was given to the Russian people, emanated from an anti-religious and Stalinist creation – the Moscow Patriarchate, which effectively implanted distrust and ridicule into their minds.

When it was pointed out that repentance was a quintessential requirement before Russia can resurrect, they showed a keen interest to learn more, as they saw it as a new definitive hope through the unlimited power of faith. This was a matter that was never presented to them by the MP… something that they have never considered in their spiritually befuddled state. When I pointed out to them that such misery should not be tolerated in the wealthiest country in the world, I was told that things were not all that bad! They were delirious over the fact that there were many stores that had a wide range of products – something that wasn’t present during the communist regime. When I stated that while this merchandise was in evidence, the majority of people DIDN”T HAVE THE MONEY TO PURCHASE the goods on offer, they responded by declaring that at least the goods were available!! And that was enough!!!

Observing people’s everyday actions in villages and small towns, as well as those in Moscow and St.Petersburg – we could see the vast disparity in the lifestyle, beliefs and moods between the two different worlds within Russia. The people of the 2 two major cities enjoyed a way of life that was beyond the reach of the vast majority of Russian people. They are the “chosen” ones by Putin’s and Drozdov’s instrumentalities, purely and simply because they are part of the Mafioso/KGB web that has entangled the whole of Russia.

The hotel (called University Hotel) we stopped at in Moscow, is a 15 storey edifice that has seen better days. While absolutely spotless, it was run-down, unpainted for decades and certainly not upgraded to meet basic standards. Everything is dilapidated. The frame of the double-glazed window in our room had shrunk through lack of maintenance. This resulted in cracks appearing between the frame and the wall. In order to eliminate these openings, someone had jammed pieces of foam mattress to block the entrance of the outside weather!

The food was quite tasty, even though it was plain. The potatoes, bread and butter were quite superb, while the waitresses were very abrupt and indifferent. Perhaps this is because of the past totalitarian approach. One has to remember that most of the population of Moscow are former (sic) card-carrying members of the Communist party. Unless you were a party loyal, you were not permitted to reside in Moscow.

The underground railway - the Metro – is incredibly efficient. You catch a very fast-moving escalator and go down into what seems to be the bowels of the earth – the actual descent to the platform is about 40 metres – where the trains run EVERY 2 MINUTES! The carriages are comfortable and are not packed as they are in Sydney.

The food is very cheap – in terms of our living costs and standards. A 1kg loaf of REAL bread costs 60 cents, smallgoods exceptionally cheap eg. ham is $4 a kg, salami $4.5 a kg etc, fruit and vegetables eg. potatoes 30cents a kg, strawberries $3 a kg, tomatoes 40cents a kg etc.. And all the food – without exception – is VERY TASTY! Restaurants are quite cheap. A plate of pelmeni (about 24 in number, plenty of filling and quite large, in beef stock) cost $3. As mentioned earlier, alcoholic drinks are very cheap. Beers cost 70 cents for a ½ litre stubby…and they are very, very good – better than I have tasted in Australia. Spirits are unbelievably cheap – rough brands cost $1.50 a 750ml bottle, or $5 for very good vodka. Wines are also very cheap (av. price of a good wine is $3) and are of a fine quality.

In outlining these prices, one must bear in mind that while we found the prices cheap – in the light of our Australian income, the income of locals is but about 10% to 15% of ours, making the cost of goods quite expensive to the locals.

Overall, the people of Moscow didn’t leave a very good impression upon any of us. Sure, there were people that were polite - but not openly friendly. They were all reserved and to a degree suspicious. Stalin’s legacies as well as their past communist backgrounds that nurtured and encouraged doubt and hesitation…and the past satanic influence. Besides, as mentioned earlier, most were (are) card carrying members of the Communist Party, and as such, politeness was not an active ingredient in their makeup.

However, the people in St.Petersburg are quite different. There was very little abrasiveness from the people in general. In fact, there were a lot of polite and genuinely friendly people from all walks of life. It was quite a change from Moscow.

The city itself is mind-blowing. The seemingly endless architecturally classic structures are quite overpowering both in beauty and history. It is as though every brick of every building was crying out to reveal its witness in history to the illustrious characters of the past. The Tsars, the Saints, the poets, the writers, the famous and the infamous, the renowned individuals that lived here at one time or another, the triumphant parades of Royalty and notables, as well as the scurrying of infamous betrayers and anarchists in the darkness of night, all invade your mind and soul, demanding recognition and acknowledgment of their past historical presence and their present contribution in animating the otherwise lifeless edifices. Everywhere you look, you don’t see just historic and architecturally superb buildings, but annals of Russian history – unfolding before your searching eyes! The very air you breathe seems laden with historic stimulants of profound vitality from yesteryears. It is a very emotional, and in a spiritual sense, traumatic experience. In these surrounds, the dimension of time succumbs to one’s imagination and becomes quite fluid. The mental swirl of time and place produces a very warm and exciting glow within one’s being, even though it does wreak havoc on the tear-ducts! Imaginings of much-loved characters from Russian history assault the senses, animating both emotional and spiritual realisations of their previously dormant presence in your heart and mind. O my beloved Russia – how great Thou art and what are the ruling powers doing to You! ... my precious fallen Motherland!

The better known cemeteries that contain the remains of famous people – both spiritual and secular – are storehouses of enormous emotional largesse. To wander among its forlornly silent graves, sheltered by a slumbering canopy festooned by bright green leaves, makes it impossible to escape the tranquil yet emotionally charged feeling that numbs the mind and excites the soul. To be present among such greatness! To be part of this reality of historical giants… I walked away quite drained – emotionally as well as physically – yet spiritually serene and fulfilled.

The apparent serious attempts to ravage the Russian people both physically and spiritually are unashamedly obvious. What country in the world has alcohol and cigarettes selling cheaper than bread or potatoes? Apart from Russia, I don’t know of any other. Let’s face it, a 750ml bottle of cheap vodka selling for $1.50 a bottle? Or a litre of pure alcohol going for $3??? Or a packet of cheap cigarettes selling for 45 cents? And this is the staple diet for an alarming amount of people in Russia – particularly the YOUNG! Surely Putin’s government is aware of the damage this is doing to the population at large – yet it does nothing to curb the ever-growing trend. Every winter, the streets of major cities are swept clean of thousands of derelicts and drunks – plunged into oblivion through the lethal temperatures of winter. Yet ever-increasing numbers replace them with the advent of spring – ready for the tragic but needless process to be repeated. Where is the authoritative outraged voice of the MP? Where are patriarch Drozdov’s denunciations of these obscenities?... sanctioned by his “christian” comrade Colonel Putin and his rapacious gang of looters and defilers???

It is quite devastating to see and hear about these obscenities – sanctioned by the government and it’s spiritual (section 5) appendage – the MP. Yet the majority of people in our group didn’t recognise this as such, regarding the MP and its master Colonel Putin as being genuine in their endeavours to help Russia and her people! They are obviously overwhelmed by the pomp and ceremony that is thrown at our group by the MP, with the obvious participation of our Fr. Gabriel (Makarov) – an apparent opportunist, who was even then in the throes of purchasing a house close to Diveevo Monastery – a fact I found out later as well as about his long-standing clandestine support of the MP.

Mafia is very active in Moscow and St.Petersburg. They recruit children to go begging, giving them 10% of the take, while they retain the rest. If there are any signs of dissatisfaction from the children, they select one of the dissidents and break his legs! This keeps the rest in line. Putin’s government has the power to eliminate this barbarism, but does nothing because it is part of the active and destructive plans for Russia and its people, and more than likely control these gangs and their directives.

Bribery has become a way of life... people have lost their sense of decency, purely because the governmental system insists that that’s how they should behave - in order to survive. “Dishonesty is good and healthy” is their axiom, while lies and truth are but abstract philosophical opinions that have no place in a world of survival. Because bribery is sanctioned by Putin’s government, its corrosive and negative effect on the Russian people is quite telling, as well as bringing the whole nation in the eyes of the world into disrepute.

Another sad reality is the Chechen terror campaign. There are 6 Chechen “warlords” that have large commercial holdings in Moscow and are very wealthy and very influential among the Chechen ranks. The bombings by Chechen criminals can be stopped instantly (if only Colonel Putin wished it – which he doesn’t) by holding these 6 individuals personally accountable for these criminal acts. Needless to say – should this be enforced – these utilitarian criminals would very quickly issue orders for the bombings to stop, (they have the power) as their continuance would result in them losing their business interests and their wealth. But the horror continues, as additional pain is inflicted upon the Russian people.

All the above realities were revealed to me by very responsible individuals including officials and academics… and indeed, even the man in the street and taxi drivers – so there is much substance in the above declarations.

The whole experience has been an amalgam of bitter/sweet sights and sounds. A journey through time and places that have only been vague, impersonal and distant visions and mental imaginings before this visit. An exercise in securing depth and true definition of one’s Christian faith and nationalistic fervour. An embrace of my beloved, beloved and long-suffering Russia!

One can imagine the spiritual and emotional impact that all of us experienced in visiting – St. Daniel monastery, Church of St. Nicholas in Tolmachi (and the Vladimir Icon of the Mother of God), Cathedrals in the Kremlin – Kazan, St. Basil, Iveron Chapel - Church of CHRIST OUR SAVIOUR, Holy Trinity-St. Sergius Lavra, Veneration of the holy relics of St. Sergius of Radonezh, Museum of the Theological Academy, Tretiakov Gallery, Donskoy Monastery and Holy Relics of Patriarch Tikhon of Moscow, Optina Hermitage and veneration of the Holy Relics of the Optina Elders, visit to St. Ambrose’ spring, St. Ambrose Convent (Kazan Icon) in Shamordino, Protection-of-the-Theotokos Convent and veneration of the Holy Relics of the Righteous Matrona, Diveevo and its 3 Cathedrals, Spring of St. Seraphim, Procession along the Kanavka, Elokhov Cathedral, Alexander Nevsky Lavra, Kazan Cathedral, Sts. Peter and Paul Fortress, St. John’s Convent on Karpovka, Veneration of the tomb of Holy St. John of Kronstadt, Divine Liturgy in the Smolensk Cemetery, Moleben in the Chapel of Blessed Xenia of St. Petersburg, Russian Museum in St.Petersburg, Tsarskoe Selo (Pushkino), Hermitage and the Winter Palace, Cathedral of Saviour-on-the-Blood, VALAAM, St. Isaac’s Cathedral. Petergof, Nikolo-Kuznetsky Church, Moscow Theological Institute, “Vernisage” in Izmailovo Park……As can be seen, the number of outstanding places that we visited in a relatively short time – less than 4 weeks – is extraordinary! And there were MANY others!!!

I will not endeavour to describe the holy places, the holy relics of Saints and the cathedrals and churches, because this to me is a spiritual encounter that belies the imagination. Human language is incapable of describing or imparting spiritual emotions – particularly the very ineffectual and spiritually inadequate English language. It can only succeed in producing pale imitations of their depth and moving intensity. The visual is two-dimensional while the spiritual is limitless. Try as I may on past occasions, I was unable to transcribe my spiritual sentiment in the written word. Consequently, I have ceased my futile attempts. Besides, ongoing human experience is always in front of human desire and capacity to relate it. Even as I record my recollections, new emotions arise and barge their way into my mind, generating new thoughts and feelings on my pilgrimage, as though it is a process of ripening and maturing, a perpetual progression toward an impossible realisation.

Suffice to say it was a journey of profound consequences. It was a spiritual awakening that has enlarged my spiritual dimension and my understanding of my Russian roots. It gave me a practical insight into my beloved homeland – warts and all….its physical grandeur and beauty in flora, fauna and architecture, its intensity in faith and prayer, the beautiful and unique nature of the Russian soul with its sadness, joy, humour, pathos, hospitality, patience, fortitude, gentleness, resolute commitment to its glorious and holy past, and above all else – its indestructible Christian Orthodoxy!

The sights and sounds that the heart and soul had witnessed, will stay with me forever. While I have read and heard a lot about Russia and the places we visited, the physical presence and resultant absorption of emotions and impressions – both in mind and soul – have expanded my single-dimensional view of Russia, her holy places and her people. Although the suffering of the people has driven me to a very emotive and tear-driven level, the holy places and the sacred relics have – in a sense – given me a profound sense of comfort and a “handkerchief” to wipe my sorrows away. 

Unfortunately, even now when people ask me about the state of the people, a flood of living memories begin to describe what I heard and saw, and then I start to weep…… It is utterly overwhelming and uncontrollable! Whereas before the genocidal plight of the Russian people was an impersonal reality of an abstract nature, without individuality in both character and human form, today my mind can readily identify them in both form and substance, with specific individual names that are living and breathing in Russia.

Halfway through the pilgrimage, under the profound influence of the tragic visual proof of spiritual and physical genocide, I declared that I would never come back to Russia until true Church and governmental regeneration had taken place.

Today, upon quiet reflection… I can hardly wait to go back, and God willing, repose in the soil of my glorious, Christian and monarchist forefathers.*

Thy will be done O Lord!

Truly lowly and unworthy Seraphim.

*This emotional statement was made BEFORE the great ROCA betrayal. Today, I would never go back for obvious reasons, not least of all being the intense hatred by the MP and Putin of anybody that dares to expose their evil activities and true colours. A visit to Russia by me under present conditions would only deepen my pain and further inflict unnecessary distress… and for what purpose…?

* * *


Воспоминания Дальневосточника 

«Нет, нет, не так ты поешь, отец Филимон, ведь это же у тебя третий глас выходит, а не седьмой… Вот, как надо: « старческий голос попытался взять высокую звонкую ноту, но поперхнулся и оборвался.

«А ты пятым гласом хочешь тянуть, а не седьмым», прервал попытавшегося петь другой старческий голос.

«Ну что вы пререкаетесь, отцы честные», послышался из алтаря третий, мужественный, полный сил голос, и, наполняя всю маленькую бревенчатую церковь переливами священного ирмоса, зазвучал высокий красивый баритон: «Ночь не светла неверным, Христе, верным же просвещение в сладости словес Твоих. Сего ради к Тебе утреннюю и воспеваю Твое Божество».

Кругом была студеная, сибирская ноябрьская ночь. В церкви почти никого не было. Кроме служившего иеромонаха отца Владимира, обладателя красивого голоса, и двух старых рясофорных иноков – отца Прокопия и отца Филимона, на утрени присутствовал только старичок, байкальский рыбак, ходящий в эту убогую церковку уже почти пятьдесят лет, с самого дня основания пустынной скитской обители на берегу Байкала.

Поселяне немногочисленных окрестных селений, в большинстве из бывших каторжников, и раньше редко ходили в храм. Но раньше все-таки их бывало больше. И благолепия в церкви было больше. На клиросе пело тогда не два стареньких монаха, шесть, из них четверо молодых, с красивыми сочными голосами. Отец Владимир был тогда канонархом.

Но когда после краткого периода белой власти, пришла и утвердилась в крае богоборческая советская власть, отец архимандрит Палладий, настоятель Свято-Иннокентьевского Вознесенского монастыря, которому подчинялся этот маленький скиток, приказал отпустить молодых неутвержденных послушников через Кяхту и Монгольскую пустыню, заграницу, иноков взял в главный монастырь, а в  ските благословил остаться за старшего отцу Владимиру, которого ради этого посвятили в иеромонашеский сан. С ним оставили двух рясофорных старичков, которым по преклонному возрасту нельзя было уйти заграницу, и которые скит любили больше, чем главный монастырь.

И вот ведь ирония судьбы, непонятное для нас Божие предначертание: этот скиток, о котором из-за его пустынного местоположения, больше всего беспокоился отец архимандрит Палладий, стоит себе и стоит, а Иннокентьевский монастырь давно уже разорен безбожной властью. Монахов разогнали, кого на принудительные работы, кого по месту рождения в села. И святыни почти все отобрали, поместив в свои безбожные музеи. Только все-таки не все: многие святыни успел отец Палладий привезти сюда в скит, и здесь вместе с отцом Владимиром они скрыли их так, что никакому человеку, хоть сто лет ищи, не отыскать.

Не скоро наступает день в ноябре над Байкальскими берегами. Уже семь часов давно пробило, когда окончилась утреня в скитской церкви, но никаких признаков утра еще не было видно, и отец Владимир, выйдя на порог, залюбовался роскошной, безгранично красивой картиной лунного сияния над Байкалом.

Красавец – могучее озеро, застывшее алмазными валами льда, искрилось и переливалось бриллиантами под лунным светом на действительно безмерное, неоглядное пространство вокруг.

Темные, почти совсем бесснежные из-за своей крутизны горы толпились справа и слева, обрамляя черными тенями алмазно блещущее ледяное поле, а темные в лунном полумраке бесчисленные кудрявые ели казались причудливой бахромой на этих огромных скалах.

Как любил эту картину отец Владимир. Как любил он, ставший ему родным, чудно прекрасный Байкал, такой неповторимо разнообразный в своих красотах. Нет на Байкале дня в году, когда бы повторялась его, всегда потрясающая, величавая красота.

Рассвет стал чуть мерцать на востоке, когда отец Владимир прочитал последние молитвы правила пред Причастием, и полный его святых слов и отзвуков пропетых песнопений, с тихостью и миром в душе, снова вышел на крыльцо, чтобы идти в церковь к литургии.

Звон бубенцов и скрип саней вдалеке привлек его внимание. Почти наверняка это значило, что едут власти. Значит, будут неприятности. Отец Владимир давно приготовился к самому худшему, и каждый день, миновавший благополучно только удивлял его.

Он перекрестился, посмотрев на вырисовавшийся в белесоватом рассвете крест на обительском храме, и не пошел в церковь, а остановился на крыльце у самого въезда в скит.

«Всех монахов приказано арестовать и везти в Иркутск, а помещение обыскать… говорил нахмуренный высокий красный командир, и начальник красноармейского отряда, приехавшего в скит для ареста и обыска.

Отец Прокопий и отец Филимон плакали. Отец Владимир пытался их утешить, а сам оставался совершенно спокойным. Давно уже всю свою судьбу предал он в руки Божии, и каждую память мучеников, которых так много в году, встречал он неизменной молитвой к этим древним страстотерпцам, прося их исходатайствовать у Господа ему немощному ту же благодатную помощь, которая укрепляла их в древности.

В то утро, прочитавши правило пред святым Причащением, отец Владимир не мог, не имел уже времени отслужить литургии и причаститься, но тайный голос говорил ему, что правило было им прочитано не втуне, что явится оно для него приготовлением к причастию в Царстве Отца Небесного, к тому причастию, о котором молился он за каждой литургией словами древнего чина: «даждь нам истее причащатися Тебе в невечернем дни Царствия Твоего».

Процесс был недолог. Всего месяц с небольшим просидели иноки в тюрьме. Отцу Владимиру предъявили обвинение в том, что он совместно с отцом архимандритом Палладием «и другими монахами» скрыл «народное достояние» из «бывшего Иннокентьевского Вознесенского монастыря».

Отец Владимир не стал запираться, не выгораживал он и отца Палладия, ибо за крепкого духом своего духовного отца и настоятеля отец Владимир не беспокоился. Все усилия приложил он к тому, чтобы выгородить младшую немощную братию, могущую соблазниться. Эти усилия отца Владимира увенчались успехом: отец Филимон и отец Прокопий были оправданы и только высланы в свои родные деревни, без права возвратиться в свой реквизированный и разоренный скит.

Отец же Владимир был приговорен к расстрелу, так как, сознаваясь, что он скрыл церковные святыни, он решительно отказался указать место их нахождения.

Исполнять приговор был назначен тот же высокий хмурый красивый командир, который привез отца Владимира из пустынного скита в Иркутск.

Было серое утро, когда отца Владимира повели за город на расстрел. С ласковой, чуть конфузливой улыбкой, отец Владимир отклонил повязку, которой ему хотели завязать глаза перед расстрелом

Командир не стал настаивать.

Пока красноармейцы готовили винтовки, отец Владимир, прислонясь к сосне, вполголоса пел особенно запомнившийся ему ирмос последней слышанной им на земле утрени: «Ночь не светла неверным, Христе, верным же просвещение в сладости словес Твоих…»

«Что это ты поешь?» резко раздраженно спросил его вдруг красный командир, бывший дотоле достаточно вежливым.

«Это церковное песнопение», спокойно сказал о. Владимир. «В нем очень глубокая мысль. Оно говорит о том, что для вас – неверующих во Христа, всегда длится темная беспросветная, безрадостная ночь – «безлунная ночь рачения, т.е. накапливания греха». А для нас верующих, вся жизнь полна света и радости, и самая смерть бессильна эту радость победить»…

«Неужели ты не боишься смерти? Прервал его командир.

«Нет, я радуюсь ей: она приведет меня ко Христу.» Воскликнул отец Владимир,  и в тоне его голоса, во всем светлом безмятежном его облике было столько неподдельного спокойствия, света и настоящей подлинной радости, что ему нельзя было не поверить тем более в эти предсмертные минуты.

Краском даже зажмурился от нахлынувших волнующих чувств и торопливо дал знак красноармейцам готовиться.

Грянул залп, и отец Владимир с той же не сбежавшей с его лица полуулыбкой рухнул на снег.


Прошло несколько, не очень мало лет. Через речную Амурскую границу с советской стороны на Маньчжурскую перешел высокий исхудалый изможденный человек.

Сотни, может быть тысячи людей,  с опасностью для жизни,  переходили тогда эту границу. Но этот человек не был похож на обычных беглецов – крестьян или ремесленников, изредка красноармейцев, бегущих от невыносимого гнета на родной стороне и ищущих заработка в приграничных китайских поселениях или с той же целью идущих на юг к железной дороге.

Этот беглец не искал заработка. Выйдя на маньчжурский берег Амура, он стал расспрашивать встречавшихся ему русских о том, где находится ближайший православный монастырь.

И вскоре в одной из православных обителей в Манчжурии стал работать высокий хмурый, никогда не улыбающийся, почти ни с кем не разговаривающий послушник. Работал он за четверых. По изредка оброненным им фразам можно было заключить, что он человек достаточно интеллигентный. Но всякий раз, когда настоятель монастыря предлагал ему принять постриг, чтобы потом стать иеродиаконом или иеромонахом, послушник этот неизменно от пострига отказывался.

И монастырский духовник однажды, когда настоятель особенно настаивал, неожиданно стал на сторону послушника и не благословил его постригать.

Но однажды мрачный монастырский труженик приоткрыл завесу над своей тайной, когда в ответ на расспросы монахов: «для чего ж ты пришел в монастырь, да еще так искал его, если не хочешь постригаться?, он сказал им: «я в монастырь пришел, чтобы ночь моя стала светлей, чтобы научиться,  не бояться смерти».

И мрачным хриплым голосом он запел ирмос седьмого гласа: «Ночь не светла неверным, Христе…»

Больше никакого ответа от него тогда добиться никто не мог.

Но, когда в 1945 г. после Второй войны, советские войска заняли Манчжурию, мрачный послушник ушел из монастыря, и в короткой записке оставленной им настоятелю рассказал о перевернувшей его жизнь мученической кончине отца Владимира, о котором эта обитель слышала и ранее.

Заканчивал свою записку ушедший послушник словами: «спаси вас Господь, отец настоятель за то, что в вашей обители я нашел то, что искал: научился не бояться смерти за правду, а теперь я иду, чтобы принять такую смерть от той сатанинской власти, которой я когда-то служил, проливая мученическую кровь».

* * *


И. Б. Иванов Председатель Русского Обще-Воинского Союза

9 августа 2008 года в 04.30. утра на Московском вокзале С.-Петербурга сотрудниками Главного управления МВД СЗФО РФ были задержаны при посадке в поезд два молодых человека, направлявшихся в г. Воткинск для участия в ежегодном летнем лагере Русского Обще-Воинского Союза (один из них являлся членом РОВСа). Задержание осуществляла группа сотрудников Управления по Борьбе с Организованной Преступностью (УБОП) – как известно, на эту силовую структуру возложена борьба с «экстремистскими» организациями…

Без предъявления каких-либо обвинений задержанных посадили в машину и доставили в здание Управления, где были произведены обыск и допросы с применением физического воздействия (били по затылку: синяков «подзатыльники» не оставляют, доказать факт рукоприкладства очень трудно).

При обыске ничего запрещённого обнаружено не было. Искали, вероятно, оружие и «экстремистскую» литературу. Нашли… Оружие – пневматическое, применяемое в лагерях РОВСа для обучения молодёжи стрельбе; литературу – военно-научного содержания. И то, и другое находится в свободной продаже. Единственным найденным «компроматом», оказался… Национальный бело-сине-красный флаг, который сотрудники УБОП и попытались отнять со словами: «А это у вас ВЛАСОВСКИЙ флаг! Его мы конфискуем!» Однако один из молодых людей, вцепившись в полотнище, отобрать его не позволил. (Весьма показательный эпизод для «Путинской России», ведь «Власовский» флаг уже почти 17 лет является государственным символом РФ, хотя и не по доброй воле её руководителей).

В Управлении молодых людей продержали СЕМЬ часов (а, согласно действующему в РФ законодательству, без предъявления обвинений милиция не имеет права задерживать людей на срок более ТРЁХ). Ничего у задержанных не найдя, и ничего не добившись, их отпустили. Никаких объяснений и извинений не последовало…

Очевидно, что в данном случае имела место заранее спланированная операция. В УБОП заведомо знали кто, в каком вагоне, куда и зачем следует. Правда, «операция» проводилась ими столь топорно грубо, что невольно наводит на мысль о её демонстративном характере…

Всё вышеизложенное является прямым поводом для обращения в прокуратуру: количество грубейших нарушений закона, допущенных его официальными представителями – начиная от нарушения конституционных прав граждан – может составить целый список. Но речь не только об этом…

Самое примечательное в этой истории – перечень вопросов, которые задавались во время допроса. Ясно, что сами по себе молодые люди, в силу их возраста и общественного положения, следователей интересовали мало – прицел был дальний… А вопросы звучали так:

1). Кого из руководителей РОВСа знаешь?

2). Что собирались делать в лагере РОВСа?

3). Что знаешь о связях РОВСа с ВСХСОН, Иванова с Огурцовым?

4). Что знаешь о связях РОВСа и Иванова с Бородиным?

5). Что знаешь о связях РОВСа за рубежом?

6). Какие организации, лица за рубежом поддерживает РОВС?

7). Что знаешь о связях Иванова с Казанцевым?

8). Какую роль играет Казанцев в работе РОВСа?

9). Как и кем распространяется в России газета «Наша Страна»?

То, что деятельность Русского Обще-Воинского Союза, основанного генерал-лейтенантом бароном П.Н. Врангелем в 1924 году и в 1992-м перенесшего свою работу из эмиграции в Россию, нынешнему гэбистскому режиму не по душе – в этом особенно сомневаться не приходится. Но, согласно существующему в РФ законодательству – формально оно в РФ существует – проводить в отношении кого-либо «оперативно-розыскные мероприятия» ФСБ, МВД и другие смежные спецслужбы могут только на основании судебного решения и при наличии информации о совершённом преступлении, готовящихся противоправных действиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической, экологической безопасности РФ. А то, что оперативно-следственные мероприятия против членов РОВСа и целого ряда видных русских общественных деятелей проводятся полным ходом, причём, в том числе с применением прослушивания телефонных переговоров, снятия информации с технических каналов связи и, по всей видимости, т.н. «оперативного внедрения» – теперь очевидно.

В «Положении о Русском Обще-Воинском Союзе», определяющем деятельность старейшей русской национальной организации, сказано, что её целями являются «преодоление разрушительных последствий коммунистического правления и возрождение Великого, Единого, Свободного Российского государства на его исторических началах; возрождение Национальных Вооружённых Сил на основе идеологии, лучших традиций и заветов Русских Императорских Армии и Флота и Русского Белого Воинства». Практическая же деятельность РОВСа ныне направлена на военно-патриотическое воспитание, просветительскую работу в области истории и идеологии Русского Белого движения. Надо полагать, именно это «правоохранительные» органы РФ квалифицируют как «противоправное деяние» и «угрозу государственной безопасности»…

А вот фамилии, прозвучавшие во время допроса, дают картину широкой оперативно-розыскной работы бойцов «невидимого фронта» в патриотических кругах России и Русского Зарубежья и богатую пищу для размышления.

Напомним. Игорь Вячеславович Огурцов – основатель (в 1964 году!) Всероссийского Социал-Христианского Союза Освобождения Народа (ВСХСОН), один из самых известных узников брежневского-горбачёвского ГУЛАГа. За свою антикоммунистическую деятельность и православно-патриотические взгляды в 1967-м он был осуждён на 20 лет лишения свободы. В настоящее время является президентом благотворительного фонда «Милосердие». На каком основании Управление МВД собирает информацию об И.В. Огурцове? Может быть имеет материалы о его причастности к «организованной преступности»?

Леонид Иванович Бородин – известный русский писатель, лауреат Солженицынской премии и многих других престижных литературных наград, бывший член ВСХСОН, политзаключённый, дважды осуждён за «русизм», ныне является главным редактором журнала «Москва». В 2005 году указом президента Л. И. Бородин утверждён членом Общественной палаты РФ, вошёл в состав Комиссии по коммуникациям, информационной политике и свободе слова в СМИ. На каком основании УБОП выбивает на допросах информацию о связях Л. И. Бородина? Подозревает писателя в «экстремизме»? И что это за такая «Общественная палата Российской Федерации», если за её членами ведётся подобный негласный надзор?!

Николай Леонидович Казанцев – известный публицист и церковно-общественный деятель Русского Зарубежья, редактор старейшей русской монархической газеты «Наша Страна», выходящей в Аргентине. Газета является сегодня главным рупором Белого Русского Зарубежья, всегда и во всём отстаивает честь и интересы России. В последние годы «Наша Страна» стала центром сопротивления православных людей планам Московской Патриархии по захвату и ликвидации Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ). Какое дело региональному Управлению МВД до Н. Л. Казанцева и белоэмигрантской газеты?

Если все эти известные и уважаемые в России и Русском Зарубежье люди представляют «угрозу государственной безопасности», то легко понять, КАКОВО само это «государство»!

Не трудно заметить, что выше перечисленные организации и лица, в отношении которых проявляется повышенный оперативный интерес – суть те самые, кого в недавние времена КГБ именовал «русистами», и кого недоброй памяти Юрий Андропов называл «главной для нас заботой» и «главной опасностью». В чём же состоит эта опасность? Не в пневматических же винтовках Молодой Смены РОВСа!

Думается, опасность состоит, прежде всего, в самом факте существования неподконтрольного Лубянке русского национального движения. Очевидно, что в последние годы, после окончательной дискредитации и полного краха «демократического» прикрытия, Кремль и Лубянка ухватились за новое, последнее для них прибежище. Власти РФ во всю принялись разыгрывать «православно-патриотическую» карту. Недавняя партийная и комсомольская номенклатура затрубила вдруг о своей «православности», вчерашние кагэбэшники объявили себя самыми ревностными «патриотами-державниками», Российскую Федерацию захлестнула волна перезахоронений, федеральные чиновники покровительственно похлопывают по плечу наивных потомков русских эмигрантов и вытягиваются под гимн СССР-РФ у могил героев Белого движения, на улицах раздаются «Георгиевские» ленточки, а в Кремле – «Георгиевские кресты». Всё это призвано символизировать «преемственность» нынешнего чекистско-олигархического режима от Исторической России...

Красная змея в очередной раз вынуждена менять кожу, спешно сбрасывая вчерашнюю «демократическую» и напяливая новую, «православно-патриотическую». Но гадюка, сколько раз ни сбрасывай она кожу, так и остаётся гадюкой, а судят её не по новой «обёртке», а по её происхождению, внутреннему содержанию и делам – прошлым и настоящим. Истинное же отношение правящего в РФ режима к Исторической России известно: Русский Национальный флаг так и остался для него лишь «Власовским», Церковь – костюмированным политуправлением под началом КГБ-ФСБ и инструментом политики, патриотизм – предметом для спекуляций и удобным прикрытием всякой гнусности.

СИМУЛЯЦИЯ ПАТРИОТИЗМА и ИМИТАЦИЯ ПРАВОСЛАВИЯ ныне стали в Российской Федерации официальным пропагандистским прикрытием правящего криминального режима.

Но происходящая подмена уж очень очевидна на фоне подлинных, органических носителей православных и патриотических ценностей! Вот эти-то подлинные, исторические носители – неподконтрольные чекистам РПЦЗ, РОВС, ВСХСОН, «Наша Страна», «русисты», десятилетиями противостоявшие коммунистическому тоталитаризму и его наследию – и мешают «Путинской России». Мешают фальсифицировать. Мешают именно самим фактом своего существования и непримиримой позицией к огосударствленной в РФ лжи! Именно в этом и состоит исходящая от них «угроза государственной безопасности».

Наша Страна

* * *



(Продолжение см. Верность № 106,107,108,109,110, 111,112, 114, 116)



Русская Элита

Мы живем во время, когда результатом духовной апостасии может стать окончательная гибель уникального национально-религиозного идеала, идеала, рожденного духовным гением русского народа — Святой Руси!

На заре нашей истории, носителями этого священного идеала были князья Рюрикова Дома, давшего Церкви величайший сонм святых — богатырей веры и духа, а также дружинники первых русских князей.

Военный слой молодого государства был его духовной элитой. Военный слой оставался духовным стержнем России до страшных дней февраля 1917 года. Это есть своеобразный национально-государственный код исторической России.

Символично для истории Отчизны, проведшей две трети исторической жизни в войнах за национальную и духовную независимость, что именно люди с мечом были первыми и самыми верными носителями идеала Святой Руси, вплоть до времени великой Белой борьбы с большевизмом.

Наш современник, мыслитель и историк  И.Г. Лавриненко писал в работе «Царь-рыцарь Павел I и обновление элиты: «Как известно первая аристократия появляется в боях и сражениях на заре времен, периодически включая в себя самых достойных сынов Отечества, рожденных теми или иными историческими эпохами. Однако, однажды появившись, давая начало родам, называемых благородными, аристократия не должна мумифицироваться, не должна терять тот дух, который ее создал. Аристократ должен быть готов каждую минуту пролить свою кровь и даже отдать жизнь свою за то, что выше жизни: за свою веру, за своего Государя, за свое Отечество. Каждый аристократ должен постоянно подтверждать свой аристократизм, свое благородство, постоянно должен быть готов к бою. Короче говоря, он должен быть достоин своих предков. Потомок благородных родителей, не способный делом подтвердить свое благородство, есть псевдо аристократ, есть выродок».

Закономерно, что на протяжении всей европейской, и не только, истории, аристократия рождалась, жила и возобновлялась исключительно в воинском строю. Такова ее природа. Только воинский строй есть гарантия того, что аристократия страны останется живым сословным органом, элитной государства и народа. Однако кроме природного измерения,  у аристократии есть и сверхприродные свойства,  игнорировать которые мы не можем. Не в качестве отрицания, но как необходимое дополнение к вышесказанному процитируем замечательного философа-традиционалиста Юлиуса Эволу, к чьим мыслям относительно орденской организации национальной элиты мы обратимся ниже. Эвола писал: «В последнем веке под знаменем эволюционизма уже предпринимались попытки толкования аристократии и «элитаризма», исходя из принципов «естественного отбора». Эти попытки свидетельствуют о полном непонимании характерных черт, присущих древним иерархическим обществам, и сегодня признаваемых даже историками-позитивистами. Сюда же относится и буржуазно-романтическая теория «культа героев», внесшая еще большую путаницу в, и без того сомнительные,  стороны ницшеанского учения о сверхчеловеке. Все эти концепции и теории не преодолевают рамок индивидуализма и натурализма, на которых невозможно выстроить сколь либо приемлемой доктрины истинной законной власти. Впрочем, сегодня даже те, кто признает саму идею «аристократии», не способны преодолеть этих границ: они готовы признать за человеком право на исключительность и «гениальность» лишь,  если его величие обусловлено свойственными ему индивидуальными качествами, но не способны признать их за тем, кто олицетворяет собой традицию и особую «духовную расу», и чье величие, в отличие от первого, зиждется на принципе, идее, на высшей безличности».

Безусловно, изначальный «аристократизм» имел два источника, две составные части, используя индологическую лексику, в виде двух высших варн: жреческой варны брахманов и воинской кшатриев. Вне всякого сомнения, в традиционных обществах простая воинская доблесть не вела автоматически человека в элитарные круги социума. Однако, со временем,  сверхприродные наследственные качества аристократии могли раскрыться в полной мере лишь в тех институтах, которые наиболее долго  сохраняли консервативную преемственность с традиционными институтами социума, в первую очередь в воинском строю, где героические качества и идеальная составляющая волевого действия, базирующаяся на «принципах высшей безличности» проявлялись,  и будут проявляться впредь, более всего.

По особому, эти же сверхприродные аристократические качества проявлялись и в церковной среде, где наряду с дарованной Свыше, при подвижнической синергии аскета, благодатью святости немногих,  существовал и особый тип священнослужителя зримо наследовавшего «брахманскую» харизму аристократических предков, что проявлялось в особом духовном «аристократизме» избранных.

Пополнение элиты из более низких сословий шло уже за счет их личных сугубо индивидуальных качеств. Это тем более актуально для нашего времени, когда сословная преемственность трагически нарушена. Освежение аристократического слоя за счет низов процесс необходимый.

Буквально,  аристократия означает «власть лучших». Однако всегда следует иметь ввиду, особый критерий отбора этих лучших людей из разных социальных срезов. Определенные ценности должны определять систему отбора. Именно ценности придают данному обществу или целой цивилизации особое лицо и характер. Замкнутая система, увы, не может долго существовать в изначальном качестве. Часто возникает необходимость обновить элиту того или иного государства. И часто инициаторами такого обновления выступают обладатели абсолютной государственной харизмы, верховные хранители Высшей идеи и одновременно ее главный символ - монархи.

Однако процесс «ротации», периодического обновления не должен происходить автоматически, порождаться индифферентным социальным динамизмом в отрыве от ценностной системы изначально породившей элиту данного социума.

Юлиус Эвола считает, что, не смотря на все усилия первоначальной элиты,  удержать исходную систему ценностей, историческая смена элит подвержена закону регрессии «каст». Мыслитель различал четыре стадии процесса регрессии в точном соответствии с четырьмя варнами древнеарийского общества. На первой стадии элита имеет чисто духовный характер, воплощая в себе все то, что можно назвать «божественным правом». Первая ступень элиты выражала собой идеал нематериального достоинства. Затем элита обретает черты воинской знати кшатриев. На третьей стадии ее сменяет олигархия, вырастающая на плутократической, капиталистической основе, правящая с использованием т.н. демократических институтов. И, наконец, элитой становятся коллективистские предводители революции четвертого сословия. Современная ситуация в России подает повод к соблазнительному выводу о начале обратного регрессии процесса восстановления истинной элиты. Ведь на наших глазах, болезненно изжив четвертый этап, мы перешагнули в третий. Конечно, наш оптимизм может быть и преждевременным, но нам без него нельзя.

Необходимость оздоровительного обновления русской аристократии хорошо понимал первый русский Царь Иоанн Васильевич Грозный. Мечтами о создании новой элиты пламенели души вождей многих европейских наций в 20 веке. Без наличия истинной жертвенной и искренне верующей в Бога элиты спасение нашего Отечества есть дело невозможное, что согласно признавали лучшие русские умы самой разной политической ориентации. И спасение Родины зависит, конечно, не от количества аристократии, а исключительно от качественного подбора людей, коим суждено стать новой элитой.

И.Г. Лавриненко пишет: «…Качество аристократии проверяется ее отношением к смерти, готовностью к самопожертвованию. Готовность отдать свою жизнь за то, что выше жизни – есть тот критерий, которым проверяется аристократ. Кровь аристократа – есть хранительница аристократического духа, и, разбавляя свою кровь, аристократ слабеет своим духом. Однако трижды слабеет духом тот аристократ, который предает свою веру, своего Государя, свое Отечество; тот, который предает свою кровь». Духовное разбавление страшнее физического, хотя второе зачастую также приводит и к первому. Дух, который сохраняется в аристократических семьях есть лишь потенция аристократизма, но далеко еще не сам аристократизм, который может быть стяжаем героическими усилиями представителей всех сословий и страт общества. И очень часто истинный аристократизм испытуем  бывает самым серьезным из возможных жизненных экзаменов – верностью до смерти! «Бог может и из камней восставить себе рыцарей. А потому, по слову Божиему, из среды самых простых людей…может вдруг появится тот, кто станет укором вырождающейся аристократии! Тот, кто пробуждает стремление к духу, стремление к самопожертвованию, стремление к смерти. К смерти, утверждающей жизнь в духе и Истине», - пишет Игорь Лавриненко.

Кровь героев, столь обильно пролитая за Святую Русь, оплодотворила землю Отечества, и рано или поздно из сынов земли Русской восстанут те, кто станет ее новой аристократией. Этих людей никогда не будет много. Лучших не бывает много или достаточно. Их всегда мало. Соли не может быть более пищи, но «соль земли» должна сохранятся в недрах народных, чтобы предотвращать гниение народного организма.  Раньше этой солью были аристократические роды. Они являлись носителями и хранителями национального мифа, являясь национальным ядром этноса. Но в 18 столетии по всей Европе и в последствии в России начался процесс размывания аристократии третьим сословием, а затем и вообще устранение традиционной элиты европейских наций.

Этот процесс точно описан в книге одного немецкого ефрейтора, после Первой мировой войны: «Благодаря втягиванию высшего дворянства в круговорот финансового капитала идеальные добродетели на деле подчинялись влиянию силы денег. Было ясно, что, раз вставши на этот путь, военная аристократия в кратчайший срок должна будет отступить на задний план перед финансовой аристократией. Денежные операции удаются легче, нежели военные операции на полях битвы. Истинного героя, истинного государственного деятеля вовсе не так уж прельщала возможность придти в тесное соприкосновение с еврейскими банкирами. Да и с точки зрения чистоты крови этот процесс также имел глубоко печальные последствия. Дворянство постепенно лишалось чисто расовых предпосылок своего существования. Значительная часть благородного дворянства теперь скорее заслуживает эпитета «неблагородное дворянство».

Современный публицист Сергей Марков продолжает ту же мысль: «Размывание устоев государства начинается с размывания ее национальной элиты.  Так было во всем мире…В России дворянство, бывшее становым хребтом и духовной опорой национального государства, а главное, носителем героической добродетели, точно также было вовлечено в круговорот финансового капитала, быстро разорилось в подавляющей массе и стремительно деградировало, что в немалой степени было ускорено его про-западной, главным образом про-французской, ориентацией. Эта духовная капитуляция национальной элиты, служивого сословия, долженствующего в первую очередь хранить и лелеять героическую добродетель и традиции доблести и славы предков, как ржа разъела весь национальный организм. Большевики только довершили процесс, обрушив подточенного болезнью колосса».

Нельзя упускать из вида и важнейший вопрос сакральной легитимизации элиты. Спускаясь по социальной лестнице сословий все ниже и ниже политическая элита аккумулирует в себе все больше и больше антидуховных «антитрадиционных» элементов, естественным образом теряя право на сакральную легитимизацию своей политической власти. Никакое другое сословие, как целокупная социальная организация этноса, ниже второго, то есть воинского, не может по своей природе наследовать функции духовного стержня традиционного государства.

Для общеевропейской истории характерно, вообще: чем ниже по иерархической лестнице сословий, тем национальные и религиозные ценности народа выражались все менее ярко, окончательно исчезая в нижних слоях общества, не имевших реального представления о высших ценностях общенациональной духовной культуры. Именно эта безнациональная, в высшем метафизическом смысле,  среда и была инициатором мелких и крупных языческих восстаний волхвов и кудесников против господствующего христианского дружинного слоя в древней Руси. Примером такого выступления были восстания черни во главе с волхвами в Ростовском крае в 1071 г. Параллельные процессы происходили во всей Северной Европе.

Военная аристократия древней Руси была носителем родовых традиций — в отличие от черного люда. Контакты с иноэтническим элементом происходили, в основном, в низших сословиях. Таким образом, христианская дружина первых Рюриковичей была не только носителем духовного идеала Святой Руси, но и выступала в роли национального стержня, сохраняя свое этно-биологическое, родовое лицо, являлась, по сути, расовым ядром зарождавшегося православного единого русского народа.

Мы не собираемся доказывать абсурдность утверждения о полиэтничности дружин первых князей. Этот вывод делают, только исходя из разрозненных материальных находок, предоставляемых археологией. Ни летописи, ни былины, ни предания не знают никакой полиэтничности. От начала дружина была этнически русской.     Возвращаясь к национальной и Религиозной идее этноса, заметим, что только после монгольского нашествия, после упорной многовековой борьбы, духовный святорусский идеал стал достоянием всего русского православного народа, а не только аристократии.

Протоиерей Лев Лебедев писал в своей книге «Великороссия»: «В истории – жизни Народа как Личности движения высшей и низшей воли выявляются в настроениях правителей народа, а также некоей решающей массы общества, которая всегда очень малочисленна по отношению к общей массе народа, но в ней кристаллизуется и с огромной силой действует вся культура народа и его умственно-душевная сила».

Итак, народ состоит из трех основных сил, или начал: правителей, решающей массы и прочей массы большинства населения. Последняя категория людей может объединяться, разъединяться, подчиняться, бунтовать, голосовать, но она никогда ничего не решает и не созидает. Она накапливает, и в идеале сохраняет неизменным то, что отлито в кристаллически ясные идейные формулировки элитой общества. Однако элиту общества, стержень любого этноса мы не должны смешивать с решающей массой или руководящим слоем народа. Элита не имеет четко очерченных социальных границ и пронизывает все страты населения. Элита не может иметь количественные показатели, но качественные обязательно. Решающая масса количественно тоже не определима, и в отличие от элиты она не может даже интуитивно оценивать себя в качестве единого организма. Она каждый раз по-особому возникает и складывается в неустойчивые группы, которые часто называются «обществом». В последние времена эту массу пытаются искусственно, и не без успеха, организовывать, используя весь инструмент современных либеральных технологий. В основном это касается времени «демократических» выборов. Народ никогда не является и не может являться источником власти и права. Власть может быть дарована и освящена только Свыше, и она давалась законным европейским монархам через благодатные церковные таинства. В принципе, желание масс перераспределить в свою пользу властные полномочия иначе как отступничеством от веры назвать нельзя. Отсюда и метафизическая невозможность никакого мирного существования Церкви в демократическом государстве с его апостасийными государственными властными институтами. Иноприродность Церкви современным государственным институтам сродни и иноприродности истинной духовной элиты народа тем, кто покушается ныне занять ее место. Однако, современная российская действительность такова, что в любом случае, когда решающая масса сложилась в некую мозаику, именно она оказывает серьезное влияние на судьбу народа и государства, заявляя свои претензии на участие во власти, игнорируя сакральную сущность любой истинной власти, тем более, государственной, вполне довольствуясь ее нынешними суррогатами.

Протоиерей Лев Лебедев совершенно справедливо заметил, что решающая масса это отнюдь не тот «ведущий слой», о котором писал Иван Ильин. Ведущий слой может входить в решающую массу, и тогда Народ следует по пути предопределенному Свыше промыслом Творца, если же элита оказывается в конфликте с решающей массой и не может оказывать на нее влияния, тогда катастрофа для нации неизбежна, и к катастрофе массы ведет уже псевдоэлита. Современная ситуация диктует необходимость восстания истинной элиты, представителей и духовных наследников первых двух сословий, которые в современном мире оттеснены на периферию социума и влачат порой жалкое существование.

Старец Глинской пустыни Порфирий об этих людях свидетельствовал: «Со временем падет вера в России. Блеск земной славы ослепит разум; слово Истины будет в поношении, но за веру возстанут из народа неизвестные мiру и возстановят попранное».

В замечательной работе: «Введение в философию бунта» современный православный философ и историк Р.Б. Бычков пишет: «Нам не нужны «массы» - нам нужны «дифференцированные» люди…» По словам того же Р. Бычкова эти «дифференцированные» люди не должны обращать ни малейшего внимания на зримое неравенство сил. «Все т. наз. Новое Время силы реакции проигрывали силам революции. Но это не навсегда. О том свидетельствует един от древних отцов авва Пимен: «сперва беги один раз, - потом беги, а далее – будь как меч». Вслед за Р. Бычковым мы готовы повторить: «Мы обращаем свое слово лишь к тем немногим, кому удалось переплавить свою «ветхость», свой «труп» в меч.

В действительности современной России нужна особая аскетическая элита, готовая к суровой и напряженной жизни, презирающая праздность и роскошь, объединенная в такую орденскую сеть, которая не будет носить даже следы организованной структуры. Это будет организация одиночек, имеющих различные понятия о тактике политических шагов, но организация, незримо скрепленная священными принципами, за которые люди готовы сражаться и умирать. Такую организацию невозможно разгромить или разложить «засланными казачками».

Удивительный духовный и политический баланс сословий, сложившийся на Руси окончательно во времена правления Иоанна Васильевича Грозного, длился не долго. Уже в конце XVII в. начался отказ аристократии от векового идеала. К XIX в. ведущий слой России, ее элита окончательно порвала всю корневую систему, связывающую ее с родной почвой. Одновременно началось и этническое размывание аристократии. Высшие сословия потеряли национальное лицо не только в религиозном и культурном плане, но и в чисто биологическом. Последний фактор обычно не учитывался в русской историографии XX в. Однако,  он неразрывно, генетически связан с духовной апостасией правящего слоя России. На короткий момент исторического бытия носителями идеала Святой Руси стали низшие сословия. И, несмотря на то, что из купечества и крестьянства вышло тоже немало святых нашей Церкви, оказалось, что низы не в состоянии удержать в чистоте священную традицию и выступить в роли её легитимных носителей. И пока господа развлекались "духовным" маскарадом во "франкмасонских ложах", черный люд удовлетворял свои специфические духовные запросы в многочисленных сектах, порождаемых, зачастую, истеричной средой духовно надломленных старообрядческих групп, исторически лишенных представителей высших сословий в своих рядах.

Россия неминуемо сползала к катастрофе 1917 года. Идеал России, её душа осталась без народного тела, так как тело это без духовного стержня расползалось буквально на лоскутки. Распад затронул не только сословия, семью; распадалась и продолжает распадаться личность русского человека. Именно этот процесс "гниения" предчувствовал в нас замечательный русский мыслитель К.Н. Леонтьев. Певец многоцветной чистоты культурных и исторических этнотипов, враг либерального апокалиптического всесмешения. Грех кровосмесительства нашего дворянства страшен тем, что элита не может быть расово чуждой основному этносу государства, иначе конец исторического бытия народа  неизбежен. Мы уже отмечали выше, что наша военная аристократия со времен Гостомысла и Рюрика была этнобиологической квинтэссенцией кровного единства восточных славян, выступая и как расовое, и как духовное ядро святорусского народа. Именно на этом фундаменте базировалось историческое право власти династии Рюрика и потомков дружинного слоя, некогда славного и воинственного русского дворянства. Наша аристократия всегда была связана со своим народом кровно,  и через эту кровную связь народ приобщался к духовному и культурному наследию элиты. К февралю 1917 г. подобной связи давно не существовало. Россия погрузилась в пучину хаоса как некогда Атлантида в  воды океана.

Иван Ильин писал: «Когда крушение коммунистического строя станет свершившимся фактом и настоящая Россия начнет возрождаться, - русский народ увидит себя без ведущего слоя... То, в чем Россия будет нуждаться прежде всего, и больше всего, - будет новый ведущий слой…Вести свой народ есть не привилегия, а обязанность лучших людей страны…Россия может спастись только выделением лучших людей, отстаивающих не партийный интерес...". Иван Александрович Ильин считал, что Белая армия станет творческой основой, ферментом, цементом русской национальной армии, и в своих недрах она сделается орденом чести, служения и верности. И этот орден возродит не только русскую армию, но и русскую гражданственность – на основах верности, служения и чести. В определенном смысле, в смысле начала новой орденской традиции в России Белое движение,  конечно,  стало тем живительным ферментом для будущих поколений, о котором и мечтал Иван Ильин. Но возникает законный вопрос, на какой «социально-организационной базе» может состояться объединение лучших сейчас в России 21 века. Где тот живой социальный организм, который в силах решить эту задачу в современной России. Ни силовые структуры, ни партии, ни общественные организации не способны стать центром притяжения лучших, в силу одной своей органической сопричастности псевдогосударственному организму под двумя литерами: РФ. Остается Русская Православная Церковь. Однако, как справедливо указывает Р.В. Бычков: «…Церкви Русской нет как единого духовно-здравого вероисповедного и организационного единства. Церковь раздроблена на множество враждующих меж собой направлений и  «юрисдикций» (оставаясь, безусловно, Единой в своей мистической полноте – авт.), несогласных подчас в самых основах православного вероучения. Плюс ко всему прочему, многие, ортодоксально настроенные православные граждане, подозревают, что церковно-административная власть в большинстве сих образований захвачена полутайными и полуявными агентами «тайны беззакония». И единственное, что остается неокончательно погубленным изо всего русского – есть Русская Кровь».

Замечательные слова русского мыслителя предуказуют нам существенный критерий, по которому будет подбираться новая русская элита. Кровь, это все, что у нас осталось и что делает нас сопричастными историческому великому русскому племени святых и героев. Не будет понимание этого важнейшего вопроса нашей борьбы, не будет и русского народа. И тогда бессмысленными станут упования на любые институты, сохраняющие хотя бы видимость преемственности к русской государственности. Не будет русского народа, не будет и Русской Православной Церкви. Поразительным примером в этом отношении является история Русской Церкви в Зарубежье. Как только из заграничной Церкви стала испаряться присущая ей русскость, так она потеряла всякое оправдание своего автономного существования вне Московской Патриархии. Интуитивно зарубежные иерархи почувствовали, что без реальной связи с Россией, они тихо прекратят свое существование. Объединение с Патриархией стало единственной возможностью сохраниться на чужбине. На задний план отошли до сих пор сложные вопросы и противоречия между двумя основными частями Русской Поместной Церкви.

За всеми догматическими и политическими спорами, оказывается, скрывался главный фактор, позволявший Русской Церкви за границей осуществлять свою пасторскую, миссионерскую деятельность, а также незыблемо пребывать в «подвиге русскости» перед лицом мировой апостасии. В этой церкви были лучшие сыны России, волею судеб оказавшиеся на чужбине.

Ушли поколения духовных богатырей и оскудела РПЦЗ, ощутив острейший кризис своей жизни в отрыве от родины и от русского народа, пусть и не до конца излеченного от советчины. По воле Божией само объединение двух частей Русской Церкви поможет изжить остатки старых недугов и на родине и за рубежом оной. И многое, очень многое в этом вопросе будет зависеть не от иерархии, а от паствы.

Мы берем на себя смелость утверждать, что не будет уже никакой надобности в продолжении  истории, последним субъектом которой являлся, пусть и тяжело больной ныне, русский православный народ, или, лучше сказать, те этнические осколки, что от него остались.

Для тщедушной «православной общественности» расово-биологический  вопрос национального бытия  всегда казался чем-то недопустимо страшным, о чем еще советские власти запрещали даже думать. Есть среди этой общественности и те, которые в штыки принимают любую попытку рассмотреть этот вопрос в свете православной традиции и современной ситуации, когда «тайна беззакония» перестает быть тайной, но стремиться стать прямо-таки нормой жизни.

Первое, что приходит на ум противникам рассмотрения человеческого общества через принадлежность к определенным этно-биологическим, и обусловленных этим фактором, этно-психологических типов, известная Евангельская цитата, которую постоянно вырывают из контекста, что нет ни эллина ни иудея, но все едины во Христе. Между прочим, в данной цитате сказано, что при условии истинного единства во Христе стираются грани и между мужчиной и женщиной. Однако, в реальной земной жизни мы видим, что половые различия продолжают сохраняться, а попытка стереть границу между полами предпринимают столь далекие от Христа люди, что об этом даже стыдно и говорить. Ну и как, наверное, заметили читатели по собственному опыту общения в православной среде, настаивают на отсутствие различия между эллином и иудеем отнюдь не эллины, да и не ортодоксальные иудеи, а те, которые даже в Христианство пытаются протащить ветхий и вонючий хлам Богом отвергнутого иудаизма.

Предлагаю хорошенько вчитаться и усвоить следующие мысли Р.В. Бычкова: «Надобно ясно сознавать всем взыскующим «Евангельского идеала, смысла и идеи жизни», что «тайна беззакония» имеет свою хорошо продуманную и неуклонно осуществляемую расовую подрывную «программу». Не осознавши сего с достодолжной полнотой, никак невозможно надеяться сколь-нибудь успешно противостоять  погибельному шествию беззакония…Так в первом издании БСЭ (1930-х годов), в статье «Расы» читателю-христианину нетрудно расслышать голос, исходящий из самой сердцевины тайны беззакония: «Есть все основания предполагать, что в будущем характерное для человека смешение между расами усилится. После победы социализма во всем мире…рухнут последние препоны к межрасовой метисации. Еще Маркс и Энгельс писали, что «даже естественно возникшие родовые различия, например, расовые…, могут и должны быть устранены историческим развитием /Соч., Т.4, с. 143/…Среди народов СССР интенсивно развертывается процесс смешения разнообразных расовых типов. Расовые ареалы исчезают на наших глазах. С течением времени границы между расовой и индивидуальной изменчивостью физического типа будут все более стираться, так как повсеместно возникнут новые, бесчисленных сочетаний «расовые признаки», лишенные какой-либо географической локализации. Вместе с тем и сами расы постепенно перестанут существовать как реальные совокупности, связанные с определенной территорией».

Декларируемое повсеместное стирание расовых границ – есть, в христианской апокалиптической перспективе, существеннейший элемент приуготавливаемого древней «тайной беззакония» царства сына погибели – антихриста. В оном темном царстве людская масса представляет из себя управляемое стадо (формально аналогичное стаду Христову), пастырем коего должен выступить также «формально аналогичный» Спасителю (вернее же – лишь имитирующий Христа) Его противообраз – «антитип» - антихрист. На уровне физиологии сему соответствует искусственное выведение смешанной расы людей – так называемой «серой расы».

В силу вышесказанного одной из задач будущей русской элиты будет непреклонное сопротивление творцам бесцветного человечества путем сохранения своей исторической расовой идентичности.

Надеемся, что здравомыслящие люди не увидят здесь никакой ксенофобии. С православной точки зрения крайне важным является  сохранение своего этнического и культурного лица буквально всеми народами земли, в чем есть их безусловное благо. Именно навязываемое смешение народов и ведет к нарастанию напряженности и нетерпимости. Древние общества, хранящие свою чистоту, одновременно и понятия не имели о расовой ненависти, как не имеет никакой ненависти ребенок, похожий на своих родителей, к другому, похожему, в свою очередь, на своих папу и маму. Дети интуитивно ищут себе друзей и подруг в чем-то неуловимо похожих на их родителей. Из этих интуитивных ощущений внутренней близости, выраженной внешними признаками, рождаются счастливые семьи. По этому же принципу рождались и народы со своим уникальным лицом и душевными свойствами, сохраняя которые никто никого не обижает и не делает ничего дурного.

 Еще один немаловажный критерий, по которому в будущем будет выкристаллизовываться новая русская элита – это деятельное противостояние разрушительному воздействию современной массовой культуры и образу жизни людей готовых занять деятельную позицию, присущую воину, который охотно делает риск и дисциплину неотъемлемой частью собственного напряженного образа жизни, сглаживая на персональном уровне различия между мирной и военной жизнью.

Эвола писал: «…Способность того или иного индивида приспособиться к этому напряжению, полюбить его, может стать основой для нового отбора, для создания новых, реальных и жизненных иерархий, которые получат естественное признание у каждого здорового человека. Понятно, что народы, сумевшие удовлетворительно реализовать указанные предпосылки, не только окажутся лучше подготовленными к войне, но и сама война обретет для них высшее значение».

Перед нами Историей поставлен вопрос о  жизни и смерти нации. Мы должны четко определить и "запустить" механизм поиска, выделения лучших людей. Перед нами грандиозная задача по формированию новой аристократии, духовной элиты русского народа, законных преемников национального идеала Святой Руси. Современный русский поэт Сергей Яшин, в стихотворении «Орден» гениально просто означил русскую национальную идею начала 21 века в четверостишии: «Мистический орден,

                                   Опричное братство.

                                   Кто чистопороден,

                                   Тот наше богатство».          

Центрами притяжения лучших, по определению И.А.Ильина, не могут, да и не способны стать ни политические партии, ни иного характера и рода деятельности общественные организации. Необходима организация более высокого, духовного измерения, организация-магнит. Она должна притянуть, по определению М.О. Меньшикова, последних носителей благородного металла богатырской расы русичей, рыцарей веры.

Мысли этого публициста предреволюционной эпохи перекликаются с идеями современного журналиста А.Алексеева: "Что же делать? Собирать Русь. Несмотря ни на что, она жива. В данном случае речь идет не о территории, а об изначальном северно-европейском ядре русского народа, распыленного сегодня в огромной постсоветской биомассе".

Удивительна перекличка русских людей через пропасть в 80 лет. Русь жива. Волей Господа нашего Иисуса Христа на нас возложена миссия стоять под Крестом до конца времен, стоять не в качестве серой теплохладной запуганной массы денационализированных обывателей, но — святорусским народом с непоколебимой горячей верой в сердцах.

В попытке подменить собой истинную элиту народа по инициативе «сверху» потомки истинные и мнимые российского дворянства стали организовывать по городам и весям «дворянские собрания». Свою задачу «дворяне» видят в служении абстрактному Отечеству при любой власти, при условии, что власть эта признает их «за своих»,  и допустит до кормушки всевозможных благ. Они ничему не научились. Ими полагается в основу «возрождения» дворянства как раз то, что более многого другого и погубило историческую Россию. Что такое Россия без Истинного Православия, без Самодержавной монархии,  без духовно и физически здорового русского народа? Это отвратительный сатанинский фарс, которому представители истинной элиты служить не будут.

Отбор нового дворянства минует «дворянские собрания» либеральных вырожденцев не способных доказать свое право благородства с оружием в руках, что всегда и определяло дворянина в России и Европе. Элита грядущей России всегда должна помнить, что Царство Божие не от мiра сего. Мiр сей лежит во зле. И потому не должно любить мiра, «ни того, что в мiре: кто любит мiр, в том нет любви Отчей…» (1 Иоан.II, 15).

Еще раз предоставим слово Игорю Лавриненко: «Мiр, который ненавидит Господа, следует возненавидеть и нам. И возненавидев, превратить в арену битвы, в арену постоянной борьбы со злом…Для этого нужны Воины Христовы, Рыцари Духа….Нужны лучшие. Нужны аристократы. Нужна элита. Но ее немного найдется среди аристократов по крови. Многие из них предательством Русской Идеи уже осквернили свою некогда благородную кровь. Нам нужны новые аристократы – Аристократы Духа. Аристократы, получившие Дух свыше. Ибо никто не вливает «вина молодого в мехи ветхие; а иначе прорываются мехи, и вино вытекает, и мехи пропадают; но вино молодое вливают в новые мехи, и сберегается то и другое» (Мф. IX, 17).

Молодая кровь бурлит как молодое вино. Стать такими новыми мехами для вина гнева Божия – честь для каждого Русского человека. И эта честь не продается. Ее нельзя купить. Она может быть только дарована Свыше. И только тому, кто в эту высь устремлен…Дух битвы очищает кровь! Наш долг возродить славные идеалы белой христианской Европы и восстановить затронутую честь». Наш долг обрушить крестоносный меч отмщения на тех, чьи отцы незаконно узурпировали власть в Православной России, на тех, кто подло продолжает пользоваться этой власти для разрушения и уничтожения остатков некогда самой величественной империи в истории человечества! Исполнить священное отмщение и отвоевать свою Родину могут только бойцы, спаенные в  духовную кольчугу священными узами братства по оружию, братства последних Крестоносцев.

С сожалением нужно признать, что большинство наших современников уже не способны воспринимать не только духовно, но и психологически священные понятия и идеалы. За рекордно короткий период масса русского населения прошла важнейшие ступени контрэволюци: от человека духовного - через человека разумного - до человека неразумного. Процесс продолжается, угрожая оставить от последнего словосочетания лишь прилагательное. Сбываются мечты творцов (или фальсификаторов) плана «Ост» Гиммлера, Розенберга и их товарищей по партии. Ими планировалось искусственное снижение рождаемости русских. Для русских людей не допускалась возможность получения высшего образования. Гиммлер подчеркивал: «Важно, чтобы на русской территории население в своем большинстве состояло из людей примитивного полуеврейского типа…Эта масса расово неполноценных тупых людей нуждается…в руководстве». Замете, речь не шла о поголовном уничтожении евреев или русских. Все было гораздо более прозаичным. Нацисты ставили перед собой ту же большевистскую цель на месте государства русского народа и союзных ему народов и племен, создать управляемую территорию, населенную той самой расовой смесью, которую в своих документах коммунисты гордо именовали новой исторической общностью людей, советским народом, совком по-простонародному.

Вот именно эту ситуацию мы и видим сейчас в постсоветской России в изумительной завершенности. Вышеуказанные примитивы сейчас обсели всю властную пирамиду. Они везде от президентского окружения до прямоходящих и иногда членораздельно говорящих избранников примерно голосующих толп идиотов, в Думе – этом священном чучеле давно издохшего «козла отпущения» либеральной политической власти,  чучеле, которое каждые четыре года наполняют свежими опилками во избежание дурного запаха.

Однако удивляет поразительная неосведомленность лидеров Третьего Рейха о состоянии дел в предвоенной Советской России. Еще в 1899 году в Казанском журнале «Деятель» владыка Антоний Храповицкий дает убийственную характеристику массе еще недавно бывшей великим русским народом: «Это уже не народ, но гниющий труп, который гниение свое принимает за жизнь, а живут на нем и в нем лишь кроты, черви и поганые насекомые, радующиеся тому, что тело умерло и гниет, ибо в живом теле не было бы удовлетворения их жадности, не было бы для них жизни». Вот так: кроты, черви и поганые насекомые.

При очень большом желании,  и в случае имеющегося досуга,  каждый может сам подставить под вышеуказанные твари,  прикровенно обозначенные  Владыкой,  представителей, означенного выше, примитивного полуеврейского типа, инородцев разного цвета и причудливых оттенков и, конечно,  толпу «совков», худых и обиженных, сытых и довольных, которые имеют наглость называть себя русскими. 

Теперь все усилия должны быть направлены на то, чтобы те немногие, кто жив для Русской Идеи, нашли друг друга и стали "новым дворянством", кто волевым усилием вернет себе Родину. В этой титанической работе — не ограничиться лишь призывами к единению и соборности. Да, соборность присуща русскому духу. Без этого нет русского человека, нет, и не будет России. Все усилия духовного, политического или организационного характера будут направлены в пустоту без соборного единства русского народа в Церкви Христовой. Но не стоит обманываться ожиданием широкого народного политического движения. Не стоит уповать и на социальный взрыв недовольных, который, якобы, станет началом национального и духовного пробуждения народных масс. "Поход" за колбасой никогда не перерастет в крестовый поход к Гробу Господню. Необходимо четко высказать главную идею. Соборное единство будет по необходимости иметь элитарный характер. Насколько крепка будет эта элита русского народа, насколько четко она выговорит и осознает для себя задачи современности в свете векового идеала Святой Руси — зависит будущее России.

Нельзя забывать, что священное бремя быть третьим, избранным для служения Истине, народом — после иудеев и греков — требует от живущего в истории, а не на ее обочине, русского народа подвига.

Много ли людей готово сейчас сделать девизом своей жизни идеал Святой Руси, который был, есть и будет святым и тернистым путем духовной брани? Очевидно, что немного. Но только на этом пути русский человек может раскрыть дары Божии, которыми он столь щедро наделен. За этой могучей кучкой верных - будущее России. Именно поэтому сейчас нужна тщательная работа по отбору и объединению людей. Эпоха "призывных наборов" в многочисленные русские партии прошла. Для объединения нового типа нужен новый критерий подбора. Смысл его заключен в крылатой фразе, брошенной в изумлении иностранцем посреди бранного поля: «И один ты в поле воин, если ты по-русски скроен. Не материя, а дух, не деньги и технические средства, а духовная и политическая воля являются решающими в этой борьбе.

Наш знаменитый и убежденный противник У.Черчилль говорил: "Все великие дела решаются не машинами и приборами, но силой воли". Русская история тому ярчайшее подтверждение.

Важные мысли по поводу формирования национальной элиты высказал и современный русский публицист зарубежья Вл. Нилов. Отвечая на вопросы главного редактора "Исторической газеты", он заметил: "Элита стоит в таком же отношении к русской "интеллигенции", как гений — к злодейству: они несовместимы, они исключают друг друга. Сам вопрос "отношения к русской интеллигенции (элите)" явно указывает, что истинная роль "интеллигенции" — книга за семью печатями для большинства людей. Необходимо постоянно напоминать слова Ивана Солоневича: "Русская интеллигенция есть самый страшный враг русского народа...". Далее Вл.Нилов разъясняет свою позицию: "Элита подразумевает цвет нации, ее ум, волю и национальное сознание вождей народа, который она возглавляет на пользу и благо государства. Русская интеллигенция есть полная противоположность понятию элиты. П. Струве еще до революции писал о том, что «русская интеллигенция безгосударственна, безрелигиозна, беспочвенна». В ответ на вопрос "что делать?" Вл.Нилов предложил цитату Бисмарка: "Нация — это единицы выдающихся личностей перед большим количеством нулей, благодаря которым нули и превращаются в многозначное число". Итак, народ может стать силой, если его возглавят личности, объединенные идеей борьбы за Святую Русь наперекор всему цивилизованному миру апостасии, вооруженного ракетами и компьютерами..

В России национально-мыслящая и национально-чувствующая прослойка исторически составляла меньшинство образованного слоя. Еще 77 лет назад князь Н.Трубецкой писал о том, что не оружие, а национальное сознание элиты есть единственное эффективное средство противостояния внешней агрессии.

Из пропасти революционного хаоса к нам звучит призыв:  "Создание и воспитание русской национальной элиты должно быть № 1 на месте приоритетов". Слишком позднее понимание этой непреложной истины стоило нам очень дорого.

Элита как духовное, культурное и политическое тело хранит и идеологически оформляет в соответствии с историческим временем священные основы национального бытия,  ценностные и мировоззренческие ориентиры этноса и государственной нации в целом, обуславливает идентичность исторической преемственности идеалов многих поколений народа. Элита определяет национально-государственное оформление этноса, его культурное и цивилизационное лицо. Национальная элита связана живой связью с народом, но не сводима лишь к выражению народной культуры на более высоком интеллектуальном уровне. Элита сама — генератор идей, волевой творец культуры. Элита также не сводима к политическому истеблишменту. Она не имеет сегодня и четко выраженных социально-сословных характеристик. Еще раз напомним, что ее социальная база потенциально находится в самых широких слоях общества.

Мы обязаны понимать, что именно такой элиты у русского народа нет. Есть люди-маяки русской культуры, художники, писатели. Есть храбрые офицеры и солдаты. Есть замечательные священники и монахи. А элиты нет. Нет того единого духовного и организационного поля, где все эти люди могли бы осознать себя единым и живым организмом, душой и мозгом нации. Современный православный приход тоже не может ставить перед собой несвойственную ему задачу по формированию элиты, которая призвана будет, от лица православного народа,  действовать на политическом поле в неправославном мире светского государства, как этого ожидают некоторые соотечественники.

У истинной элиты должно быть одно отличительное свойство – воля к власти. Та самая воля, которая двигала нашими предками, когда они создавали величайшую в мире Империю, и которая почти полностью утеряна в массе безвольных потомков некогда стального племени русских!

Церковная ограда и орденская организация.

Безусловно, русский народ может существовать в истории только как Православный народ, народ-церковь. Вне православной Церкви народ наш не может быть не только Великим, не только государственным, но и, в течение одного поколения, как показывает история, теряет свою русскость, легко смешивается с иноверцами и инородцами и пополняет ряды «совков» или «рассеян» - передового отряда чаемой масонами «серой расы».

И вот тут перед нами встает весьма болезненный, но  и самый важный вопрос нашего национального и личного спасения – вопрос об истинном Православии различных юрисдикций, и их отношения к  незримому, единому мистическому телу Поместной Русской Православной Церкви. Этот вопрос отнюдь не сводится к проблеме воссоединения Русской Зарубежной Церкви и Московского Патриархата. Это даже не еще более серьезный вопрос, связанный с поныне нерешенной проблемой преодоления раскола XVII века в нашей Русской Церкви.

Конечно же, границы Церкви не совпадают с границами современных, многочисленных православных юрисдикций. Они значительно шире. Для метущихся душ нужно помнить одно: Будь верен Церкви Христовой, не какой либо юрисдикции или приходу, не любимому духовному лицу и известному иерарху, а Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви, основанной самим Христом, Единой в своей исторической жизни и сверхъисторическом совершенстве и полноте, чьей мифопоэтической «иконой» для русского народа является невидимый город праведников -  Китеж,  таинственно и прикровенно стоящий над задумчивыми водами озера Светлояра.. Верность Русской Православной Церкви -  это вопрос о той Священной Хоругви,  вокруг которой только и может быть собрана новая национальная элита многострадального  и почти уже мертвого русского народа. Нам надлежит помнить и о том, что в силу апостольского преемства,  в общем строении церковной жизни епископат знаменует собой лик апостольский. Но, как известно, в числе избранного лика апостолов Христовых не обошлось без Иуды-предателя. Факт этот предзнаменует собой то, что и в лике преемников апостолов, православных епископов, к концу времен вызреет и проявит себя некоторым образом «коллективный Иуда», содействующий скорейшему воцарению на земле антихриста. Этот факт не есть досужий домысел «взбунтовавшихся» мирян, но своего рода откровение наших духоносных и святых отцов.

Мы живем во время, когда «тайна беззакония» начинает разлагать церковную среду. В 16 веке Опричнина Грозного Царя прообразовала собой предконечное разделение Церкви верных от церкви предателей, в котором любому русскому человеку необходимо сделать единственно правильный выбор. Предание Церковное находит мало обнадеживающих слов применительно к лжехристианам последних времен, но по отношению к «архиерейскому чину», в среде которого измена Христу видится в свете Священного Предания чуть ли не тотальной, никаких «смягчающих вину обстоятельств» Преданием не предусмотрено.

О том, что измена Богу при скончании времен усугубленным образом проявит себя именно в архиерейской среде, пророчествовали многие и древние, и относительно новые подвижники благочестия. Как говорил св. Феофан Полтавский, духовник последнего русского Государя: «Времена тихие и спокойные кончились. Впереди горе ждет людей и тяжкие страдания. Прежде всего, будет мировая война, как и сказано в Евангелии: «восстанет бо язык на язык и царство на царство» (Мф. 24, 7). За преумножение беззаконий, за богоотступление, которое Господь нарек «мерзость запустения стоящу на месте святе» (Мф. 24, 14), иными словами, это – Церковь, за грехи в первую очередь епископата, а затем и священничества, как и начальствующих лиц в государстве, за все это Господь попускает … В Церкви бедствия дойдут до того, что верными Богу останутся только два, много -  три иерарха. Я не говорю от себя. А то, что я слышал от богодухновенных старцев, то и передал…Господь помилует Россию ради малого остатка истинно верующих. В России, говорили старцы, по воле народа будет восстановлена Монархия, Самодержавная власть. Господь предъизбрал будущего Царя. Это будет человек пламенной веры, гениального ума и железной воли. Он, прежде всего наведет порядок в Церкви Православной, удалив всех неистинных, теплохладных архиереев. И многие, очень многие, за малыми исключениями, будут устранены, а новые, истинные, непоколебимые архиереи встанут на их место. По женской линии он будет из рода Романовых. Россия будет мощным государством, но лишь на малое время…» (Россия перед вторым пришествием, т. 2, М., 1998 г., с. 436).

Здесь мы вплотную подходим к проблеме орденской организации православных христиан последних времен. Смысл существования православного ордена, не тайного, но открыто стоящего за истину, что не исключает тайного членства из тактических соображений, как раз и заключается в том, чтобы в нужный момент сплотиться вокруг верных истинному православию иерархов и стоять до конца в верности монархическому принципу, именно и только принципу, но неконкретным претендентам на престол,  даже и тогда когда грядущий Монарх еще прикровенно скрыт от верующих сердец!

Из последних пророчеств имеет смысл привести в качестве яркого примера отступления иерархии сказанное в 1922 году Оптинским старцем Анатолием (Потаповым), в котором говорится: «Ереси распространятся повсюду и прельстят многих. Враг рода человеческого будет действовать хитростью, чтобы, если возможно, склонить к ереси и избранных. Он не будет грубо отвергать догматы святой Троицы, Божества Иисуса Христа и достоинства Богородицы, а незаметно станет искажать переданные святыми отцами от Духа Святого учения Церкви, и самый дух Ее и уставы, и эти ухищрения врага заметят только немногие, наиболее искусные в духовной жизни. Еретики возьмут власть над Церковью, всюду будут ставить своих слуг и благочестие будет в пренебрежении…Посему, сын мой, как увидишь нарушение Божественного чина в Церкви, отеческого предания и установленного Богом порядка, - знай, что еретики уже появились, хотя, может быть, и будут до времени скрывать свое нечестие или будут искажать Божественную веру незаметно, чтобы еще более успеть, прельщая и завлекая неопытных в сети. Гонение будет не только на пастырей, но и на всех рабов Божиих, ибо бес, руководящий ересью, не потерпит благочестия. Узнавай их, сих волков в овечьей шкуре, по их горделивому нраву, властолюбию…». В приведенных выше словах старца самой ключевой является фраза: еретики возьмут власть над Церковью! Процесс этот, по всей видимости, начался давно, если уже вообще не подходит к страшному концу. И перед людьми, понимающими глубокую болезнь нашей иерархии, возникает сложнейший вопрос, куда идти? Зачастую начинается болезненное кочевание по юрисдикциям в поисках «истинного» Православия. Но поскольку, по верному слову преп. Исаака Сирина и самое совершенство совершенных не совершенно, то данный путь может обернуться для ищущего «дурной бесконечностью» с печальным концом духовного ступора. Кончается такое путешествие зачастую тем, что «ревнитель» истинности искренне начинает себя самого считать последним «вместилищем» искомой Истины, что заканчивается духовной смертью еще при жизни. Кроме всего прочего, подобные перемещения людей из одной юрисдикции в другую, рискуют выродится в самый банальный и антиканоничный «бунт мирян».

Церковь устроена иерархически, и, несмотря на обстоятельства, тотальной измены епископата, попытки наладить ход церковной жизни снизу приводят в конечном итоге к еще большему расстройству всего организма. В иерархическом церковном устройстве Вселенского Православия существовало лишь одно лицо, имевшее законом определенную «юрисдикцию» над епископами. Этим лицом являлся Вселенский Император, Православный Царь, названный виднейшим русским канонистом проф. Н. Суворовым «церковноустройственным фактором», «верховным субъектом правообразования в Церкви».

Православный Государь являлся «внешним епископом Церкви», получавший особые благодатные дары Божии в чине особого царского миропомазания. Одному лишь ему были преподаны от Господа сила и власть смирять горделивое властолюбие и низменные поползновения митроносных особ, каковые, увы, случались. Такова от века, удерживающая «тайну беззакония» в лоне самой Церкви,  роль православного Царя. Таковой эта роль и была кодифицирована в Основных Законах Российской империи, где сказано: «Император, яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей Веры и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния». Ряд современных православных авторов указывает на очень важный факт, необходимый для правильного уяснения проблемы всеми православными людьми: «Православие есть, в видимой сфере, не что иное, как двуединство Церкви и Царства и что, по отъятии «Удерживающего» самое Православие (в земном, разумеется, аспекте) перестает существовать как единое целое, а существует в виде все более и более дробящихся церковных групп (или, как они предпочитают себя называть, «юрисдикций»), постоянно враждующих между собой и комично настаивающих на своем эксклюзивном тождестве с «Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью» Символа Веры». «Ибо написано: поражу пастыря и рассеются овцы» (Мк. 14, 27).

Князь Жевахов в своих воспоминаниях поместил письмо одного из своих духовных друзей, содержащее ряд справедливых суждений по этой проблеме. «Я опасаюсь, - пишет друг Н.Д. Жевахова, - что без православного Монарха, при соборном строе, наша Церковь рассыплется и появится столько церквей, сколько будет поместных соборов. Отчасти что наблюдается и теперь. На развалинах русской Церкви, кроме бесчисленных сект, до жидовствующих включительно, мы имеем: старообрядческую, единоверческую, никонианскую, живую, красную, якобы «древне-апостольскую», и украинскую церковь. Итого уже шесть! Что же будет дальше?! (8 ноября 1922 года)». Вот трагический результат предательства своего Царя. Начало отступления архиерейского от церковно-монархического предания можно видеть в деятельности «князей церкви» уже в 17 веке, но катастрофические размеры это предательство приобрело в марте 1917 года. В февральском перевороте были замешаны многие из тогдашних известных архиереев. Вспомним многочисленные молебны о «благоверном временном правительстве»! И это при живом помазаннике Божием! И уж конечно как следствие февральского предательства, и молчаливого отступничества от монархического предания почти всего Собора 1917-18 годов, прозвучали печально известные слова лжеприсяги Советам: «ваши радости – наши радости». Если кто-то безапелляционно настаивает на том, что в Русской Церкви за рубежом Отечества все было распрекрасно и благочестиво, то он глубоко заблуждается. Уместно вспомнить показательный эпизод из церковной жизни Русского Зарубежья. В январе 1927 года несколько деятелей русского монархического движения (среди которых были такие известные лица как, например, ген. А. Нечволодов или Н. Степанов) направили в Зарубежный Синод свое «Обращение» в связи с разоблаченным ими усилением абсолютно недопустимого масонского влияния на руководство Зарубежной Церкви. Сложно сейчас говорить о серьезности угрозы внутреннего перерождения зарубежной иерархии в тот период, для нас важен сам вывод, сделанный авторами «Обращения». Многим современным ревнителям Зарубежной Церкви необходимо помнить сколь нелегким был путь канонизации Царской семьи в русском рассеянии. Важно знать, что даже будущий, во многих отношениях, замечательный первоиерарх Русской Зарубежной Церкви митрополит Виталий был, сначала, против канонизации. Лишь настойчивая просветительская деятельность членов Российского Имперского Союза-Ордена, вкупе с немногими верными Истине иерархами переломила общее мнение в вопросе канонизации.

У всякого верного чада Церкви, в связи с этим, возникает болезненный вопрос, полный недоумения. А, что же, в данной неутешительной ситуации,  делать нам, простым прихожанам разных храмов недружелюбных меж собой юрисдикций? Неужели спасемся в пассивном ожидании? Конечно,  нет! А что же предпринять, чтобы, не дай Бог, не погрешить против своей совести и остаться на твердой канонической основе православного фундамента нашей нравственности и чести? Не первый раз Церковь переживает подобные нестроения. Другое дело, что в древности они не столь сильно угрожали самому существованию православной веры в православных империях. Сейчас иное дело. Но лекарство, приготовленное для нас отцами Церкви,  действенно и поныне. В Церкви, как учил св. Иоанн Златоуст, должно господствовать свободное исследование истины. Церковь же должна проверять личные мнения христианина, выходя не из логических посылок, а из внутреннего интуитивного проникновения в смысл Божественных истин.

Последнее откровение или озарение идет от Божественного Основателя Церкви и присуще одинаково как ученым, так и невеждам, писал в комментариях на апостольские послания Златоуст (На 1 Тим. Бес. II, 1, 2, XII, II.). И если мiрянин живет жизнью Церкви, то он, несомненно, обладает и присущей ей истиною. В силу этого, мiрянин обладает таким же правом на учительство в Церкви, как и иерархия! Различие лишь в степени и объеме допустимого учительства, но никак не в сущности его.

Уже одна эта мысль дозволяет нам обрести твердые канонические основания для активной деятельности в деле охранения чистоты веры, позволяет вести указанную творческую деятельность на путях поиска организационных возможностей, позволяющих решать эту сложнейшую задачу.

Ничто не ново под луной. Народ церковный уже во времена св. Иоанна Златоуста «до безумия был занят житейскими попечениями», по словам самого святого, и погрязал во всевозможных пороках. В клир вторгались «беззаконники и откупщики». Уже тогда Златоуст видел, сколь необходимы были внешние средства в деле познавания и удержания церковной Истины, св. Писания и Предания. Клир и мiряне стоят в одинаковом отношении к этим источникам христианского ведения, тот и другой для них равно доступен и понятен.

Перед нами еще один монолит в основание важного дела самоорганизации мiрян перед лицом всеобщей апостасии, в рамках орденских православных братств и союзов. «Не ожидай другого учителя, - говорил Златоуст своей пастве. – Есть у тебя слово Божие, - никто не научит тебя так, как оно. Ведь другой учитель иногда многое скрывает то из тщеславия, то из зависти. Послушайте, прошу вас, все привязанные к сей жизни, приобретайте книги – врачество души. Если не хотите ничего другого, приобретайте, по крайней мере, Новый Завет, Деяния Апостольские, Евангелие – постоянных наших наставников» (На Колос. Бес. IX, 1, XI, I.).

Святитель полагал, что вследствие неимения наставника в вере, мiрянину необходимо самому напрягать свой ум к познанию Истины и не грех просить откровения у Бога! Нельзя мiрянину рассчитывать на готовое христианское мировоззрение, получаемое напрямую от священника. Мiрянин должен сам его для себя выработать при помощи тщательного, самостоятельного чтения и изучения Священного Писания. Народ церковный не имеет права безсознательно принимать учения, хотя бы последнее преподавалось людьми, принадлежавшими к церковной иерархии. Иначе получается вера в авторитет лиц, проповедующих определенное учение, а не в само учение, в его непосредственное содержание. Живая церковная жизнь при таком положении веще замирает. Народ со своей стороны не вносит никакого приращения к церковному телу, а клир, замкнутый в себе, не живет соками церковного тела и отпадает от него, как засохшая ветвь от древа живого.

Не эту ли печальную картину выпало нам наблюдать в преступном пассивном безразличие?! Святой Иоанн Златоуст особенно энергично восставал именно против пассивности народа даже в доктринальной стороне христианства и приветствовал деятельное участие мiрян в хранении и защите истинного церковного учения! Ведь клирики тоже люди со своими слабостями и немощами, следовательно, нельзя признавать их непогрешимыми и с детской наивностью принимать их учение как небесное откровение, лукаво оправдывая свою лень и бездеятельность надуманными, квази церковными правилами слепого послушания «батюшкам». Никакой особой  сложности для верующих мiрян в вопросах веры не существует. Например, критерием истинности того или другого проповедника должно быть согласие его с Священным Писанием. Чтобы не впасть в погибельную ересь, народу нельзя полагаться на священных пастырей, но составлять на основе Священного Писания определенное мнение о священных предметах Веры, которое бы в своей основе согласно было бы с учением предшествующих поколений Церкви Христовой.

Безусловно, при таком энергичном участии церковного народа не будет места в Церкви ни «католическому папизму», ни протестантской всенародной иерархии. Клир у нас не господствует над народом церковным, но является его «старшим братом», «советником в делах веры», а не «самодержавным властителем». «Как сознательно-христианский, церковный народ не может не принимать широкого участия в церковном управлении клира», - писал Златоуст (На Тит. Бес. I, 4, XI, II.). Серьезно занятый делами о вечном спасении, народ обязан живо интересоваться правоспособностью клира вести его к этой вожделенной цели человеческого бытия, и в случае необходимости брать бразды правления Церковным кораблем в свои руки. Отсюда естественно происходит то убеждение, что народ не имеет никакого права оставаться равнодушными как к избранию членов клира, так и к прохождению ими своего высокого служения. Златоуст, хотя и не одобрял беспорядков, которые нередко происходили при избрании клириков, но безусловно признает выборное начало иерархии как необходимый принцип церковного благоустройства. При соблюдении сего древнего правила, мы смогли бы избежать той ужасной деградации среди клириков, которое мы можем наблюдать сегодня, когда клир стал неподконтрольной мiрянам корпорацией церковной бюрократии.

Возвращение к этим порядкам немыслимо без самоорганизации церковной общественности в деле защиты Веры и священных основ Церкви и  государства. Принципиальным вопросом является и то, что Святитель всегда признавал необходимым для блага Церкви такой порядок вещей, при котором епископ не мог управлять Церковью по своему «произволу», «не давая никакого отчета», но чтобы управление его было «народным». Из этих слов св. Златоуста хорошо видно, что народ должен следить за тем, чтобы епископская кафедра была занимаема «законно», следовательно, ему нужно быть знакомым с апостольскими правилами, стать хранителем живого предания Церкви Вселенской, в чем сейчас является насущная необходимость и главное обоснование существования особого православного братского союза-ордена мирян и клириков перед лицом растущей мировой апостасии.

Понимая, что настоящие церковные порядки должны выходить из полноты древних времен, и как трудно одной иерархии сохранить тождественность в веках церковных установлений, народ должен сам отстаивать их ценность, целостность и неприкосновенность. Признавая выборное начало иерархии, согласное апостольским постановлениям, миряне всякого епископа, поставленного «законно», путем народного избрания, должны поддерживать, а занявшего кафедру иначе – отвергать. В этом определенный залог здоровья церковного организма. Конечно, народ не может лишить клирика священной степени в случае нарушения последним церковных законов, он может только просить об этом высшую иерархическую власть и отказаться от всякого общения с нарушителем норм церковной жизни! Святой Иоанн Златоуст искренне верил, что только при самодеятельности церковного народа возможна правильная приходская жизнь. Более того, Святитель считал, каждого христианина «священником, пророком и царем» (На 2 Кор. Бес. III, 5,7, X, II. На Евр. Бес. XI, 3, XII, I.), но в нравственном, а не в протестантском смысле.

М. Новоселов описывая церковную ситуацию в предреволюционной и пореволюционной России, писал следующее: «За последнее время нередко приходилось слышать голоса скорбного недоумения по поводу того обстоятельства, что наша иерархия запуталась в вопросе о стиле, а равно и в способах разрешения живоцерковного вопроса, - в то время как верующий народ обнаружил больше и ясности взгляда, и стойкости убеждения. Проскальзывает, а иногда открыто высказывается мысль, что «церковь заблудилась». Это нелепое и во многих отношениях крайне вредное отождествление иерархии с Церковью – обычное, к сожалению, явление в нашем обществе».

Ныне ничего не изменилось в лучшую сторону. Больно это признавать, но большое количество наших иерархов, в России и Заграницей, со времен Собора 1917-1918 г.г. блуждает в потемках собственных ошибок, маловерия, во мраке нераскаянного греха за попустительство убийства помазанника Божиего - Русского Царя. Только организованный в орденском братстве мир способен в этой сложнейшей ситуации стать хранителем Церкви Христовой, защитником ее белых риз. Надежды русской патриотической общественности долгое время возлагались на Русскую Зарубежную Церковь. Впрочем, раздавались и предупреждающие голоса, что слепая вера в непогрешимость Зарубежной Церкви была отчасти сродни общей русской болезни преклонения перед заграницей. Там, дескать, и солнце ярче, и сахар слаще, и Церковь лучше. До поры была лучше, но время это минуло.

Вернемся к процитированному выше «Обращению» к Зарубежному Синоду.

Худшие прогнозы русских патриотов Зарубежья, прежних и нынешних, касательно перерождения РПЦЗ, видимо, сбываются в наши дни. Но семена плевел среди пшеничных колосьев были посеяны давно в русской церковной иерархии. Еще до революции! Не распознанные вовремя ростки плевел стали заглушать добрые злаки, стремясь в наши дни окончательно засорить посев Истины. Время само диктовало необходимость братского объединения мирян, и не только, в деле орденского служения сохранения истинного Православия.

Обращаясь к заявлению русских монархистов в 1927 году, о котором было сказано выше, мы можем процитировать текст документа в передаче архиепископа Феофана Полтавского: «При этом они заявляют, что если не найдут поддержки в борьбе за чистоту Православия у Синода, то будут вынуждены «с верными Православию пастырями искать путей спасения Русской Церкви помимо Синода и даже вопреки ему», по примеру православных братств южной России в 16-17 веках. Иными словами авторы видели для себя возможность, ввиду явного отступления иерархов от истины Православия, воспользоваться историческим русским опытом для сохранения Веры в орденских братствах верных клириков и мирян. Это есть невостребованный нами, но весьма актуальный в наши дни, опыт русского православного Зарубежья.

По примеру православных братств, чья борьба происходила в условиях тотальной измены епископата, русская православно-монархическая борьба в современной России встает перед необходимостью искать путей спасения Русского государства и Русской Православной Церкви.

И путем спасения Отечества и Церкви будет неминуемо путь орденского, братского единения всех честных и верных пастырей любых юрисдикций с лучшими из мирян, не сложивших оружия и готовых идти до победы Русского Дела.

Многие православные люди приходят в ужас от одного только определения «орденское» для грядущего русского братства. Другие уверены, что коль скоро братство будет тайным, то оно неминуемо обратиться в полную противоположность от начала задуманного благого мероприятия и обязательно станет антихристианским, что случилось с орденом, тамплиеров, например. Эти страхи вполне обоснованы. Однако, мы заявляем, что у русского ордена нет и не будет тайных задач и планов, какие были у масонских лож. Мы не скрываем, что наш глава от начала был, есть и будет Господь наш Иисус Христос, и мы пребудем до конца верными чадами Его Церкви. Говоря о значении тайны, мы, как христиане, обязаны, прежде всего,  вспомнить Тайную Вечерю Спасителя, и то, что из той же потаенной от иудеев Сионской горницы, как из скрытого семени,  в день Сошествия Святаго Духа возросла наша Церковь!  В отличие от масонов и отца их диавола, мы не лжем своим рыцарям долга и веры. Наша цель от начала известна всем и мы не намерены ее укрывать! Мы не утверждаем лукаво, как-то любят делать тайные масонские агенты, что нас нет. Мы есть и будем до конца времен сражаться за Святую Русь. Мы – белое рыцарство Христа и православного русского Царя,  и имена наши ведает Бог. Мы – те, кто борется против духа разделения, против тех, кто раздирает хитон Церкви, растаскивая единую Святыню по автокефалиям, юрисдикциям и сектам. Но наши силы до времени должны зреть в тайне, чтобы молодые побеги новой национальной силы не могли быть уничтожены в зародыше.

Любая тайная организация современности, или организация непартийного типа имеет одну особенность, которая позволяет ей выживать и развиваться в условиях жесткого подавления инакомыслия современным весьма нетерпимым либеральным государством. Орден – это неформальный союз единиц, объединенных не столько организационно, сколько идейно. Это молчаливый, неписанный закон индивидуумов, готовых бороться за идею каждый на своем месте в совершенно автономном режиме до известного времени и предела. Это сообщество борцов, руководствующихся древним девизом: «И один ты в поле воин, если ты по-русски скроен!». Это - организация без определенных границ и очертаний, которая не боится административного нажима, официальных запретов и провокаторов. Это братство людей упорно созидающих на поле духовной и культурной консервативной революции. Каждый на своем месте работает по своему плану и до своей маленькой, но очень важной победы. Из этих маленьких побед в будущем обязательно вырастит одна большая победа.  Впрочем, орденская идея не исключает возможности существования внутри орденской системы создания организаций и союзов традиционного типа, с официальным статусом и прозрачной структурой, временных или постоянных.

Как бы там ни было, орден в таком виде есть братство единоверцев не подвластное разрушительным воздействиям системы. И в такой орденской,  организации наших сил и воли мы уподобляем себя древним христианам, которые без нужды не выставляли на всеобщее обозрение враждебному миру язычников ни свою жизнь, ни таинства своей веры. Первохристиане сохраняли тайну своей общинной жизни всегда, только если речь не шла об открытом исповедничестве и мученичестве, когда сама жизнь требовала от них подвига. И, тем не менее, из тайного мрака катакомб выросла Церковь и во всем своем величие и блеске Вечная Христианская Империя.

Теперь о самом, столь непривычном для «ортодоксального» православного уха слове – «орден». Латинское слово «ordo» можно перевести русским словом послушание. Орден и тайные организации в истории Европы не всегда одно и то же. Изначально, это разные явления. Ордена зарождались в лоне католической церкви, и ничто не предвещало их антихристианского перерождения, пока они оставались в лоне этой церкви. Историческое масонство в семнадцатом и восемнадцатом веках поглощала те орденские и цеховые структуры, которые самостоятельно прошли путь отпадения от христианства в эпоху гуманизма. Вырождение орденских организаций Запада было прямым следствием отпадения его от  единого тела Вселенской Церкви в латинскую ересь, в которой заложена потенция прогрессирующей деградации. Ордена, как сообщества единоверцев, известны и на Руси. Опираясь на этот, доселе не востребованный опыт предков, мы мог ли бы продолжить борьбу за Священные идеалы. Наше тысячелетние стояние в истине Православия вселяет в нас исторический оптимизм, который мы можем подкрепить примерами нашего прошлого. Исторический успех православных братств Украины и Белой Руси вселяют в нас уверенность в победе. Идеолог борьбы братств против экспансии католиков и предательства епископата святой Иоанн Вышенский говорил: «Не попы нас спасут, или владыки, или митрополиты, но веры нашея таинство». Для современных мирян и клириков необходимо помнить, что для противостояния современному апостасийному миру, мало считать себя православным и быть идейным монархистом. Надо исповеднически утверждать себя верноподданным грядущего последнего Царя – «Удерживающего», и последнего русского Царя Николая, по нашим грехам ушедшего в вечность с трона земного, чтобы обрести трон на небесах одесную Царя Небесного. Без этого нет истинной православной веры. Предавший земного Царя, который есть «земная икона» Царя Небесного, не может более быть верным Христу.

Для думающего человека нет ничего поразительного, в свете перечисленных фактов, в том, что Московская Патриархия столь долго не желала канонизировать Царственных мучеников. Увы, но грех цареотступничества, и это глупо скрывать, в наибольшей степени разъел именно эту, в наибольшей степени бывшей под прессингом властей, «юрисдикцию», что заставляет еще раз с горестью вздохнуть о многих замечательных батюшках и монахах, волею земных судеб вынужденных пребывать в церковной организации Московского Патриархата, находившейся в советском и  постсовеском, болезненном состоянии.

Для более точного диагноза того состояния,  в котором сейчас пребывает Русская Православная Церковь всех без исключения юрисдикций, мы должны вернуться к кровавым событиям 1917 года. Вследствие политического заговора не только от государственной, но и от церковной жизни был устранен, а затем и ритуально убит Православный Царь. Поместный Собор Русской Православной Церкви, проходивший под государственной защитой заговорщиков из Временного правительства, фактически молчаливо оправдал злодеев. Избрание патриарха Тихона автоматически обращало на его главу церковную анафему и Соборную клятву 1613 года, данную русским народом на верность до скончания времен царям из рода Романовых, как Помазанникам Господним, священным возглавителям и хранителям Церкви и народа Божия. Патриарх искупил этот грех своей мученической кончиной. Но на нас, на всех лежит тяжким бременем клятвопреступление наших дедов и отцов, клятвопреступление всего Поместного Собора!

Современный мыслитель, укрытый под псевдонимом Николай Козлов, пишет: «Цареотступничество духовенства и монашества положило начало клерикальной революции, приведшей к устранению из церковно-канонической практики всего царского чина в лице Царя, назначаемой им синодальной оберпрокуратуры и носителей проистекающего из царской воли ктиторского ставропигиального права, к уничижению достоинства народа Божия как «царского священия», «царей и иереев Богу» (Ап. 1, 6). Древние права избрания и назначения священников и епископов, созыва церковных соборов, церковного суда и приношения жертвы, принадлежавшие в Церкви совокупно народу Божию и реализовывающиеся исключительно Священной особой православного Государя, были революционно узурпированы клиром. С октября 1917 года произошла вторичная узурпация. С того момента Совет по делам религии большевистской власти решал все канонические вопросы церковного строительства и жизни, - смещение и назначение епископов и священников, регламент и порядок уставных богослужений. Традиции большевистского «синода» живы и поныне. В церквях Московской Патриархии из уставных богослужебных текстов вымарываются любые напоминания о священном праве Царей возглавлять и направлять церковную иерархию. «Лишенный каноничного иерархического чиноположения в Церкви по царскому чину, имеющему свою каноническую иерархию, возглавляемую и утверждаемую священной особой православного Государя, благочестивый мирянин, сын церковный и государев богомолец оказался бесправным субъектом церковно-канонических отношений, утратив принадлежащее ему каноническое достоинство ревнителя веры и благочестия, защитника и хранителя Святой Церкви…».

Симфония царской и священнической власти в управлении Церковью Христовой, народом Божиим, составлявшее каноническую основу церковной жизни, оказалась разрушенной», - справедливо определяет нынешнее трагическое положение Русской Церкви Н. Козлов. Отделение Церкви от государства на практике вылилось в «профанирование» и революционную ломку всех канонов, упразднение государева чина из церковно-канонических отношений, началом и концом имевшее вероотступничество духовенства, выразившееся в умалении, а затем и в полном отрицании экклезиологического и канонического значения власти помазанника Божия,  православного Царя.

Автор этих строк был свидетелем того, как несколько лет назад, в Белоруссии, при освящении храма в городке Крайске в честь св. Николая Мирликийского и св. Царя Николая и его семьи, митрополит Владимир, зкзарх Белой Руси,  в слове на освящение храма сказал, что актом прославления Царя в сонме святых Московская Патриархия «отнюдь не реабилитирует монархию». Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий, бывший председателем Комиссии по канонизации святых и председателем комиссии по наследию о А. Меня, заявил накануне прославления Царственных мучеников, что канонизация Царской семьи не означает канонизацию монархии.  Эти два указанных иерарха, Бог им Судия, даже и не подозревают о том, что монархия не нуждается в какой либо реабилитации. А вот многие из высшего священноначалия в духовной реабилитации, нуждается остро.

Впрочем,  это наследственная болезнь и грех нашей церковной иерархии, корнем своим имеющая февральское предательство законного Царя. Тогда члены Св. Синода, ни один из которых не был в прошлом революционером, а все как один, якобы, стояли на страже веры, в столь трудный для России час, единодушно утверждали, через изменения, сделанные ими в богородничне в начале утрени, определены тем, что Временному масонскому правительству повелела править…Сама Пресвятая Богородица!?

Необходимо вспомнить и внесенные правки по инициативе этих иерархов в дореволюционные печатные богослужебные книги, которые сохранились в храмах, которые не были закрыты богоборцами. «Справщики» старательно вымарывали слово «Царь», причем и применительно к Царю Небесному. И делали это отнюдь не большевики или скрытые чекисты.

Для сомневающихся напомним, что на языке Священного Писания Царь называется помазанником или Христом Господним, соответственно одному из трех священных достоинств Иисуса Христа как архиерея, пророка и царя, прообразом или живым изображением которого является в Ветхом и Новом Завете ветхозаветный или православный Царь. Учение Церкви о священном достоинстве и особом месте и значении в деле Божественного Домостроительства православного Царя закреплено в церковных канонах и анафематизме, читаемой в неделю Православия: «Помышляющим, яко православнии Государи возводятся на Престол не по особливому о них Божию благоволению и при помазании дарования Святаго Духа к происхождению великого сего звания в них не изливаются и тако дерзающим противу их на бунт и измену: анафема, анафема, анафема».

Без какого-либо соборного определения, отказавшись от молитвенного возношения имени свергнутого Государя, сначала пореволюционный Синод, а затем и Поместный собор 1917-1918 гг. оказались вне канонического общения с Русской Православной Церковью в ее мистической полноте, исстари канонически анафематствовавшей изменников священной монархии. Этот тяжкий грех лег тяжким грузом не только на «сергианствующий» Московский Патриархат, но и на Зарубежную Церковь, хотя конечно в несколько меньшей мере. В этом корень того парадоксального явления, когда все епископы Зарубежной Церкви, так или иначе оказавшиеся после Второй мировой войны в пределах СССР, были лояльны советской власти. Ни один «зарубежный» епископ, попав в зону влияния советской власти, не отличился исповедничеством, которое они же требовали от простого священства Московской Патриархии, как неоднократно указывал на этот прискорбный  факт Никита Струве.

В учет ими не принималось даже и то, что каноническая незаконченность, если не вообще незаконность, современной структуры Московской Патриархии во главе с патриархом заключается между прочем и в том, что канонические симфонические отношения между царской и священнической властью в управлении Церковью нуждаются во взаимном утверждении их легитимности. Царь назначал патриарха, которого рукополагали епископы, а патриарх миропомазует на царство законного Царя, который сам в присутствии народа и синклита собственноручно возлагает на свою главу царский венец в знак божественной инвеституры царской власти, которая не передается, а только утверждается молитвами первосвященника. «Священное достоинство царского чина имеет начало в боговенчанном Царе как в своем плотоносном священноначальнике, передаваясь от самого Царя царскому синклиту и иерархически до последних государевых людей и подтверждается молитвами Церкви», - пишет Н. Козлов.

Лишь на последнем, уже тайном совещании 15 августа 1918 года участники Поместного собора смогли четко определить те границы, в которых Церковь готовилась существовать в условиях богоборческой власти, после зверского и ритуального убиения Царской семьи. Эта та истина, которая должна стать путеводной нитью для всех кто готов в труднейших условиях тьмы внешней держаться верной православной стези.

Архимандрит Константин Зайцев писал в Русском Зарубежье: «…Два положения, определяющих сознание Русского Православия, получили ясную формулировку. Во-первых, Церковь отказывается от каких-либо суждений о своем будущем, почему в силе полной остается только вопрос о верности Церкви в ее исходной преемственности. Во-вторых, не имеет Церковь суждения применительно к современности и о гражданском сознании русского человека, и требует Церковь от каждого русского человека только одного: не действовать во вред истинной Церкви. Другими словами Церковь, оставаясь в своей исходной преемственной подлинности, отчуждает себя от вновь возникающего мира, а от русского человека, таковым желающем остаться, требуется только одного: осознания себя верности Церкви именно этой, исходной, в своей преемственности сохранившейся и принципиально отчуждившейся от современного мира. Перед нами идеология катакомбная!».

Конечно, и такой уход от мира не спас катакомбную Церковь от жесточайших преследований извне и от еретических крайностей внутри. Но, тем не менее, именно принципиальная сокрытость истинной Церкви в священных водах Светлояра призывает нас не кочевать по плотским и зримым юрисдикциям, а быть верными прихожанами истинного Храма, православной общиной града Китежа.

Однако, что же было делать всем тем благородным русским людям и верным пастырям, силою обстоятельств, ставшими клириками и прихожанами Московской Патриархии, находящейся под Советами, или иной юрисдикции, когда литургическая практика их свидетельствовала об отступление от монархического предания исконной греко-российской Церкви.

Для очень многих «метания духа» было излечено словами архимандрита Константина Зайцева, писавшего: «…вопрос этот был очень острый – я знал, что оставаясь со своей паствой, что было по прямому завету Христа в Евангелии, я тем самым фактически переходил из общения с Зарубежной Церковью ко прямому и непосредственному общению с Русской Церковью Патриаршей, с Московской Патриархией. И когда для себя я этот вопрос решил, то я понял, что это был принципиальный вопрос – о том, что Божественная благодать Евхаристии, то есть Причастия, выше церковных юрисдикций, то есть подчинения тому или иному Синоду, Собору или епископу. Уже встав на этот путь, я с него не сходил и никогда не сошел, потому что Церковь была для меня выше, чем земные пути. Божественная природа Церкви, выражающаяся в иерархии и в таинствах, была для меня выше, чем человеческая природа Церкви, которая может иногда ошибаться….я сказал открыто и прямо владыке Иоанну (святой Иоанн Шанхайский – авт.) что я не могу по совести своей бросать камнем, как это делали многие в Зарубежье, в Русскую Православную Церковь, ее Патриарха и ее иерархов. Знаете, что он мне сказал? Он мне сказал: «Я каждый день на проскомидии поминаю патриарха Алексия. Он патриарх. И наша молитва все-таки остается. В силу обстоятельств мы оказались отрезаны, но литургически мы едины. Русская Церковь, как и вся Православная Церковь, соединена евхаристически, и мы с ней и в ней. А административно нам приходится, ради нашей паствы и ради известных принципов, идти этим путем, но это нисколько не нарушает нашего таинственного единства всей Церкви».

Давайте же и мы не нарушать таинственного единства Церкви, помня, однако, что Церковь началась в Вечности и в ней же имеет свое продолжение. И видя как современные иерархи, пренебрегая большинством нашей Церкви, взирающем на нас из Вечности, рвут нити таинственного единства, бесстыдно разоряя каноны и предавая забвению священные предания, мы уже имеем полное право если не бросить камень, то уже поднять его с земли и пригрозить. Если же сомнительная догматическая верность «патриаршей» воли, и навязанная «социальными доктринами» дисциплинированность паствы для нас важнее преданий церковных, то мы что угодно, но не православные христиане.

Сегодня, как никогда раньше, мы видим реальную возможность осуществления того, о чем говорил православный американец Серафим (Роуз); «Все церковные организации, в конце концов, поклонятся антихристу». Растолковывая эти слова, он говорил, что «Церкви, в силу того, что являются организациями (не как мистическое Тело Христово!), вынуждены будут подчиниться единому мировому руководителю, чтобы быть «признанными им для продолжения своего существования». Тем самым, по словам о. Константина Зайцева, «верность Христу принимает формы уже исповеднические», и «подвиг Русскости», орденский по своей сути, т.к. по силам лишь избранным, становится подвигом рыцарской верности Вере отцов, «готовое обратиться в мученичество».

Вернемся к историческим истокам тяжкой болезни нашего церковного нестроения. Предательство Государя фактически всей иерархией Русской Церкви в марте 1917 года, юридически закрепленное формулой умолчания о свершенном преступлении на Поместном соборе, имело трагические последствия для духовного здоровья всего русского народа. История становления Московской Патриархии тяжелым грузом лежит на совести всех православных людей, прихожан «патриархийных»  храмов, к которым принадлежит и автор данной книги, и требует от нас сугубой метанойи.

В начале, будущие первые лица «патриаршей иерархии» дружно отпали в ересь обновленчества. Увидев, что обновленцы пользуются поддержкой советской власти, их тотчас же признали. Таковыми отступниками оказались митрополит Владимирский и Шуйский Сергий (Страгородский), архиепископ Евдоким (Мещерский) и епископ Костромской и Галический Серафим (Мещеряков). 16 мая 1922 г. ими был опубликован «Меморандум трех», где выражалось полное признание обновленческого ВЦУ, как единственной канонически законной Верховной Церковной Власти, все распоряжения которой законны и обязательны. К этой группе примкнул и епископ Ямбургский Алексий (Симанский) – будущий советский Патриарх. Следующим этапом отпадения от Церкви и явилась знаменитая декларация 1927 года митрополита Сергия (Страгородского), которую часто рассматривают в отрыве от обновленческой ереси вышеуказанных апостатов, что в корне неверно. Декларацию о верности большевикам христоборцам, кроме митрополита Сергия, подписали члены созданного совместно с НКВД, без согласия епископата, т.е. незаконным путем, «Синода» Патриархии: Серафим (Александров) митрополит Тверской – известный как прямой агент НКВД; Сильвестр (Братановский) архиепископ Вологодский – «бывший обновленец»; Алексий (Симанский), архиепископ Хутынский – тоже, как Сергий и Сильвестр присягнувший обновленцам, и вновь пришедший к Патриархии, естественно через «покаяние»; Анатолий, архиепископ Самарский; Павел, архиепископ Звенигородский, управляющий Псковской епархией, пришедший из старообрядческой секты «беглопоповцев»; Константин, епископ Сумской, управляющий Харьковской епархией; Сергий, епископ Серпуховской. Всего – девять человек. Против «Декларации и такого «Синода» выступило подавляющее большинство (многие десятки) архиереев, находившихся в России, в тюрьмах, лагерях и ссылках, откуда почти никто из них не вернулся.

Если «Декларация» Сергия и спасла чьи-нибудь жизни, то только его самого и узкого круга, приближенных к нему лиц. Репрессии продолжались против духовенства после «Декларации» с невиданной силой.

В 1935 году из тюрьмы вышел законный местоблюститель патриаршего престола митрополит Петр. Митрополит Сергий обязан был передать все церковное управление ему.

По свидетельству о. Льва Лебедева, Сергий пишет письмо в НКВД, где предупреждает чекистов, что в случае перехода власти к митрополиту Петру «рухнет здание сотрудничества» Церкви и советской богоборческой власти. Митрополита Петра, через несколько дней, опять арестовали, и в 1937 году расстреляли.

Всякому честному человеку понятно, что от подлинной и законной церковной власти Московской Патриархии, какой она была сразу после смерти патриарха Тихона, откололась группа во главе с Сергием. Многие из группы Сергия Страгородского затем еще горько пожалеют о своем легкомысленном конкордате с Советами, который, логикой вещей, заставлял их уступать одну позицию за другой, часто идя на крайне сомнительные сделки с собственной совестью.

В 1927 году епископ Ижевский Виктор (Островидов) писал по поводу «Декларации» (Послания) Сергия так: «…От начала до конца оно исполнено тяжелой неправды и есть возмущающее душу верующих глумление над Святой Православной Церковью и над нашим исповедничеством за истину Божию. А через предательство Церкви Христовой на поругание «внешним» оно есть прискорбное отречение от Самого господа Спасителя. Сей же грех, как свидетельствует слово Божие, не меньший всякой ереси и раскола, а несравненно больший, ибо повергает человека непосредственно в бездну погибели…».

Как мы указывали выше и «меньшими» грехами ереси обновленчества творцы «Декларации» себя «премного изукрасили». Ничего не скажешь, тяжелое наследие несет на себе эта часть Русской Поместной Церкви. Безусловно, сейчас в Церкви есть огромное количество замечательных монахов, иереев и мирян, которые являются истинно православными русскими людьми. Есть и иерархи, заслуживающие всяческого уважения.   Они сделали великое дело, когда буквально заставили присоединиться Московскую Патриархию к почитанию царя Николая Второго как святого мученика, к почитанию, которое было соборно определено Русской Православной Церковью Заграницей в 1981 году. Но мы все еще далеки не только от совершенства, но и от простого выздоровления от многочисленных недугов.

Отец Лев Лебедев писал с прискорбием, в своей неоднозначной книге «Великороссия», о том, что: «Качество веры изменилось до неузнаваемости. В людях попроще, из той социальной среды, где и по сей день искренне полагают, что заброшенный храм весьма удобен как сортир, в людях из этой среды вера давно превратилась в некое церковнообразное язычество, где все сводится к делу «жертвоприношений» Богу с тем, чтобы он не наказал или подал просимое. В людях более высокого культурного уровня, наряду с этим, заметна и жажда «духовных переживаний». Но если нет подлинной Благодати Духа Святаго и вызываемых ею высоких чувствований, то их пытаются изобразить, то есть искусственно воссоздать. И получается «прелесть» в виде экзальтации разных степеней, приводящей сплошь и рядом к психическому и умственному расстройству той или иной степени. Так что теперь среди верующих интеллигентов самые усердные – это всегда, обязательно и непременно – душевно (или нервно) больные люди. На этой почве особенно пышным цветом расцвели в «патриархии» явления ложного «старчества» и «обожествления» молодых архимандритов сбесившимися истеричками. В отличие от св. Иоанна Кронштадтского, архимандриты (игумены, иеромонахи и иные «благодатные батюшки»), не гонят таких прочь от себя, а всячески поощряют, иногда создавая из этих поклонниц настоящие банды, терроризирующих морально (а то и телесно!) остальных верующих. Это страшное явление имеет явно антихристов характер. Одна из почитательниц такого архимандрита очень точно сказала: «Наш Бог – батюшка!».

Жажда иметь «живого бога», человека-бога, которого можно было бы кумиротворить в жизни, - вот что за этим стоит. Эпоха «культов личностей» не прошла даром. Сколько сотен, тысяч (!) душ по всей России безнадежно испорчено этими новоявленными «старцами», «благодатными» наставниками и «чудотворцами»! Старчество подлинное прекратилось давно…».

Страшные слова Льва Лебедева могут прямо-таки привести нас в состояние апатичного ожидания трагического конца. У каждого из нас, читающих эти строки, на память приходят множество примеров подобного духовного помрачения верных чад Московской Патриархии.

Но и это еще не все. Дальше, как говориться – больше. Опять же по свидетельствам о. Льва Лебедева, с начала 1960-х годов одновременно начинают развиваться два злейших еретических учения в лоне все той же Патриархии, - богословие революции и экуменическое учение. Оба связаны с личностью митрополита Никодима (Ротова). У Никодима было большое количество искренних почитателей. А тогда, в шестидесятых «никодимовцы», для начала, стали стыдливо избегать упоминаний о дьяволе и бесах, сам Никодим вместо слова «грех» элегантно выражался – «наши несовершенства». Он же, гражданин Ротов, питавший некоторую слабость к священническому облачению, поставил ребром вопрос перед Всеправославным совещанием на острове Родос, готовившим новый 8-й Вселенский Собор, о том, что пора признать масонство одной из положительных религий, чтобы появилась возможность установить с ним экуменическое общение.

Снова дадим слово отцу Льву Лебедеву: «С 1960-х годов, как мы видели, рядом еретических учений, соответствующих тем учениям, что были в древности осуждены Соборами и отцами, наипаче – экуменической ересью, и связанной с ней практикой совместных молитв с еретиками,…определенные иерархи, такие как патриарх Алексий Первый, митрополит Никодим и несколько им подобных оказались явно отсеченными от Православия, лишенными сана. В этом случае (т.е. явного еретичества) не требуется даже соборного решения об извержении из сана, по слову 15-го правила Двукратного Константинопольского собора и по замыслу 3-го правила Третьего Вселенского собора; лишение сана происходит мистически естественным путем, что и дает право и даже обязывает каждого священника или мирянина выйти из подчинения такому епископу или патриарху, не дожидаясь никакого соборного решения о нем….

Может быть оценки о. Льва, и других критиков Московской Патриархии советского периода, очень уж категоричны. Одно ясно. Все мы, прихожане храмов Московской Патриархии должны сознавать, что без покаяния в грехе, который исторически получил наименование «сергианского» наша Церковь лишается всякого нравственного авторитета, как минимум.

Сложно сказать насколько «чистые» ризы Русская Православная Церковь сохраняется вне пределов России, за границей, вынужденной вступать в отношения с прямо антихристианскими властитеялями Запада, и в разрозненных катакобных группах у нас на Родине. Для нас главное, Православие сохраняется в душах многочисленных русских людей, а значит надежда на Воскрешение в России Поместной Церкви Божиим Промыслом у нас не отнята.

Все эти прискорбные факты Церковной истории после злосчастного 1917 года, приведены здесь не для того, чтобы люди валом уходили из Церкви. Отнюдь нет. Болезнь Церкви, если она не к смерти, а этого и быть не может, есть просто сигнал для нас начать покаянный крестный ход нравственного очищения. И ход этот надо начинать изнутри, из души каждого отдельного человека. Неустроение нашей церковной жизни, грехи и проблемы не решат за нас те, кто вне церковной ограды. Их решим мы, объединившись в нерушимое орденское братство верных истинному Православию.

При всех зловещих предзнаменованиях конца вера наша, и надежда на кратковременное воскресение России не могут быть тщетными. Наш современник, замечательный православный мыслитель М.В. Назаров справедливо отмечает, что сам факт того, что Россия, даже в  таком истерзанном и больном виде еще является субъектом истории наших предпоследних времен, доказывает нам то, что миссия русского народа-Церкви, и соответственно Поместной Русской Православной Церкви до сих пор не исчерпана. В случае синергии, нашего духовного катарсиса и Благодатной помощи Всевышнего, по предсказаниям духоносных отцов, Россия может воскреснуть и восстать из гроба как Лазарь Четверодневный.

Но катарсис наш немыслим без оздоровления изнутри нашей Церкви, которая в тяжелейшие сталинские годы репрессий, через полное признание большевицкого режима получила от Бога, по слову Апостола, «действие заблуждения», так что «стали верить лжи». И, как это не больно, но нельзя сказать и о том, как многие «верующие» прихожане относятся к этой серьезной проблеме.

Дадим еще раз слово отцу Льву Лебедеву, тому, кто выстрадал эту тему всей своей подвижнической жизнью и имеет право говорить открыто и жестко, на что мы сами не дерзаем, дабы не обидеть ненароком верных: «…они вполне довольствуются видимостью вместо реальности, обозначением вместо совершения, внешностью, а не сущностью. Прошедшие сами школу комсомольско-партийно-общественного советского оборотничества, когда на людях – одно, а в мыслях (и тайных делах) – другое, и привыкшие думать, что «так и надо», они вполне приемлют государство – оборотень, церковь – оборотень, оборотня епископа или священника. Для таких «верующих» важно лишь чтобы оборотничество было достаточно точным, то есть, чтобы все делаемое в Патриархии, изображалось, обозначалось в соответствии с внешним православным чином, уставом. Чин, обряд стали центром веры. Принадлежность к православному обряду сделалось главным и, пожалуй, единственным условием «спасения в Бозе» (через Церковь) в глазах верующих «совков», не желающих и слушать о том, что такое «спасение» может оказаться мнимым».  Этим объясняется факт прискорбный в нашей новейшей истории, который нас значительно отдалил от действительного возрождения.

На рубеже 1990 года состоялось историческое решение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви Заграницей о приеме под свой омофор всех тех в СССР, кто не желает оставаться в отступнической и еретической «советской церкви». В это время вышли из подполья чудом сохранившиеся общины истинных и ложных катакомбников. Но массового обращения русских людей к Зарубежной церкви не произошло. Подавляющее большинство верующих за честь считает, и сейчас, сохранять верность Московской Патриархии. Впрочем, последняя тенденция на сближение Патриархии и «зарубежников» снимает этот вопрос, но не снимает главной проблемы – нравственного здоровья нашей Церкви. Грех «сергианства» сделал Патриархию времен СССР, волей-неволей, духовным соучастником большевизма, покаяния в чем,  мы соборно и церковно не принесли,  этот же наследственный грех не позволял долгое время пастырям возвысить свой голос в защиту исчезающего русского народа, не позволяет, зачастую и сейчас, смело вставать в оппозицию властям, когда это диктуется нравственно осознанной необходимостью.

Все, кому не безразлична судьба русского народа,  долгое время полагали, что Русская Зарубежная Церковь – это единственная Поместная Русская Православная Церковь. Последние события в Руси Зарубежной не позволяют нам более столь оптимистично взирать и на эту церковную юрисдикцию. В лоне Московской Патриархии были и есть еще вполне искренне обратившиеся к богу люди и сердцем страдающие за паству владыки и батюшки. Будучи, зачастую, в меньшинстве, в своем подвижническом рвении, они не многое могут сделать, хотя и проявляют порой образцы гражданского мужества, подвижничества и самоотвержения. Но, объединившись, такие люди могут многое, могут все, даже временно оставаясь на том месте, куда их призвал Господь для подвига стояния в истине. Среди этих людей и должна проводиться орденская работа по духовному объединению. Ведь стержнем русской орденской идеи на современном этапе  является верность Истинному Православию отцов, даже в условиях всеобщего отступничества от истинных основ веры, что уже было в истории Церкви в Западной Руси.

В современных условиях, когда в России нет Царя, а держава русской государственности таинственно принята Богородицей, в чем, верующее сердце,  верно убеждается,  взирая на образ Владычицы «Державной», мы  должны руководствоваться Царской волей. С одной стороны,  воля Царская неотделима от личности самого Государя, но с другой стороны должна быть исполняема верными и в его отсутствие. В определенном, сокровенном смысле мы вправе рассматривать таинственную опричнину Царя Иоанна Васильевича как инструмент исполнения его державной воли до конца времен. В своем завещании, составленном во время тяжелой болезни, Царь писал: «А что есми учинил Опришнину, и то на волю моих детей…». Опричное служение не пресеклось на Руси в момент ее «официального упразднения» в 1572 году. И при последних Рюриковичах и при первых Романовых опричнина мыслилась учреждением никак не «спекулятивным», но в высшей степени «оперативным», как это не покажется современнику парадоксальным. Говоря об Опричнине, мы не хотели бы вызывать у читателя в памяти устойчивый стереотип зловещей организации террора. Об опричнине сегодня написано немало интересных и честных исследований. Для нас важен сам глубинный архетип опричнины, как совершенно определенной орденской организации, возникшей в лоне Православной традиции.

Для того, чтобы полнее определить тот особый монархизм, который должен быть исповедуем истинным православным орденом, мы должны обратиться к замечательным словам современного автора Г. Николаева, приведенные в книге: «…И даны будут жене два крыла». В частности Г. Николаев пишет : «Невозможность (а мы бы даже дерзнули сказать – кощунственность) любых форм политического монархизма – от легитимизма до соборничества – очевидна для каждого, кто вдумается в пророческое обетование о ризе, которая сама придет к Державной иконе. Ибо пока скипетр и держава Русского Царства не сокрыты от предстоящих и молящихся, смысл явления самой иконы – по-прежнему – еще и в том, что русский народ лишен монархической государственности и продолжает в самоослеплении считать себя Верховной властью…С юридической точки зрения, Россия после 2 марта 1917 года (и до сих пор) живет в состоянии непрекращающейся пара-номии (но не аномии, т.е. беззакония, причем понятого как угодно широко), а Русская Церковь (о какой бы из двух юрисдикций мы не говорили) – в состоянии пара-каноничности, имея своим основанием и краеугольным камнем (после февральско-мартовского предательства и апрельской «самоликвидации») отнюдь не Поместный собор 1917-1918 гг. и даже не кровь новомучеников, но услышанное и исполненное «моление о чаше» святого Царя, искупившего русский грех и спасшего Виноград сей от неизбежного вырождения в церковь лукавнующих («хамократическую церковь», по бесстрашному выражению о. Павла Флоренского). Историческая Россия невозвратимо мертва, и мы живем не надеждой на ее воскрешение, но чаянием мета-постистории, когда

…делом единым милости Господней

Исхищена будет Русь из преисподней.

Гонители, мучители постыдятся;

Верные силе Божией удивятся,

Как восстанет Русь во славе новой,

И в державе новой невестой Христовой.

Но, - возможно, возразят нам, - разве не были сказаны слова: «Государь взял вину русского народа на себя, и русский народ прощен»? Да, ответим мы вслед за старцем Иосифом Афонским, однако, «хотя и прощается грех, остается епитимия, соответствующая падению». Предстоя на коленях, со склоненной главой перед Державной иконой и образом святых царственных страстотерпцев, мы, уповая на милость и силу Божии, чаем движения воды в том «мертвом море», которое по неложному безусловному пророчеству, преобразившись, пребудет и во времена антихристовы (т.е. после отъятия Удерживающего) «громадным вселенским океаном народным» - Русским Царством».

Вот,  тот единственно верный монархизм Верных, который четко проводит границы между нами как орденом и внешним миром, готовым до бесконечности играть во «взрослые» политические игры, и с упоением принимать участие в баталиях легитимистов «кирилловцев», давно отпавших от единственно верной православной точки зрения на православного Государя как таинственно предъизбранного помазанника Божия, с «соборниками»,  по-большевистски упорно,  считающими себя единственным источником Власти, которую они, через процедуру голосования, готовы передать понравившемуся толпе «пролетарийцев» царю «из народа».

Будто бы и не к этим «монархическим» активистам обращены были слова архимандрита Константина (Зайцева): «Убог наш монархизм, - писал еще до войны (Второй Мировой) архимандрит Константин, - поскольку он не выходит за пределы размышлений утилитарно-политических! Безсилен он перед фактом духовного распада России. Восстановление Российской монархии не есть проблема политическая.

Парадоксально может это звучать, но в настоящее время реальным политиком может быть только тот, кто способен проникать в мистическую сущность вещей и событий. Только духовное возрождение России может вернуть ее мiру…Россию надо «крестить». Только наново крещеная Русь может снова стать православным Царством. Возможно ли это новое рождение духовное? В этом – вопрос бытия России, как исторической Личности, которая известна нам из истории и которая кончила свою внешнюю, государственно-организованную жизнь с падением Трона ее Царей. Другого пути восстановления исторической России нет. И – эта проблеме не только наша, русская. Это и проблема мировая, вселенская. Ибо от того или иного решения ее зависит и судьба мiра, точнее говоря, зависит вопрос о возрасте мiра и о близости наступления Восьмого Дня».

Восстановление истинной монархии невозможно одним человеческим произволением без Божиего на то благоволения. Монархия в России не есть предмет чистой политики, но есть, несомненно,  предмет богословия в соответствии с нерушимыми Церковными Преданиями!  В условиях,  не только церковных внутренних нестроений и предательств, но и идиотического сумбура в головах активистов «патриотического» лагеря,  существование православного монархического ордена как хранителя не только православных и исторических русских государственных преданий с определенной иерархической структурой и легитимной преемственностью к еще существующим осколкам единого некогда государственного, юридического и духовного пространства, называвшегося Российской империей,  более чем оправдано всей сложившейся в России ситуацией!

Именно народ Божий, русский народ в своей сверхисторической совокупности, является хранителем веры и благочестия в эпоху тайного отступления высшей церковной иерархии. Русский церковный народ,  в истинно-православном понимании сущности народа Божиего, в своем сверхисторическом единстве,  есть иерархически-организованная совокупность сословий, спаянных единством крови и олицетворенных в личности национального вождя – грядущего  православного Царя.

Мы –  именно сверхисторическое, надвременное единство всех поколений – прошлых, настоящих и будущих. «В этом особое осознание универсальных религиозных ценностей и особое служение им», -  пишет один из авторов Опричного Братства. Мы, русский народ, есть особая мистическая общность людей, призванных Богом для достижения определенного замысла, превышающего задачи определенного исторического момента. Исполнение этой священной миссии предусматривает и особую форму объединения избранных и верных –  форму ордена грядущего Императора!

Православные братства и особенности русской орденской идеи.

Наша жизнь складывается в условиях, которые напоминают историческую ситуацию, в которой оказались православные южнорусских и западнорусских земель в 16 веке. История Западных Русских зе­мель, вошедших в состав Речи Посполитой, свидетельствует о том, что «опришный образец» Грозного Царя получил новую жизнь в условиях существования православного населения в чуждой и агрессивной католической среде. Дело в том, что в католическом польско-литовском государ­стве на протяжении всего периода исторического существо­вания этого политического образования большинство населения было православным. Сохра­нились достаточно многочисленные приходы. Периоды го­нений на русское православие сменялись периодами рели­гиозной терпимости. Типологически этно-конфессиональная ситуация середины XVII столетия в Речи Посполитой напоминала наше нынешнее российское безвременье. Именно тогда, в далеком XVII веке, русские люди в Белоруссии и на Украине создавали первые прототи­пы современных православных орденских структур - православные братства. В то не­легкое время братства сохранили православие на русском Западе.

Вспомним, что тогда именно через приходы католические миссионеры улавливали сначала священников, а затем и часть прихожан в Унию. Эта опасность и побудила западноруссов перенести центр духовной и национальной жизни из приходов в братства.

Не секрет, что приход и в наше время, в современной России, не может пока стать очагом не только духовного, но и национального возрождения русского народа. В силу особенностей постсоветской духовной разрухи, приход зачастую дублирует, иногда в гротескных формах, «раздрай»  и разногласия, царящие в "демократическом" социуме.

Несмотря на, провозглашенное при советской власти,  отделении Церкви от государства, Церковь, как социальная структура, связана с государством не просто многими нитями взаимосвязей, но и прямо-таки удавкой финансовых отношений. И очень часто финансы властно начинают диктовать приходу свои правила существования в мире, где теперь все продается и покупается. Кроме этого, попытки установления единоличной и авторитарной власти в Православной Церкви, притязании высших иерархов говорить от лица «всей полноты Церкви», подменяя авторитетом сана соборный дух Господа, служат расстройству земного церковного организма.

«Грустные и прискорбные примеры эти (отступление иерархии) служат,  несомненно, без всяких толкований, наилучшим доказательством того, что иерархия, как не велико ее значение для домостроительства церковного, не может почитаться, однако, естественным устоем православия и правоверия, единственным и бесконтрольным руководителем в деле веры и,  что,  потому глубоко верно,  и основано на историческом опыте, на самосознании общецерковном, понимание того,  что, как точно выразил Н.П. Аксаков: «хранитель религии (веры или благочестия) – у нас есть само тело Церкви, т. е. самый народ, по мысли восточных патриархов, потому именно в Церкви ни духовенство, ни патриархи, ни соборы не могли внести что-нибудь новое, потому что защитник, охранитель веры, религии, православия есть само тело Церкви, т. е. самый народ.

Мысль глубоко православная и вполне соответствующая историческому опыту Церкви, вполне выражающая содержание этого опыта». (Н.П. Аксаков. «Духа не угашайте». 1894, с. 46).  Николай Козлов, упоминавшейся нами выше, современный историк и православный публицист, считает, что судьба России решиться в духовно-ратном поединке опричного воинства с антихристом, и победа эта над «сборищем сатанинским», по предсказанию святых отцов, свершится помимо, или оприч церковной иерархии, что, по мысли историка, является свидетельством приятия и благословения той жертвы бедной вдовы, которая,  не взирая на подаяния от богатых и знатных,  вложила все свое «пропитание» в церковную сокровищницу.

Напомним и одно из значений слова «Опричнина». Так называли на Руси вдовий удел Великих Княгинь, а по предсказаниям старцев последний русский Царь будет происходить по женской линии из рода Романовых. И не в том ли еще один потаенный смысл нарождающейся орденской Опричнины, чтобы защитить этот вдовий опричный удел Великих Княгинь Романовской крови до таинственного прихода суженного Свыше супруга и Царя.    

 Таким образом, формированием органического единства лучших людей должна заниматься организация, но не чисто политического свойства и характера, а своего рода духовный орден. Организация с четкой иерархией ценностей, вертикально устремленных к духовному идеалу Православия.

Хочется сразу же предупредить о том, что поиски таких людей в среде советской и постсоветской «творческой» интеллигенции могут быть почти бесплодными. История становления этого странного шизофренического сообщества замечательно описана у о. Льва Лебедева в его «Великороссии»: «Бедная интеллигенция! Она навсегда останется непонятой народом, и презираемой своими соблазнителями. Очень немногие из интеллигентов сумеют разобраться в сущности вещей и вернуться к Православной Вере и подлинной народности. Но основная часть русской интеллигенции так никогда и ни к чему определенному и не придет! Она обладает,  и по сей день,  поразительно убогоньким мышлением. Которое не идет дальше обожания (культа!) «культурных ценностей»  в круг которых свалено все, - от цирковых кривляний до икон Рублева (!) и трепетно-экзальтированного почитания еврейства. Последнее примечательно. Один из самых первых признаков «интеллигентности» для русских интеллигентов – «любовь» к евреям!».

К этому набору интеллигентности в постсоветское время прибавилась отвратительная лживость, потрясающая продажность и патологическая трусость, безволие и шизофрения не только в плане идеологической каши в голове, но и как чисто медицинский диагноз. Оставим мертвецам хоронить своих мертвых.

Не смотря на постигшую нас национальную трагедию, мы ни на мгновение не сомневаемся, что если все нынешние русские по крови люди, или хотя бы их здоровая и активная часть,  обратила бы свои духовные взоры к Царствию Небесному, а не к земному, пришла бы в Церковь Истинную с чистым и покаянным сердцем, немедленно произойдет и земное возрождение России.

Итак, наше спасение в орденской организации. Многих православных людей отпугивает это слово. Для непонятливых еще раз напомним, что по латыни «ordo»,  это просто порядок или церковное послушание. Не устанем повторять для пугливых, что орден не всегда есть тайная организация с тайными намерениями. Напротив, в христианской традиции Запада орден это структура с четкими целями  в рамках особого христианского послушания, и закрыта эта структура только от вступления в нее недостойных. В Западной традиции духовенство и рыцарские ордена соединяли с церковью те же узы, которые связывали рыцарство и рыцарские ордена с империей. Они зиждились не только на политической идее, но и на этической, духовной и даже аскетической основе. Это был особый, не созерцательный, но воинский аскетизм. Ордена являлись историческим развитием тех принципов, которые закладывались в древних «мужских союзах».

Именно «мужские союзы» были изначальными носителями тех принципов, которые отличались истинной политичностью в отличие от противоположных физико-социальных начал. Военно-монашеские ордена Запада, как и опричнина Грозного Царя, появились в дополнение к чисто монашеским именно в тот момент, когда Христианскому миру явилась необходимость вести священную войну с неверными.

Идеальный образ столь нелюбимых ныне,  христианской общественностью тамплиеров, кого в свои духовные предтечи записало мировое масонство, описал Бернард Клервосский: « Тамплиеры идут в бой не с опущенной головой, но с осторожностью предусмотрительностью и миролюбием, как настоящие сыны Израиля. Но стоит начаться сражению, как они не медля бросаются на врага, не зная страха…Один из них может обратить в бегство тысячу, две, десять тысяч врагов…Кроткие как ягнята, и свирепые, словно львы, они соединяют в себе монашеское смирение с рыцарской доблестью».

Р.Б. Бычков верно замечает, что «Восточное христианство во все времена своей истории имело куда меньший вкус к «формализации», «заорганизованности», нежели Христианство Западное. Именно этим объясняется то, что в анналах нашей Истории мы не находим слова «орден». Однако это не значит, что ничего подобного западнохристианским орденам у нас не существовало. Во времена, когда поднимали голову «служители скверны»,  Православный Восток также разворачивал знамя священной войны. Так, к примеру, ничем иным как военно-духовным орденом была знаменитая, не раз поминаемая нами выше,  Опричнина Царя Иоанна Грозного.

Православным рыцарством многие склонны считать казачество (Исследования на этот предмет смотрите в книге Р. Багдасарова «За порогом»). Некий аналог католическим орденам можно усмотреть и в православных братствах. Мы должны четко сказать, что современная русская орденская структура должна быть организацией православных монархистов, чья цель, в отличие от масонов, не тайная, а явная. Мы сражаемся за Святую Русь и за восстановление Трона. Нам по необходимости придется скрывать свое членство в подобных структурах в условиях повсеместной апостасии, но это будет тайна, сродни той, которая помогла выжить первым христианам в катакомбах языческого Рима.

Особенность такой организации состоит в том, что в ней на первое место выходят идеальные мотивы служения Истине, а все остальные поведенческие мотивации индивидуума носят подчиненный характер. Орден - это поле объединения новых людей и вождей, способных возвести преграду на пути мировых сил зла и создать вокруг себя иную атмосферу иной действительности, в которой не замедлят возродиться священные формы русской государственности. Создание нового государства и новой культуры неизбежно останется призрачной мечтой, если предварительно не будет решен вопрос о новом русском человеке. И пока этот вопрос действительно далек от своего решения,  грезить о какой-то национальной революции в умах и сердцах современных россиян -  бесполезно.

Орден должен стать генератором особого мировоззрения. Мировоззрение не есть нечто индивидуальное. Мировоззрение зиждется не на книжных знаниях, но на врожденной восприимчивости к определенным принципам. Речь должна идти не о теоретических выкладках, но об особой предрасположенности к определенной поведенческой мотивации, которая влияет не только на область мышления, но затрагивает сферу чувств и воли, определяет характер и «проявляется в реакциях с уверенностью инстинкта». Мировоззрение берет свое начало в религии, являясь ее органическим продолжением, определяющем облик цивилизации в целом. Объединение людей сходной восприимчивости, генерирующих и транслирующих мировоззрение, может и призвано стать социальным катализатором тех процессов, которые имеют своим истоком непостижимый в своей полноте Божественный промысел о судьбах нашей многострадальной Родины.

Мы стоим только у начала того трудного пути по воскресению освященной Православной верой Культуры в ее истинном понимании, культуры, опирающейся на культ, и никак не иначе. Чтобы представить себе в каком социальном поле разворачивается наша борьба, давайте вчитаемся в слова Ю. Эволы, сказанные им по поводу плачевного состояния умов и душ современного человечества: «Одним из наиболее плачевных последствий общедоступности «свободной культуры», всячески поддерживаемой либеральным мышлением, является то, что люди, не способные верно оценить происходящее, чей ум еще не обрел надлежащей формы, своего «мировоззрения», в духовном плане оказываются  полностью безоружными перед лицом различных влияний. Эта опасная ситуация, прославляемая как прогрессивное завоевание, является следствием совершенно ложного допущения, согласно которому современный человек достиг куда большей духовной зрелости по сравнению с жившими  в так называемые времена «мракобесия», а, следовательно,  способен к самостоятельному суждению и действию (на том же допущении строится и полемика современной «демократии» против всякого принципа авторитета). Это чистое заблуждение: никогда раньше в мире не было такого количества лишенных внутренней формы, открытых любому внушению и идеологической отраве людей, которые, даже не догадываясь о том, подчиняясь психическим влияниям, порождаемым царящей вокруг интеллектуальной, общественной и политической атмосфере, и становятся их слепым орудием. Эти краткие замечания…поясняют, на каком уровне должен ставиться и решаться вопрос о преодолении буржуазности, поскольку нет ничего хуже интеллектуалистской реакции против интеллектуализма. Когда туман рассеется, станет совершенно ясно, что именно «мировоззрение», вне всякой «культуры», должно объединять и разъединять людей, пролагая непреодолимые духовные границы; станет понятно, что и в политическом движении мировоззрение играет основополагающее значение, так как лишь оно способно выкристаллизовать определенный человеческий тип и, следовательно, задать особый настрой данному обществу…Успех консервативно-революционного действия,  по сути,  зависит от того, способна ли противоположная идея – традиционная, аристократическая и антипролетарская – оказать столь глубокое влияние, чтобы проложить путь новому реализму и, действуя как мировоззрение, сформировать особый антибуржуазный тип, который станет основой новых элит, преодолев кризис всех индивидуалистических и ирреалистических ценностей».

Отсюда с неизбежностью следует, что мы должны твердо придерживаться наших принципов, но мы, также, должны научиться жить в обществе,  где почти все идет вразрез с нашими идеалами. Нам необходимо поставить заслон роковым процессам контрселекции. Подобно раковой опухоли на теле полуживого русского государственного организма размножается смешанная масса серой расы. Необходимо создать доступными на данный момент средствами предпосылки для необходимой кристаллизации и консолидации того слоя, который в будущем сможет выработать свойства, позволяющие твердо удерживать власть наиболее достойным и во всех отношениях чистым (и в биолого-расовом отношении тоже!) носителям Идеи.  Мы должны научиться жить в ощущении затянувшегося междуцарствия, когда Трон пуст, но принцип, символ остается, сохраняет свой священный престиж, Авторитет, даже если на данный момент нет никого, кто мог бы воплотить его во всей полноте. высокий Трон есть духовный центр нашего сверхполитического организма. Мы живем в напряженном ожидании, когда определенное стечение обстоятельств, не зависящих всецело от нашей воли, имеющих несомненную сверхчеловеческую природу сделают наши ожидания Чудесной политической реальностью последних времен. А пока перед нами задачи чисто практического свойства, которые предельно четко определил гений итальянского народа Юлиус Эвола: «Не смотря на неблагоприятные условия, в качестве перспективы можно выдвинуть идею ордена…Но для этого требуется нечто большее, чем голый энтузиазм молодых бойцов, пытающихся развернуть пропагандистскую работу (хотя они, несомненно, заслуживают уважения). Необходимы особо подготовленные люди, занимающие или могущие тем или иным образом занять в будущем ключевые позиции (в государстве – авт.)…Если взять за точку отсчета буржуазное общество и цивилизацию, мы считаем, что следовало бы привлечь к делу людей, которые…не считают своими ценности этого общества и цивилизации…В (эту) группу могут войти потомки древних европейских родов, сумевшие выстоять в этом мире, чья ценность определяется не только их именем, но также личными достоинствами. Мы согласны, что отыскать подобных людей довольно не просто…Иногда необходимо просто пробудить в крови то, что еще не потеряно безвозвратно, но только дремлет в ней. Наиболее ценным в подобных людях является наличие врожденных склонностей, «расы» (в элитарном, а не расистско-биологическом понимание этого слова), что позволяет им действовать и реагировать четко и уверенно. Они не нуждаются в теориях и отвлеченных принципах, так как по самому своему рождению хранят верность тем принципам, ценность которых была очевидна для любого благородного человека до победы революции третьего сословия и всего, что за ней последовало…Более значительное подразделение ордена, на наш взгляд, могут составить люди, соответствующие человеческому типу, который формируется благодаря отбору и испытаниям преимущественно воинского характера и особой подготовке. Экзистенциально этому типу присуща способность «развенчивать басни»; они легко распознают обман и лицемерную ложь во всем цепком наследии идеологий, бессовестно использованных не столько для уничтожения той или иной европейской нации, сколько для нанесения удара всей Европе. Таких людей отличает нетерпимость ко всякой риторике, безразличие к любому интеллектуализму и политике политиканов и партократий, реализм высшего типа, способность действовать четко и решительно.

В недавнем прошлом их можно было встретить в элитарных воинских формированиях, сегодня – среди представителей десантных и других спецподразделений, особые подготовка и опыт которых способствует возникновению указанного типа…Примкнув… к делу, эти люди могли бы стать «ударной силой» ордена в наиболее активных аспектах его деятельности.

Если между двумя этими группами (представителей аристократических родов, интеллектуалов с одной стороны и людей действия с другой – авт.) будут налажены прямые, взаимодополняющие контакты – что на самом деле не так уж сложно, как может показаться – главная задача будет решена». На первом месте для людей подобного объединения будет стоять вера, затем верность орденским принципам духовного братства и, наконец, нация в целом.

Важное значение играет и личность вождя, стоящего в центре и на вершине ордена. К сожалению такого человека сейчас не видно. На первых порах никто не способен распознать в том или ином человеке его потенциальных качеств будущего вождя, подчас и он сам. Конечно, очевидны преимущества, которые несет с собой наличие с самого начала человека, чей авторитет и престиж признаются окружающими. Но, скорее всего, такой человек появится далеко не сразу. По мере возмужания организации.

Для России орденская идея немыслима вне православной традиции. Поэтому политический орден в религиозной сфере должен строго находиться в церковной ограде. Исторически, русская элита, и вообще политическая элита православных царств, была связана с личностью Царя – помазанника Божия, особыми священными узами через церковное таинство. В «Разговоре о священнодействиях и таинствах церковных блаженный Симеон архиепископ Фессалоникийский пишет о древнем обычае Церкви при венчании и миропомазании Царя на царство освящать установленными чинопоследованиями вместе с Царем и приводящих его к миропомазанию государственных сановников и военноначальников, как свидетельствующих и подтверждающих его законное избрание лиц.

«В прежние времена посвящение совершалось после Царя и над другими сановниками. Ибо после избрания и царского определения они приводились в церl